Свой среди воров - Дуглас Хьюлик

– А ты мразь, которая убила моих братьев, – процедила она. – Теперь идем.

И подтянула меня к себе за дублет. Она была высокой, широкоплечей, с осиной талией и отменной выправкой – сплошные натренированные мускулы. Глаза напоминали медные монеты в зимнее утро, а губы привыкли к суровому недовольству. Намек на мягкость присутствовал лишь в волосах – длинной каштановой косе, переплетенной белой лентой с тонким кружевом по краям.

Я вспомнил, что в Пустоши нашел ее красивой, – так и есть. Но это была красота изящно занесенного меча или утреннего озера под свежим льдом.

Я оглянулся на Дегана. Он теснил Тень; тот отступал, нашаривая в кошеле новые монеты. Я застонал. Самое время ударить сзади…

Женщина проследила за моим взглядом.

– Это Серый Принц, – сказал я. – Тень. Подумай о пере на шлем.

Она закусила губу и покачала головой.

– У меня приказ, – ответила она и дернула меня за одежду.

– Иди в жопу, Кушак! – проговорил я, упираясь каблуками. – Я не…

Ее лицо вдруг оказалось в считаных дюймах от моего. Важнее, впрочем, было то, что мои яйца угодили в тиски.

– Плевать мне на твоих дружков! – прорычала она. – Шевелись, а то мы оставим тут пару второстепенных органов.

Она сжала пальцы для ясности.

– Ты понял?

– Понял! – выдохнул я.

Она отпустила меня, развернула и дала тычка. Я полетел бы стрелой, когда бы ноги не дрожали после ее… обращения. Едва я обрел равновесие, она взяла меня за плечо и уперла в спину меч.

– А я, черт возьми? – просипел с мостовой Шатун.

– В следующий раз становись подальше, – сказала она и бросила мне: – Пошел!

Я хотел спросить, что у нее за дела с Шатуном, но воздержался: не хотелось получить по почкам. Если они вместе, то она, безусловно, не выступит передаточным звеном между нами с императором.

Взамен я сделал три нетвердых шага вперед и услышал оклик Дегана:

– Дрот!

Я улыбнулся и оглянулся на Кушака. Деган отходил от Тени, намереваясь идти ко мне. Тень тоже нашел секунду взглянуть на нас.

– Стой! – крикнул Серый Принц.

Еще лучше.

Оба направились в нашу сторону, пусть и не бегом. Они настороженно поглядывали друг на друга, не убирая клинков и готовые к любой подлости.

– Глазам не верю! – буркнула женщина в белом кушаке.

Ее пальцы впились мне в плечо. Одновременно я почувствовал резкий укол в поясницу.

– Не сомневайся, – проговорила она, подталкивая меня вперед, – я убью тебя, но им не отдам, и наплевать на приказы. Шагай.

Я пошагал. Часть меня хотела споткнуться, замешкаться… что угодно, лишь бы Деган нас нагнал. Но кинжал, упертый в спину, считал иначе. Мы свернули за угол, и я понял, что, даже если замедлю ход, это уже не будет иметь значения.

Улочку перегородил отряд Крушаков. И ждал.

– Сзади две крысы, – сообщила женщина. – Я не хочу, чтобы они шли за нами.

– Не волнуйтесь, – ответил тип в латном воротнике командира. – Мы с ними справимся.

– Как бы не так! – пробормотала женщина, когда они потекли мимо нас, но даже я расслышал ее с трудом.

Их было больше дюжины, но я знал, что она права: Крушаки не остановят Дегана и Тень, зато задержат, и мы успеем уйти далеко.

– Очень благородно – отправить людей на верную смерть, – заметил я, когда мы возобновили движение. – Это у вас обычное дело?

– Заткнись, – велела она и надавила кинжалом.

– Нет, серьезно, – не унимался я, отмечая, что мы покинули улицу и пошли по соседней, не вполне параллельной. – У тебя отлично получилось. Я знаю пару Тузов, которым бы это понравилось.

– Заткнись!

Она ввела меня в очень узкий проулок. Я чуть не касался стен по обе стороны.

Я сделал глубокий вдох, затем выдохнул.

– Знаешь, если тебе надоест работать на императора, я могу пристроить тебя в Круг.

Как я и ожидал, она взбесилась.

Зарычав, приложила меня свободной рукой о стену, явно желая повторить это еще и еще. Но я увернулся и ударил. Правда, я не попал в лицо, зато ей досталось по шее. Она пошатнулась и закашлялась.

Я рванул прочь.

