Алые небеса Сеула - Лина Ро

Двери начинают съезжаться под предупредительный писк. Я не шевелюсь, будто паралич разбил. Зато Минхо соображает резво и зажимает кнопку «Отмена». Маша заходит, опуская глаза в пол, тихо здоровается и разворачивается спиной. Странное чувство. Словно меня вот-вот поймают с поличным, хотя готов поклясться – держусь уверенно, даже не смотрю на затылок брюнетки, вопреки тому, что вчерашние стяжательства обрушиваются на грудь с новой силой.

К третьему этажу понимаю – Соколовой везет по жизни. Ведь не будь с нами Минхо, я бы не стал сдерживаться: схватил бы девчонку за плечи, развернул к себе лицом и высказал то, что думаю.

А что я думаю? Не хочу расставаться?..

– Мисс Хоук, – внезапно нарушает тишину Пак, озвучивая фамилию Марии настолько нежно, почти интимно, что я, не в силах скрыть возмущения, резко поворачиваю голову, глядя на придурка в упор.

– Да, генеральный директор? – невозмутимо отвечает Соколова и смотрит на Пака через плечо.

Намеренно делаю шаг в сторону, почти касаясь локтем наследника. Сверлю Машу взглядом, нагло, бесцеремонно, но она игнорирует. Минхо достает что-то из кармана и протягивает русской. Через силу отрываю взгляд от Соколовой, концентрируясь на раскрытой ладони Пака, где поблескивает кольцо.

Машино!

– Вы у меня в машине забыли, – мечтательно мурлычет паковский выродок, а у меня челюсть заклинивает до мельтешащих мушек в глазах – так больно.

ЧЕГО, БЛИН? В КАКОЙ ЕЩЕ МАШИНЕ? КАКОГО ТОККЭБИ[43] ТУТ ПРОИСХОДИТ?!

Маша что-то бормочет, но для меня ее слова сливаются в белый шум. Любые сторонние звуки наглухо тонут в бессвязном шипении.

Лифт останавливается. Двери открываются. Соколова выскакивает из кабины дикой ланью.

«А ну, стоять!!!» – хочу крикнуть вслед и сцапать девушку за руку, но меня отвлекает Минхо.

– Как ужин с председателем? – важно интересуется он, причем с намеком, что я прыгаю выше головы.

– Чего? – брезгливо хмурюсь, но вовремя спохватываюсь и прячу раздражение за надменной улыбкой.

Что? Хочет поиграть в перетягивание каната? Я – запросто.

– Думал, вы не в курсе.

– Разумеется, в курсе, – отвечает Пак без претензий, однако на дне его наверняка подправленных хирургом глаз я вижу задетое эго. – Это ведь моя компания.

Ясно: подтверждение подоспело.

– Выходите?

Замечаю, что директор до сих пор держит палец на кнопке «Стоп». Киваю, типа с благодарностью. Скрипя зубами, кланяюсь. Покидаю лифт и, едва тот трогается, рассекаю воздух несколькими порывистыми хуками.

Вот бы сейчас как следует врезать по лощеной физиономии Минхо! Приклеился же, выхухоль подбордюрный! Стоп. Он знает про меня и Машу? Если нет, то с какого перепуга проявляет к ней интерес? Да, Соколова девушка красивая по любым стандартам, но… Нутром чую – что-то не так. Хотя… Может, все до банального примитивно и… Нет! Даже думать о подобном не желаю.

Маша не такая! Правда ведь?.. Но как и при каких обстоятельствах русская оказалась в тачке генерального? И ведь урод чересчур любезный… Тошно! На меня-то волком смотрит, а перед Соколовой – будто единорогами покусанный! Ар-р!

Нутро клокочет от злости, а главное – непонимания ситуации. Неприятное чувство. Терпеть его не могу! И обычно предпочитаю разъяснять недоразумения сразу, но теперь четко понимаю, что неспособен вести себя сдержанно, – задето личное.

Маша для меня личное!

