Вспомни меня, любовь - Бертрис Смолл

Вариан поднес руку к ее прическе. Шпильки, которыми Нисса заколола волосы, чтобы не намочить их, полетели в разные стороны. Мягким темным водопадом волосы заструились по плечам Ниссы. Запустив пальцы между прядями, Вариан ласкал ее голову, не отрываясь от губ. Его сердце на минуту перестало стучать, когда он ощутил, как ее проворные пальчики расстегивают его пояс и помогают ему раздеться. Освободившись от оставшейся на нем одежды, Вариан еще крепче сжал жену в объятиях.

Запрокинув голову, Нисса ловила ртом воздух. Встретившись глазами с Варианом, она вдруг спросила:

— Что это со мной, Вариан? Что это за чувство, которое заставляет меня быть с тобой такой смелой? Я не понимаю. Ведь не может же быть это любовью.

— Это всего лишь желание, моя милая, — тихо сказал он. Его сильная рука прошлась по изгибу ее спины и остановилась на ягодицах.

— Церковь утверждает, что плотское желание — это грех, — прошептала Нисса, желая отстраниться, но чувствуя, как ее тело само вжимается в его ладони. — Муж и жена соединяются только для продолжения рода, — заученно проговорила она. — Мне не приходилось слышать, что это может быть приятно, пока я сама не ощутила это вчера ночью, когда прекратилась боль. Это очень дурно, что мне нравится быть твоей?

— Нет, любимая, — шепнул Вариан прямо ей в губы, пробегая пальцами по ее спине вдоль позвоночника. — Страсть между мужем и женой не считается грехом, клянусь тебе! Церковники не говорят об этом вслух, но они знают, что это не грех. — Он еще крепче прижал к себе Ниссу.

Кончиком языка Нисса начала осторожно щекотать его губы — почему-то ей вдруг захотелось сделать это. Ноздри Вариана заострились, он вновь приник к ее губам, его язык властно проник в глубь ее рта. К его удивлению, она не уклонилась и так страстно ответила на его поцелуй, что у него голова пошла кругом. Бережно отстранив и развернув ее, Вариан прижался к спине жены. В узком длинном зеркале они могли разглядеть неясные смугло-золотистые отражения своих тел. Он услышал, как участилось дыхание Ниссы, когда он поднес ладони к ее груди. Он ощущал, каких усилий стоит ей контролировать свои движения.

Нисса зачарованно следила за тем, что отражалось в зеркале. Никогда раньше она не видела себя в нем обнаженной. Может быть, это из-за отблесков огня ее тело кажется похожим на золотистый созревший плод? Его руки на ее теле выглядели такими огромными, однако небольшие груди Ниссы, казалось, были созданы, чтобы заполнить его ладони. Нисса наблюдала, как Вариан нежно ласкает кончиками пальцев ее соски. Склонившись, он поцеловал ее плечо и приник к нему головой.

— Ты очень красива, Нисса, — тихо сказал Вариан. — Ты, наверное, сама не знаешь, как ты прекрасна.

Одна его рука продолжала ласкать ее грудь, в то время как другая скользнула ниже. Сквозь полузакрытые веки Нисса напряженно следила за ней. Вот его палец проник между ее ног, нащупывая самую чувствительную точку. Инстинктивно она вжалась между его бедрами и услышала, как он застонал.

— Я чувствую себя такой порочной, — призналась Нисса. В зеркале она увидела, что он улыбается.

— Мне нравится твоя порочность, — ответил Вариан, слегка покусывая мочку ее уха острыми белыми зубами. — Я хочу научить тебя быть очень, очень порочной, моя дорогая, и обещаю, что это тебе понравится. — Его руки сделались более настойчивыми.

Нисса хотела закрыть глаза — уж очень откровенным было зрелище, но Вариан не позволил ей. Она наблюдала, как неуловимо изменялось выражение ее лица, пока он искусно разжигал ее. С каждой секундой лицо Ниссы становилось все более ярким и возбужденным, а в ее теле возникали все новые, неизведанные властные желания. Они вызывали боль, но это была приятная боль. Нисса видела, что и Вариан испытывает то же, что и она.

— Давай соединимся сейчас же, — умоляла она его.

— Еще рано, — бормотал он в ответ.

Подхватив Ниссу на руки, граф понес ее к кровати, но вместо того, чтобы уложить, опустил ее на самый край, так что ее ноги свисали вниз. Не в силах шевельнуться, изумленная Нисса смотрела, как ее муж опустился на колени перед кроватью, и его темная голова появилась между ее мелочно-белыми бедрами. Сильные мужские руки заставили ее раскрыться, а затем, к ее ужасу и изумлению, он начал языком ласкать ее чувствительную плоть.

— О-о, нет! Нет! Ты не должен так делать, — слабо запротестовала Нисса, но даже ради спасения жизни она была бы не в силах остановить его. Какое необыкновенное волнующее и приятное ощущение… Но, Боже мои, вот это уже наверняка дурно! Это грех! Нисса попыталась бороться, но затем наслаждение настолько овладело ею, что она потеряла силы сопротивляться. Она просто не могла. Это было слишком чудесно. А потом, когда она почувствовала, что ее растревоженная плоть не может больше выдержать ни одного мгновения этой сладкой пытки, Вариан вдруг вырос над ней во всем блеске своего мужского желания. Мгновение постояв, опираясь ногами на край кровати, он простерся над Ниссой. Его пальцы впились в нежные бедра. Переместив ее повыше, он начал входить в нее мощными ровными толчками. В этот миг Вариан вдруг ощутил себя необычайно сильным.

Его руки легли на ее грудь. Она чувствовала тяжесть и даже боль, с такой силой они ласкали ее. Нисса ощущала, как он постепенно заполняет ее. Ей казалось, что сегодня он еще больше и сильнее, чем прошлой ночью. Не отдавая себе отчета, зачем она это делает, Нисса обхватила его руками и ногами, крепко прижавшись к нему, и, задыхаясь, почувствовала, как он все глубже проникает внутрь ее тела. Из каких-то глубин ее существа исторгся звук, похожий на рыдание, но не на рыдание человека. Неужели это она?.. На этот раз Нисса совершенно не ощущала боли, только невероятное, все усиливающееся напряжение где-то глубоко внутри. Оно все росло и росло, и Ниссе казалось, что больше она уже не в силах выдержать, но она выдерживала.

— Нисса! Нисса! — простонал он, зарываясь лицом в ее приятно пахнущие волосы. — Господи, любимая, никогда не желал я так никого!

Его движения становились все более неистовыми. Нисса услышала его слова, но в следующую минуту она вдруг исчезла, потерялась, растворилась, подхваченная могучим, неуправляемым, радужно-искрящимся водоворотом. Она превратилась в трепещущую бабочку, сметенную не знающим преград вихрем страсти.

— Вариан! — исступленно выкрикнула Нисса в тот миг, когда все нарастающее внутри нее напряжение вдруг разрешилось ослепительной вспышкой невероятного, неописуемого блаженства — в тот самый момент, когда и он достиг вершины. Вариан ощутил, как хлынувшие из него в счастливый миг высвобождения соки наполняют ее доверху. Он рухнул на Ниссу, опустошенный и в то же время исполненный небывалого покоя и блаженства. С усилием приподняв голову, Вариан заглянул в ее прекрасное лицо. Нисса побледнела и, казалось, едва дышала, но вот она открыла свои бездонные фиалковые глаза и остановила на нем взгляд.