Ботоксные дневники - Линн Шнернбергер

— Может, это просто такой период. Не очень счастливый, конечно, но ведь он когда-то закончится. Вы просто должны его пережить. Вы с Люси справитесь со всем этим.

— Я вообще не уверен, что мне хочется с этим справляться. — Голос Дэна звучит вызывающе. — Все это произошло не за одну ночь. Наши отношения не ладились уже несколько месяцев. Она от меня отдалялась. Я на работе, она на работе. Мы и говорили-то лишь о том, какой университет выбрать для близнецов. Если честно, то последний раз нам по-настоящему было хорошо в 1997 году, на Кони-Айленде.

— Вы были на Кони-Айленде? — Я на мгновение забываю обо всем, представив себе Люси с хот-догом в руке — пусть даже и без кислой капусты, — катающейся на «Циклоне».

— Да, один раз.

— Но это же опасно. А вот я никогда не была в Бруклине.

— Никогда? — Дэн тоже на минуту забывает о своей беде. — Постой, разве мы не ходили все вместе на концерт Лу Рида в БМА?

— Это было в Бруклине?

— В Бруклинской музыкальной академии, — подтверждает Дэн, впервые улыбнувшись. — Помнишь, мы шли через мост? Это был Бруклинский мост.

— Ну, во всяком случае, я этого не знала, — защищаюсь я. — А ведь правда, вечер был потрясающий. И всего-то прошло два года.

Дэн грустно кивает, его лицо вновь мрачнеет.

— Да, у нас были и хорошие времена. Слава Богу, остались видеозаписи. Но не думаю, что нас с Люси ждет потрясающее будущее. Если ей хочется жить своей жизнью, что ж, тогда я буду жить своей. С романтикой и всплесками эмоций. Посмотрю, как ей это понравится.

— Ей это не понравится. А в тебе сейчас говорит обида. Не принимай поспешных решений, подожди немного.

— Ладно, — ворчит Дэн, — так и быть, позвоню риэлтору после обеда.

Я слышу, как у меня в сумке звонит телефон. Наверняка это другая сторона конфликта — Люси, которая, должно быть, расстроена еще больше, чем Дэн. Что ж, для него я сделала все, что могла, и теперь готова прийти на помощь другим. Баулдер, Дэн, Люси… Если у меня появится еще хоть один клиент, власти штата Нью-Йорк заставят меня оформить лицензию консультанта по семейным проблемам.

Дэн смотрит на свой «ролекс» — подарок Люси ко дню рождения. Наверное, теперь он выбросит эти часы, заменив их символом своей новой жизни, полной приключений. Скорее всего это будет хронометр от «Таг Хоэр», показывающий время в шести зонах, высоту над уровнем моря, если вы поднимаетесь в горы, и глубину подводой — если погружаетесь с аквалангом в морскую пучину. Это ему, несомненно, пригодится, поскольку его ждет еще множество взлетов и падений.

— Может, поедем на следующем поезде? — спрашиваю я Дэна, приканчивая латте: мне не терпится позвонить Люси.

— Нет, езжай одна, — отвечает он, вновь накрывая свой чай крышкой, — а мне что-то не хочется. Пожалуй, возьму выходной.

— Выходной? Это на тебя не похоже. Что ты собираешься делать?

— Все, что захочу. Буду брать пример с Люси. Правда, пока еще не знаю, чего именно мне хочется.

Из поезда я звоню Люси и сообщаю, что только что была с Дэном в «Старбаксе». Подруга явно чувствует облегчение от того, что ей не придется сообщать мне неприятную новость.

— Я так расстроена, что все утро ела голубику и ативан.

— Ативан? У тебя что, опять разыгралась аллергия?

— Нет, средство от аллергии называется кларитин. Хотя, пожалуй, его тоже стоит принять — что-то у меня нос заложило.

— Наверное, это оттого, что ты плакала, — предполагаю я.

— Да, правда, скорее всего от этого. Что же тогда принять?

— Не знаю. А от чего помогает ативан?

— Это бензодиазепин, — любезно поясняет Люси, как будто мне это что-то говорит.

— А… — неуверенно тяну я.

— Я точно не знаю, от чего он. Трейси дала его мне вместе с диет-колой. Сказала, что всегда принимает это, когда я на нее кричу. Он вроде бы успокаивает и снимает напряжение.

— А при чем здесь голубика? — Похоже, так мы никогда не доберемся до Дэна.

— Это посоветовал Аткинс.

— Я думала, Аткинс рекомендует есть чизбургеры без хлеба.

— Видишь ли, в последнее время очень многие предпочли ему программу «Уэйт уочерс», поэтому ему пришлось добавить голубику, чтобы сохранить конкурентоспособность.

— Когда он добавит мороженое, я, пожалуй, к тебе присоединюсь.

Люси вздыхает:

— Пожалуй, ты права. Черт с ним, с Аткинсом. Может, встретимся и поедим мороженого сразу же, как ты приедешь в город?

— Это будет в девять сорок две.

— Отлично, — соглашается Люси, наплевав на свою диету, из-за чего я прихожу к выводу, что она, вероятно, немного не в себе.

И точно, войдя в кафе, расположенное по адресу: улица Серпендити, дом три, я вижу подругу, сидящую перед огромным сливочным мороженым-сандэ.

— Это называется «Кухонная мойка», — сообщает Люси. — Заказать тебе такое же? — Она опускает ложку в вазочку, зачерпывает огромное количество мороженого с карамельным сиропом, кусочками банана, взбитыми сливками, орехами и мараскиновой вишней, и отправляет все это в рот.

— Боюсь, мне не съесть целую «мойку», — дипломатично отвечаю я. — Может, ты со мной поделишься?

Люси смотрит на свое мороженое, очевидно, решая, сможет ли уступить мне хоть ложечку, и говорит:

— Нет, лучше я закажу тебе новую порцию. Боюсь, свою мне придется съесть самой. Во всяком случае, это действует лучше, чем ативан.

А может, она просто наконец кое-что поняла? В том числе и то, что натворила?

— Дэн казался очень расстроенным, когда ты с ним говорила? — спрашивает Люси. — Он угрожал, что бросит меня, но я уверена, он этого не сделает. — Она зачерпывает еще мороженого, потом кладет ложку на блюдце. — А все этот дурацкий «Ле Ретрит». Они во всем виноваты. Говорили, что строго следят за соблюдением конфиденциальности. А на самом деле оказались компанией идиотов. Можешь себе представить? Нас зарегистрировали в одном номере под нашими настоящими именами, и, казалось бы, нетрудно догадаться, что Хантер Грин вовсе не «мистер Бэлдор».

— Мистер Бэлдор? — переспрашиваю я, чувствуя, как у меня начинает кружиться голова. — И что же случилось?

Люси слизывает с ложки немного сиропа и вздыхает:

— Хантер забыл в номере свои часы, а какой-то придурок решил отослать их в Пайн-Хиллз — мистеру Бэлдору. Дэн открыл бандероль, думая, что она адресована ему, и обнаружил там «ролекс» Хантера. Тот самый, который я подарила ему на день рождения, с надписью на крышке: «Хантеру от Л. с объятиями и поцелуями».

— Люси, ты в своем уме? Ты что, купила Дэну и Хантеру одинаковые часы?

— «Ролекс» Хантера я отнесла на расходы телекомпании, — отмахивается она. — Ему ведь придется появляться в нем перед камерой.