Изара, книги 1-6. Кассардим, книги 1-3 - Юлия Диппель

Я бы поставил на последнее. Потому что насколько восторженно они вешались на шею Янусу, настолько же бдительно избегали меня и моего сомнительного настроения.

Слава богу, Мелисанда и Рамадон появились ровно в тот момент, когда Янус заметил меня. Это удержало меня от перспективы в самом начале порадовать падкую на зрелища публику скандалом.

Пока все распределялись и располагались согласно своим статусам, а хронист по строгому протоколу начал проверять присутствие, я задавался вопросом, что замышлял Янус. Судя по тому, как он вел себя здесь, я был готов поспорить на правое яичко, что это собрание созвали по его чертовой прихоти. И дело не только в праздновании его возвращения. Может, он планировал расспросить Ари и Люциана об убийствах на фабричном складе в Риме? Все-таки он, должно быть, не пожалел усилий, чтобы спихнуть все на меня. От обоих брахионов мне было известно, что ради меня молчали обо всех уликах и сведениях, но на официальном слушании лгать не станут.

«Бел?»

Как только у меня в мыслях раздался голос Кассии, самодовольный взгляд Януса тоже скользнул ко мне. О, так он уже научился подслушивать ментальные разговоры. На его мерзкой морде расплылась отвратительная ухмылка: он знал, что я понял, как он стал силен. Сейчас он до меня, может, и не дорос, но долго это не продлится… даже без компенсации, которую мне предстояло ему выплатить.

«Пожалуйста, Бел, мне нужно…»

«Не сейчас!» – раздраженно рявкнул я на Кассию и заблокировал связь между нами. Не хватало только вести дискуссию с ней, пока нас подслушивал Янус.

Рамадон откашлялся:

– Где командир гвардии?

Словно по сигналу, Элиас ворвался в бальный зал своего семейства. Вообще-то опаздывать не в его характере. Он выглядел напряженным, как и всегда, но вместе с тем немного взволнованным и каким-то… довольным. Прищурившись, я пронзил его взглядом. Надо будет потом и с ним перекинуться парой слов.

– Что ж, хорошо, – заговорила Мелисанда. Вопреки моим ожиданиям, добродушная демоница действительно превратилась во вполне сносного лидера. Она привычно вышла на свободное пространство между членами Совета, высокопоставленными лицами и остальной демонической элитой и огляделась.

– Раз мы в полном составе, я хотела бы узнать, кто созвал это собрание!

О, какое чудо, мне не придется расставаться с правым яичком: Янус встал.

– Это сделал я.

– По какому поводу? – вежливо осведомилась Мел.

И началось.

Раскинув руки, Янус спустился к Мелисанде по трем смехотворным ступенькам, как по королевской парадной лестнице.

– Как вернувшемуся члену Верховного Совета мне очень важно уверить вас в своей добросовестности. Поэтому я разработал несколько предложений, которые должны доказать вам, что я думаю исключительно о благе Лиги.

Ох, просто невозможно описать, как мне хотелось блевануть прямо здесь и сейчас. Ко всему прочему Янус начал обходить ряды зрителей, чтобы в старой манере ораторского искусства убедить каждого в своих намерениях.

– За последние века мы, как общество, пугающе сильно утратили влияние. У нас осталось всего два подвластных брахиона, и мы зависим от их расположения. – Он чуть ли не с упреком указал на Ари и Люциана, которые стояли чуть в стороне от возвышения Совета. – В конечном итоге это они нами управляют. Нельзя это так оставлять. Так что вот мое первое предложение: мы снова создадим боевое подразделение брахионов и освободим Люциана и Ариану от их обязанностей.

Господь всемогущий. Наконец до меня дошло. Янус планировал не только расширить свое влияние. Это начало враждебного захвата власти, следующей целью которого будет устранение всех, кого он не сумел переманить на свою сторону.

Мелисанда с впечатляющим достоинством шагнула к Янусу.

– Нельзя выдвигать подобное предложение, не заручившись поддержкой минимум трех высокопоставленных праймусов.

В этот момент из рядов присутствующих вышел Немидес.

– На мою поддержку он может рассчитывать.

Отец Люциана, может, и утратил прежнюю силу, однако как бывший глава Совета все еще играл значимую роль в таких решениях.

Следующим, кто пообещал поддержать Януса, стал отец Мирабель – Плутон, который сейчас называл себя Пабло. Или Омаром. Или Дилланом. Честно говоря, я уже давно перестал запоминать.

Впрочем, по-настоящему я удивился, когда Янтис встала со своего места и объявила:

– Я тоже считаю, что стоит рассмотреть это предложение.

В разразившейся суматохе я видел, как Ари и Люциан кипели от гнева. Видимо, они не ожидали подобной лобовой атаки. Причем такой, при которой их ациамы бессильны.

– Предложение номер два, – самодовольно продолжил Янус. – Сотрудничество с Плеядой должно быть сокращено до минимума. Почему мы позволяем обычным людям вмешиваться в наши дела?

Вот это действительно вызвало ажиотаж. Борьба с Марой тесно связала Лигу и Плеяду. Не в последнюю очередь благодаря Ари и ее многочисленным связям с прежней жизнью. С другой стороны, для многих было бельмом на глазу, что Мелисанда, несмотря на свои обязанности в должности главы Совета, связалась со смертным охотником. Я знал, что некоторые опасались слишком сильного влияния Гидеона на нее.

– Помимо всего прочего, эти люди располагают всеми средствами «Омеги» – организации, которая намеревалась нас уничтожить. А мы… мы добровольно передали их им. Как такое могло произойти? – вопрошал толпу Янус. – Поэтому моим третьим и последним предложением будет конфисковать сведения и имущество «Омеги». Это увеличит нашу власть. И Лига вновь окрепнет.

Выбросив кулак в воздух, он завершил свою драматичную речь под пугающе бурные аплодисменты публики с промытыми мозгами. Другие освистали его, и вдруг все захотели высказаться. Начались дискуссии, вспыхнули перепалки, по залу полетели оскорбления, и посреди всего этого стоял самодовольно улыбающийся Янус, черные глаза которого не отрывались от меня. Раньше я никогда не понимал, почему он выбрал именно такую, отталкивающую, угловатую и отмеченную ненавистью оболочку. А сегодня понял, что отвращение, которое он вызывал, могло быть крайне эффективным оружием.

Я недооценил его фанатизм. С тех пор как сбежал из Тихого омута, он явно не успокаивался ни на секунду, воплощая в жизнь свои мечты о мести, которым, без сомнения, предавался каждый божий день в течение двух тысяч лет. Он терпеливо сплетал вокруг меня толстую сеть, которая медленно, но неизбежно затягивалась. Его обвинения перед Грией и встреча здесь – это только начало.

Нужно его остановить. Причем как можно скорее. Мои приготовления, быть может, еще не закончены, но в данный момент они отодвинулись на второй план, поскольку каждый следующий шаг, который я позволял сделать Янусу, подрывал мое влияние и уменьшал ресурсы. Настало время небольшого противостояния.

Я плавно встал.

Шум в бальном зале стих, все взоры обратились ко мне.

– Я призываю в свидетели Тимеона, – твердым голосом объявил я.

За этим последовала вспышка черного света, и материализовался старейшина. Он по-прежнему занимал оболочку, благодаря которой выглядел тучной версией моего бухгалтера. И в этот момент смерил меня