Ящик Пандоры. Книги 1 – 2 - Элизабет Гейдж

До сих пор она ничего не сказала. Выражение ее лица было непроницаемым, спокойным. Было очень трудно без внутренней дрожи встречаться с ней взглядом. Но Лу собрал в кулак всю свою волю, чтобы выглядеть твердым и даже снисходительным.

– Я дам тебе такую рекомендацию, какую не давал еще ни одному человеку, – продолжал он. – Это будет блестящая рекомендация. Как раз такая, какую ты и заслуживаешь, Лиз. Ты очень много сделала для «Бенедикт Продактс». Мы все до сих пор находимся под глубоким впечатлением от твоей энергичной работы, великолепных идей, понимания того места на рынке, которое занимает наша компания. Тебя оторвут с руками и ногами сотни фирм. Хоть здесь, на побережье, хоть где-нибудь в другом месте.

Он старался держать себя в руках и контролировать каждое свое слово.

– У тебя большое будущее, – продолжал он. – Но пойми, Лиз, наши отношения должны прерваться. Просто прерваться. Между нами существует много разногласий, которые не могут быть улажены. И… другими словами… необходимо положить этому конец. Наши отношения наносят вред «Бенедикту», тебе, мне. Вот, собственно, и все, что я хотел тебе… сказать.

Он сцепил руки замком на столе и, собравшись с духом, поднял на нее глаза. Она была так красива в своем костюме! Взгляд ее зеленых глаз, казалось, прожигал его до самого сердца. Он почувствовал сильнейший приступ душевной боли при мысли, что через минуту она уйдет, чтобы больше никогда к нему не вернуться. Она выйдет из его кабинета и оставит его наедине с его одиночеством. Он даже не пытался представить себе, как все это будет, настолько мучительной была эта мысль.

Возможно, размышлял он, когда-нибудь ему удастся забыть ее, как наркоман после длительного перерыва избавляется от пагубного влечения, которое владело им столь сильно. Раны зарубцуются далеко не сразу, ибо они очень глубоки, но по крайней мере Лиз больше не будет стоять на его жизненном пути, не будет препятствием к возвращению в семью. Нет, нельзя сказать, что с ее исчезновением для него наступит эра мрака.

Главное, выстоять сейчас.

В конце концов, другого выхода из положения действительно не было. Наступал момент неминуемого прощания.

К его удивлению, она спокойно раскрыла свою папку, выложив оттуда пачку каких-то бумаг. Она подошла к нему, положила бумаги на стол, а сама села.

– Лу, – проговорила она, – ты никогда не задумывался над тем, почему курс наших акций так устойчиво повышается с недавних пор?

Он был сбит с толку и нахмурился, пытаясь понять, что она хочет этим сказать.

– Почему ты спрашиваешь? – пробормотал он. – Почему я должен над этим задумываться?

– Я бы на твоем месте задумалась, – ответила она все так же спокойно. – Если бы акции моей компании стали неожиданно расти в цене, несмотря на настоящее неблагоприятное состояние экономики, несмотря на отрицательные итоги финансовой деятельности за последние два года, я бы очень серьезно над этим задумалась.

Лу в изумлении уставился на нее.

– Лиз, к чему ты клонишь? О чем ты говоришь, я что-то не пойму?

– Я говорю о современном положении дел в экономике, – ответила она твердо. – О том порядке в бизнесе, который установился после войны, Лу. Разве тебе не известно о том, что за последние пять месяцев некая корпорация «Американ Энтерпрайз» приобрела на рынке крупный пакет твоих акций? Эти акции были приобретены через множество посредников, включая дочерние предприятия этой корпорации, различные фонды, подставные компании, банки, наконец, частных покупателей. Однако, весь пакет сосредоточился на данный момент в руках «Американ Энтерпрайз». Курс твоих акций повысился в последнее время на биржах вследствие одной единственной прозаичной причины. Корпорация начала скупать их через всех своих представителей, наступило оживление и цены поползли вверх. Повышение курса твоих акций говорит вовсе не о благоприятных изменениях в работе «Бенедикт Продактс», а всего лишь о том, что кто-то хочет сосредоточить акции в одних руках. Кто именно – я уже сказала.

Лу был сконфужен. Он пожал плечами и осторожно сказал:

– Ну, и пусть покупают. Мне-то какое дело? Почему я должен беспокоиться из-за этого?

Лиз холодно улыбнулась.

– Люди, ответственные за приобретение акций «Бенедикт Продактс», – сказала она, – ничего и никогда не делают просто так. Могу тебе сообщить, Лу, одну новость. Перед следующим собранием наших пайщиков эти люди сделают им выгодные предложения, которые будут заключаться в том, чтобы пайщики продали им за наличные свои акции. В этом случае у «Американ Энтерпрайз» будет в руках контрольный пакет. Ни много ни мало.

Лу отчаянно пытался понять, какая опасность ему угрожает, что хочет сказать Лиз, на что она намекает. Все это казалось пока дикой бессмыслицей.

– Наши пайщики не станут продавать свои акции, – возразил он неуверенно.

– Еще как станут, Лу, – с улыбкой ответила она. – Они продадут свои паи, потому что цена, назначенная «Американ Энтерпрайз», будет слишком высокой, чтобы устоять. Скажем, по двенадцать долларов за каждую акцию. Может, и больше.

Лу попытался скептически усмехнуться.

– Неужели ты думаешь, что эта банда шулеров, которая громко называет себя «Американ Энтерпрайз», будет кидать на ветер такие бешеные деньги?

Лиз только покачала головой.

– На ветер никто денег кидать не собирается. Эти деньги будут вложены в… приобретение твоей компании. Со всеми, как говорят, потрохами. Временная потеря возместима. Это очень удачное вложение капитала. Наступили новые времена, Лу. Такие вещи сейчас происходят все чаще и чаще. Существующая налоговая система только поощряет это. Новые крупные конгломераты увеличиваются, не опасаясь тратить на это суммы из своих капитальных фондов. Все окупается со временем.

Улыбка на лице Лу померкла.

– Что ты говоришь, Лиз?.. – жалко пролепетал он.

– Я говорю, что не позже чем этой весной твоя компания будет куплена «Американ Энтерпрайз», – ответила Лиз ледяным голосом. – «Бенедикт Продактс» прекратит существование в качестве независимого предприятия.

Лу открыл рот, но ничего не смог выговорить. Он подумал о том, что сходит с ума. Возможно, вся эта рассказанная Лиз история – блеф чистой воды, безумная фантазия. Она очень походила на страшный бред…

Он не был готов к восприятию этого. В его долгой деловой жизни никогда не было ничего подобного.

Лиз тем временем спокойно продолжала:

– Лучшим выходом для «Бенедикт» является промышленное слияние, – сказала она. – Хотя при таком повороте от нас почти неизбежно потребуют сменить название и мы посадим себе на шею высокое начальство из «Американ», но… Но мы все же станем важной составной частью корпорации, мы будем одним из главных звеньев этой цепи, Лу. Мы будем занимать серьезное место в их производственных планах. Я посещала некоторые их совещания, поэтому знакома с их замыслами. Там уже решено окончательно, что нашей основной специализацией станет телевизионная технология. Мы станем крупным производителем деталей для домашних телевизионных приемников, а также создадим исследовательскую базу для дальнейшего развития телевизионной технологии и ее применения для научных целей. Особенно в программах «Аэроспейс».