Двойная игра - Барбара Босуэл

— Тебе не придется работать в штаб-квартире, — продолжал Уатт. — Ты будешь при мне… как… м-м-м, ну… в качестве личного ассистента. Ты — талантливая молодая женщина, у тебя множество идей, ты можешь прямо обращаться к будущим избирателям. Ты могла бы дать мне несколько советов по поводу моей речи перед выпускниками, например, и…

— Я не смогу сказать своей сестре, что работаю на тебя, — отрезала Кендра. — Этан Торп — ее босс. Его хватит удар, если он узнает, что я в команде соперника Дэна Кларкстона.

— Мы могли бы держать все в секрете, раз тебе это нужно, — согласился Уатт.

Шея его начинала багроветь, брюки непристойно натянулись на бедрах, хоть он и убеждал себя, что, делая предложение, не выходит за рамки приличий. Яркой, но лишенной всякого покровительства молодой женщине он давал шанс сделать карьеру в политике. Ему стало жарко, и он поймал себя на том, что расстегивает воротничок и развязывает галстук.

Кендра удивилась, как холодна она, играя с ним.

— Я думаю, все ясно, — сказала она, потряхивая длинными блестящими волосами.

— Может быть, мы еще поговорим об этом? — небрежно предложил Уатт. — За обедом сегодня вечером?

Кендра выдержала паузу, делая вид, что думает.

— О'кей.

Она не позволила себе попрыгать и победно повизжать. Такое поведение было бы катастрофически лишено холодности.

— Я заберу тебя из дому около семи?

— Эй, маленькая леди, вы собираетесь дать мне счет еще в двадцатом веке или мне подождать следующего тысячелетия? — позвал из зала возмущенный посетитель. — Мне восемьдесят два года, и я не собираюсь тратить оставшееся мне короткое время, ожидая, когда вы принесете мне чек!

— Ох, я, пожалуй, пойду, пока старенький мистер Картер не начал швырять в меня солонки и перечницы. Он это проделывает, когда ему не оказывают должного внимания. Хорошо, сегодня в семь.

Кендра улыбнулась Уатту и ринулась к столику обиженного посетителя.

Первое время персонал зоопарка держался бодро, даже отпускал шутки по поводу детей, которые терялись здесь ежедневно. Корд вторил служащим; считая, что они реалисты. Конечно, Макси отыщут, это дело времени. Каждый ребенок, потерявшийся в зоопарке, объявлялся погодя немного.

Эшлин не произносила ни слова. Она молча сидела в комнате, куда обращались в случае пропажи детей, ее голубые глаза стали огромными от ужаса, а тело окаменело. С того момента, когда они поняли, что Макси исчезла, Эшлин подозревала самое худшее. Она предполагала именно худшее потому, что в ее жизни самое плохое было повседневностью. Смерть спившегося отца; гибель матери, сбитой на дороге лихачом-водителем; Рейлин, утонувшая из-за аварии с лодкой. А теперь пропала маленькая Макси. Эшлин сидела неподвижно, глядя в пространство и представляя себе немыслимое. Макси исчезла! Глаза Эшлин горели, но в них не было слез: казалось, кусок стекла застрял у нее в горле. Она не могла глотать, не могла говорить. Почувствовав, как Дэйзи шевельнулась на соседнем стуле, она автоматически обняла малышку. Дэйзи сидела тихо и спокойно уже целый час, крепко прижимая к себе новую игрушку — мишку панда. Пакет с Сувенирами из магазина подарков лежал на полу у ее ног. Ни Эшлин, ни Дэйзи не прикасались к нему.

Корд мерил шагами комнату. Он чувствовал, что надежда тает по мере того, как один час ожидания сменяется другим.

Голоса становились глуше, а нарастающее ощущение беспокойства охватывало персонал, делая лица все озабоченнее. Обшарили все закоулки зоопарка, где обычно находили потерявшихся детей, но Макси нигде не было.