Проскользнуть мимо нее в таком тесном проулке не получалось, и я устремился в противоположную сторону. Я разбрасывал мусорные кучи и даже сшиб ведро с дождевой водой – что угодно, лишь бы затруднить преследование. Сзади послышались брань и сбивчивый топот погони.

Я вылетел в какой-то кривой переулок. Слева возвышалась ограда, я побежал направо. Через полквартала улица расширилась достаточно, чтобы вместить деревца, посаженные посередине. Я нырнул влево, надеясь, что за деревьями она меня не увидит. Кушак наконец появилась в поле зрения.

Впереди виднелся кабак. Из распахнутой двери лился свет. Под деревьями стоял одинокий столик. Десять Путей были окружены легионерами, но это не помешало какому-то типу пропустить стаканчик на сон грядущий.

Молодцы местные, железные нервы!

Я обогнул столик по широкой дуге и сделал последний рывок. Свернем за угол, потом еще за несколько, и дело в шляпе. Потом я вернусь, выручу Дегана и разберусь с остальным по мере поступления.

Но помешало кресло. Оно полетело мне под ноги слишком быстро, чтобы увернуться. Я подскочил, но все равно запутался в ножках и грохнулся наземь. Подо мной что-то треснуло, и я испытал испуг, но после понял, что хрустнуло в кресле, а не во мне.

На меня пала крупная тень. Я заморгал на свету, прощаясь с ночным зрением. Тень превратилась в широкоплечего человека в сером берете поверх стального ежика волос. Он улыбнулся, показав маленькие ровные зубы, и сдвинул берет толстопалой рукой.

– Правда, здорово я придумал угоститься под звездами? – произнес Железный Деган. – А то упустил бы тебя. Кстати… – Он оглядел улицу. – А где же твоя подруга?

Я застонал и начал осторожно выбираться из обломков кресла. Ссадин и синяков добавилось, но вроде ничего не сломал и не потянул.

Я перекатился на четвереньки и прикинул. Стали на мне было немного, и поясной кинжал предстал наилучшим выбором, если уместно так выразиться перед лицом Дегана. Я снова застонал и потянулся к оружию.

– Не стоит, – предупредил Железо, следя за улицей. – Мне будет неприятно сделать тебе хуже, чем уже есть, но придется, если возьмешься за нож.

Я вздохнул, медленно вытащил кинжал из ножен и бросил к его ногам. Проклятые Деганы!

До меня донеслись торопливые шаги. Постепенно они замедлились, потом замерли. Тяжелое дыхание. Я поднял взгляд. Это была Белый Кушак.

– Похоже, ты в поиске, – заметил Железо.

Женщина указала на меня:

– Он положил Шатуна. Прямо посреди улицы.

– И ты его там оставила?

– Да, потому что на хвосте у меня были Тень и другой Деган.

Железо подобрался.

– Интересно, – произнес он, – и у кого же теперь Шатун?

– Я бросила на подмогу отряд Красных. Если не дурак – сбежит под шумок.

Железо пожал плечами:

– Сейчас нам ему не помочь. Шатун либо выберется, либо нет.

Он склонился и стиснул мне горло. Я ощутил, как голова дрогнула на плечах.

– Больше никакой беготни, слышишь? – сказал он мягко, как маленькому.

– Слышу, – ответил я, и он поднял меня на ноги – наполовину вздернул, наполовину направил.

– Я заберу его, – обратился он к женщине. – Тебе лучше исчезнуть.

– Подожди, – резко ответила та. – Мы в расчете? Я выполнила уговор!

– В расчете? – проговорил Железо и расхохотался гулко и грубо, напомнив смехом горный обвал. – Ты даже наполовину не рассчиталась, Лирия. Думаешь, приволокла этого засранца Носа – и мы квиты? Как бы не так!

– Но…

– Нет! – гаркнул Железо. – Это не обсуждается. Я сам скажу, когда мы будем квиты, понятно?

Кушак – Лирия – вызывающе подбоченилась.

– Я смотрю, ты хорошо устроился.

Железо выпустил мою шею и двинулся на Лирию. Она была немного выше, но ему, похоже, было плевать.

Я раздумал бежать. Железо не устал и если поймает меня снова, то только рассвирепеет. К тому же беседа этих двоих принимала интересный оборот.

– Деганы, – медленно произнес Железо, – не нарушают данного слова. Мы не обманываем. И не терпим, когда в нас сомневаются. Это ясно?

Лирия сжала губы в тонкую бескровную линию.

– Еще один раз, – проговорила она наконец. – С меня осталась одна услуга.

– С тебя осталось слово, – возразил тот. – Посмотрим, сколько ты будешь за него рассчитываться.

Лирия посмотрела мимо него на меня.

– Я дала слово не только тебе, – сказала она, погладив белый кушак.