Двойная игра - Барбара Босуэл

Эшлин рассвирепела. Корд выглядел раздраженным и недовольным. Она чувствовала то же, что и он, но, поскольку это были ее дети, она тем не менее готова была держать оборону.

— Макси импульсивна и эмоциональна, — еле слышно пробормотала она, адресуясь только ему. — Не думаешь ли ты, что ее нужно наградить за то, что она не скрывает своих чувств?

— Послушай, Макси, ты можешь взять мою машинку, — успокоила сестру Дэйзи и протянула ей игрушку.

Макси сразу же перестала плакать.

— Молодец, Дэйзи, ты такая добрая, — сказала Эшлин, окинув Корда холодным взглядом. Ребенок-робот, как же!

— Спасибо, Дэйзи, — воскликнула Макси. — Теперь у меня есть маленькая машина, на которой будет кататься моя новая маленькая Барби, когда я получу ее.

Корд приготовился еще к одной истерике, на этот раз со стороны Дэйзи, которая осталась без машины. Но он не услышал ни звука. Он посмотрел на детей в зеркало. Макси катала машинку по сиденью, а спокойная, сдержанная Дэйзи наблюдала за ней.

Он вдруг подумал о том, что двадцать лет назад такая же сдержанная маленькая Эшлин, возможно, также наблюдала за маленькой пылкой Рейлин, как Дэйзи наблюдала сегодня за Макси. Он задумался.

Их первая остановка у магазина подарков в зоопарке прошла довольно успешно. Макси и Дэйзи были очарованы набитыми чучелами, красочными книгами и множеством других вещей, связанных с животными.

— Возьмите все, что хотите, дети, — снисходительно сказал Корд, который выглядел, как настоящий Санта-Клаус в мае. — Дядя Корд заплатит.

Эшлин захотелось провалиться от унижения. Дети с такой жадностью хватали все подряд, что напоминали соревновавшихся в шоу-игре, которых запустили в супермаркет, дав определенное время, чтобы приобрести и не растерять как можно больше вещей.

— Пора это прекратить, — объявила она, загнав девочек в угол. — Немедленно положите все туда, откуда взяли.

— Дядя Корд сказал, мы можем… — начала Макси, но Эшлин резко оборвала ее:

— Положите на место. — Ее тон не терпел возражений.

Дэйзи послушно стала возвращать захваченное на полки.

Но Макси упорно держалась за свои подарки, не желая отдавать их.

— Дядя Корд, заставьте ее сказать «да»!

Губы Корда дрогнули. Ему нравилась никогда не унывающая, пленительная Макси. Она напоминала ему его самого, когда он был ребенком.

— Мне очень жаль, но я не могу, Макси. Она ведь твоя мама, и это ее требование.

— Вот именно, — сказала Эшлин. — Гораздо легче и интереснее не устанавливать каких-либо пределов. Именно к этому мы и стремимся всю свою жизнь.

— За исключением тех случаев, когда приходится иметь дело с тобой, — ответил Корд. — Тебе удается сделать все настолько сложным и скучным, словно ты получаешь удовольствие именно от такой жизни. Тебе нужно только одно: сделать из детей свое маленькое подобие, чтобы они были такими же занудами с полным отсутствием чувства юмора, которые не переносили бы ни шуток, ни каких-либо развлечений. Что ж, на Дэйзи это действует исправно, но Макси еще не настолько пала духом, чтобы поддаться. — Он повернулся к Макси, которая внимательно наблюдала за ними. — Я куплю тебе все эти вещи, дорогая, — сказал он, подняв ее на руки. — Я же сказал, что куплю, и я сдержу свое обещание.

Корд подошел к кассе и усадил девочку на прилавок. Продавец начал подсчитывать стоимость покупок. Расчет Корда был прост: Эшлин ничего не могла сделать, разве что вырвать ребенка из его рук и устроить сцену, наподобие той, которая произошла в ресторане. Живость и мужестве Макси должны быть оценены хотя бы один раз, решил Корд. Это будет справедливо. И кроме того, это единственная возможность показать маленькой девочке, что настойчивость в стремлении добиться своего приносит положительные результаты. Преклонение перед авторитетами приведет к тому, что человек просто…

— Возьми вон ту панду для Дэйзи, дядя Корд, — приказала Макси, указывая на меховую игрушку на полке.

Корд машинально потянулся за ней, и его взгляд остановился на Дэйзи. Она стояла позади матери, наблюдая за ним и Макси. Она выполнила требование матери, положив все вещи на место, и теперь в ее руках ничего не было.

Корд отвернулся от них. Если бы взглядом можно было убить, то от взгляда Эшлин он бы уже оказался на столе для бальзамирования. Большие темные глаза Дэйзи тоже преследовали его. Если Макси поняла, что неподчинение авторитету поможет ей добиться своего, то что же вынесла для себя Дэйзи из всего происшедшего? То, что во всем слушать мать значит остаться ни с чем? Что ее хорошенькая блондинка-сестра может сделать так, что мужчина купит ей все, что она захочет, а для тихой девочки, которая старается поступать правильно, такой удачи уже не предвидится?

Макси торжествовала. Она схватилась за наполненную до краев пластмассовую сумку, украшенную фигурками экзотических животных. Другой рукой она взяла за руку Корда, болтая и смеясь. Корд посмотрел на Эшлин, которая держала за руку молчаливую маленькую Дэйзи. Никогда еще он не чувствовал такой растерянности. Он смутно понимал, что сделал страшную ошибку, но не мог придумать, как исправить положение.

Воспитание детей — это ад, решил он. Его счастье, что ему некого воспитывать, иначе он бы понятия не имел, что нужно делать.

После провала в магазине подарков они обошли зоопарк. Смотрели на зверей, которые жили почти на воле. В отличие от старомодных клеток, где животные находились на виду у посетителей в любое время, современные вольеры, одобренные экологами, позволяли животным прятаться за деревьями и прыгать по скалам.

— Я не видела ни тигров, ни львов, ни панды, — пожаловалась Макси после того, как они посмотрели на места обитания этих животных, но так и не дождались, когда звери появятся из укрытий.

— Интересно было наблюдать за обезьянами, они ведь такие смешные? — напомнил ей Корд.

Макси сразу же начала изображать обезьян, сопровождая действо звуковыми эффектами. Дэйзи смеялась, наблюдая за ней своими темными светящимися глазами.

— А еще раз, — попросила она, хихикая.

Макси, довольная вниманием аудитории, повторила свое выступление, совершенствуя актерское мастерство.

Дэйзи держала маленького, похожего на кошку медведя, которого дала ей Макси, и, казалось, совсем не завидовала своей сестре, прижимавшей к себе полную сумку с сувенирами. Но Эшлин, несомненно, затаила негодование на него за то, что он купил все эти подарки, мрачно подумал Корд. Она теперь ни смотреть на него, ни разговаривать с ним не захочет.

— Мама, мне нужно кое-куда сходить, — зашептала Дэйзи Эшлин.

— А мне не нужно! — пропела Макси, не дожидаясь, пока ее спросят. — Я останусь с дядей Кордом.