Корд смотрел, как Эшлин гладит темную шелковую головку Дэйзи, прислонившейся к матери, потом не выдержал и отвернулся. Они выглядели такими потерянными, их боль и ужас были невыносимы.

Корд почувствовал себя больным. Если бы только он держал Макси за руку и отвел ее в эту проклятую дамскую комнату, она была бы сейчас с ними. Если бы только… Но он не держал ее за руку, и в том, что малышка пропала, была его вина.

Ее веселое дружелюбие, которое приводило Корда в восторг, сейчас стало для него источником кошмара. Макси принимала его легко, болтая с ним, улыбаясь ему, просовывая свою маленькую ручку в его руку. Было так просто представить себе Макси улыбающейся и болтающей, берущей за руку незнакомца, чтобы отправиться в предложенное путешествие… В конце третьего часа поисков мрачный администратор объявил, что зоопарк весь обыскали и пора обратиться в полицию. Эшлин в отчаянии закрыла глаза, В ее жизни полиция приносила только плохие новости. Последняя надежда тлела так слабо и была, скорее, отголоском печали, а ие силы.

— Мам, я хочу пить. — Дэйзи терла глаза кулачками. — Можно мне понять из фонтана?

Эшлин кивнула. Она видела страх в выразительных глазах своего пятилетнего ребенка, и ей захотелось закричать. Нет, нельзя, конечно. Она не могла даже заплакать, не теперь, когда Дэйзи ждала от нее уверенности я поддержки.

— Я пойду с ней к фонтану, — предложил Корд.

— Нет, я хочу, чтобы мама пошла со мной, — выпалила Дэйзи, хватая Эшлин за руку. — Она не даст мне потеряться.

Намек на обвинение в детском голосе был равносилен удару.

— Не вина себя, — с трудом прошептала Эшлин.

В горле было так сухо, что она едва говорила: Корд схватился за голову.

— Эшлин, я просто в отчаянии. — Он взял ее руку, она был ледяная, несмотря на удушающую жару в офисе. — Я должен был быть вместе с Макси…

— Это не твоя вина.

Она с трудом справлялась с собственной болью, обсуждать с ним все было свыше ее сил. Легче было простить его и наглухо замкнуться в себе. Несчастья случаются… и неважно, сколько усилия ты прилагаешь к тому, чтобы контролировать ситуацию, изменить или улучшить порядок вещей…

Эшлин глубоко вздохнула и отняла свою руку. Этот разговор окончательно опустошил ее.

Прибыла полиция и приступила к поискам в районе, прилегавшем к зоопарку. Зоопарк находился в окружении больших старых домов, разделенных деревьями и лужайками, и нескольких крупных отелей с северной стороны. Но наибольшее беспокойство у полиции вызывала близлежащая станция метро — если тот, кто похитил Макси, воспользовался подземкой, то в считанные минуты он мог оказаться очень далеко.

Служащие зоопарка сочувствовали пострадавшим, но испытали явное облегчение, когда полицейские предложили продолжить разговор в участке. Корд поехал туда на своей машине, и Эшлин и Дэйзи сели в патрульную.

Не успели машины остановиться, как были окружены толпой людей. Репортеры местного телевидения засыпали Эшлин многочисленными вопросами. Неохотно она отдала им школьную фотографию Макси, сделанную прошлой зимой. Ей казалось, что, отдав фотографию, она разорвет последнюю нить, связывающую ее с маленькой девочкой. Поэтому Эшлин потребовала от журналистов твердого обещания вскоре вернуть фотографию. Ей сказали, что, если в ближайшее время Макси не будет найдена, различные телевизионные программы передадут в шестичасовых новостях сообщение и покажут фотографию, а также репортаж о поисках в районе зоопарка и обращение ко всем, кто видел маленькую Макси, с просьбой позвонить в полицейский участок или на телевидение.