Ударяю несколько раз ладонями по лицу. Пытаюсь восстановить дыхание и мыслить незаинтересованно, отстраненно: только так можно найти рациональное объяснение всему, что я увидел накануне и сегодня утром в лифте. Но мысли путаются, пазл не складывается. Куда, черт возьми, подевался хладнокровный Ким Соджин, который срочно нужен?

Тем временем этаж начинает заполняться людьми. Дабы избежать церемониальных приветствий, как можно скорее удаляюсь в кабинет, где под предлогом важной встречи пишу в корпоративный чат об отмене планерки. Предупреждаю секретаря Чон Хану, что планирую заняться перевозом вещей. Получаю дозволение и покидаю здание корпорации до официального начала рабочего дня.

В квартиру возвращаться по-прежнему не хочу, но выбора нет – я должен играть роль.

К обеду заканчиваю переезд, но обратно в офис не спешу. Настраиваю удаленный доступ к рабочему лэптопу, скачиваю дела сотрудников и вприкуску с рамёном изучаю вдоль и поперек: пытаюсь отвлечься. Попутно заказываю в интернет-магазине две веб-камеры, замаскированные под горшочки с суккулентами. Коль Минхо решил установить за мной слежку, отвечу тем же – один «глаз» размещу у себя, а второй в кабинете генерального. Придумать бы еще предлог для визита.

В процессе вырубаюсь. Неудивительно, не спал всю ночь. Около шести вечера меня будит телефонный звонок. Господин Чон просит подъехать в компанию. Поскольку я слился, он самостоятельно выбрал кандидата на должность моего секретаря и теперь – почему-то именно сегодня – нужно подписать указ о назначении.

Спорить не решаюсь, собираюсь. Одеваюсь неформально: угольный лонгслив, черная кожанка и джинсы. К моему приезду большинство работников покинут здание, не вижу смысла выряжаться пингвином.

Секретарь Чон встречает меня в проходной. Внимательно оглядывает с ног до головы, неодобрительно щурится, но вслух ничего не говорит.

Поднимаемся на шестой этаж. В кабинете, как выясняется, уже находится миловидная агасси. Понятно, почему Хану скривило от моего прикида.

Девушка вскакивает на ноги, начинает кланяться, теребить платок – нервничает.

– Руководитель Ли, это Чхве Джуён, отличный работник. Она говорит на нескольких иностранных языках и…

– Неужели? – перебиваю я, отсылая девице ответный поклон, но не глубокий, директорский.

– Все верно, руководитель Ли. Английский, японский, китайский и поверхностно – русский, – перечисляет она.

– Русский? – искренне удивляюсь. – Любопытно…

– Мы решили порекомендовать сотрудника на должность секретаря, – вклинивается господин Хану. – Я считаю, что госпожа Чхве прекрасно подойдет на данную позицию.

Джуён – если я правильно запомнил – аж дышать перестает. Секретарь Чон выжидающе глядит на меня. Все максимально серьезные, будто мы сейчас судьбу человечества решаем.

– Ладно. – Расслабленно пожимаю плечами и разворачиваюсь к двери.

– Руководитель Ли… – цепенеет Хану. – Вы даже ничего не спросите у госпожи Чхве?

Оборачиваюсь. Смотрю сначала на аджосси[44], затем на дамочку – совсем бледная. И, чтобы хоть как-то разрядить обстановку, доброжелательно улыбаюсь.

– Я полностью доверяю вашему выбору, секретарь Чон. Чхве Джуён, трудитесь усердно. – И мой кулак приветственно салютует агасси, дескать, файтинг[45].

Хану раздосадовано вздыхает, качая головой.

– Ну, хоть бумаги-то подпишите…

– Ах да, приказ о назначении, – вспоминаю я, скоренько возвращаясь к столу.

Надоело здесь торчать. «Пак-Индастриал» раздражает. Поехать бы в бар и выпить пива с соджу. Слишком много на меня навалилось.

Занимаю рабочее кресло, мельком пробегаюсь по тексту документов, не особенно вникая в суть, а затем поднимаю на девушку глаза и как бы между прочим спрашиваю: