Рысюхин, 12 градусов хватит? - Котус

Влад Беляков рассматривал дельталёт со смесью ужаса и восхищения, остальные тоже были под впечатлением. Репутация моя явно укрепилась, вопрос только — в каком качестве.

— Вот не видел бы сам лично как вы, ваша милость, эту конструкцию проектировали да экспериментировали со змеями воздушными — спросил бы, где и по чём аппарат брали. Но всё равно удивляюсь — вот на этой вот… На этом змее с моторчиком можно добраться к нам из Могилёва быстрее, чем на автомобиле⁈

— И тебе здравствовать, Влад. Сколько раз просил — «без чинов», а⁈

— Так то же наедине или при своих…

— А это, что, чужие?

При этом и он, и я понимали, что всё равно он будет продолжать титуловать меня при встрече, дожидаясь подтверждения команды. А я каждый раз напоминать, что такое право у него есть давно. И никуда от этого не деться, разве что многие годы тесного и близкого общения помогут. Такие вот выверты этикета в его самом что ни на есть приземлённом и прикладном аспекте.

— Что до добраться — я же добрался! По времени — около полутора часов потратил с момента взлёта, чуть больше.

— Это какая же скорость получается у этой мыши летучей⁈

— Хм, а похоже… Так, если отбросить время на набор высоты, на посадку… Расстояние по карте, ага, реальное будет примерно… Делим на минуты, умножаем на шестьдесят… Так, средняя путевая скорость, по расчёту, получается где-то сто двенадцать километров в час с хвостиком. Повезло с ветром, как минимум не мешал — по расчётам крейсерская скорость аппарата должна быть сто десять, максимальная сто тридцать, но там энергия из накопителя очень уж активно уходит.

— Обалдеть, простите, Юрий Викентьевич! Вот на этой тряпочке с реечками, разогнаться до ста тридцати вёрст⁈ Жуть какая…

— Ну, кому жуть, а Маша моя, как маг воздуха, в полёте медитирует и чувствует себя так хорошо, что даже завидно. Так, крыло помогите в сложенном виде закрепить и катите в гараж, поставьте где-нибудь возле стеночки. Только не погните ничего! А мы с вами, Владислав Тимофеевич, поедем в Викентьевку, работу работать. Она же, зараза такая, не волк, сама в лес не убежит…

Глава 23

Работа в лес убегать не хотела, но кусалась вполне по-волчьи. За оставшееся в субботу время только и успели, что рассортировать по темам и срочности, да перебрать самое-самое животрепещущее. И если некоторые дела требовали только подписи и печати, решать там было по сути нечего, и даже решать «да–нет» необходимости не возникало, например, оплата расходов на школу с общего накопительного счёта «фирмы». Кстати, юридическое оформление моей уже, по сути, группы компаний, вместе взятой и каждой «отрасли» по отдельности, а также их юридическое же и финансовое отделение от семьи — тоже чемодан задач. Причём если сперва я эту идею воспринимал как какую-то блажь, заумь и лишнюю бюрократию, то сейчас понимаю, насколько это нужно, из вот этих вот бумаг, если бы их мог заверять не глава рода, а глава родовой компании — минимум треть просто исчезла бы. Но пока не понимаю, как за это преобразование взяться. И Сребренников, мой поверенный, только крякнул, когда к нему с этим вопросом обратился. Они с Архипом Сергеевичем уже не одну неделю занимаются подготовкой к началу формирования списка документов, и оба на два голоса жалуются, что тут нужен адвокат или целая контора, которые на таких делах специализируются, поскольку подзаконных актов, порой на первый взгляд полностью противоречащих породившему их закону — чудовищное количество, а ещё масса циркуляров и инструкций административных и ведомственных, которые их авторы даже не думали хоть как-то согласовывать друг с другом. И каждый чиновник считает циркуляры его родного ведомства самыми главными, остальные согласен принимать только как нечто вспомогательное. Такое ощущение, что люди потратили немало сил, времени и фантазии для того, чтобы сознательно всё запутать и усложнить!

«Не надо искать „Тайную лож“ там, где правит явная лажа».

«Я уже у тебя подозрительности научился. Хорошая же идея: сперва запутать закон, а потом за отдельную плату — распутывать».

«Угу, только чтобы свои „крючки“ пропихнуть в неизменном виде надо столько сил и средств потратить, что фиг оно когда окупится. И в любом случае где-то в регулирующих или разрешающих инстанциях найдётся дятел, который сумеет придумать ТАКУЮ трактовку, которая авторам в голову бы не поместилась даже по диагонали».

Ещё четверть всех дел и порождённых ими бумаг относилась к повседневной рутине отсутствующего условного «заведующего гаражом» или «технического директора». Но раз его нет… Пытаясь вникнуть в очередную заявку на жидкую смазку и сообразить, это дубликат ранее виденной, или просто то же самое, но для других целей, я не выдержал:

— Кто найдёт хотя бы одного «технического директора» или «управляющего механической частью», или как ещё он захочет назваться — получит легковой автомобиль в качестве премии! Не служебный, в пользование, а в собственность! Не поленюсь — лично сделаю! И этому, главному инженеру — о, кстати, хорошее название для должности — впишите в предложения служебный легковой автомобиль повышенной комфортности в полное личное распоряжение. Не удаётся приманить просто на хорошие условия — может, громкое название должности и такая вот «привилегия» заставят клюнуть!

— Это с учётом того, что ему в любом случае пришлось бы обычный для нашей организации «пикап управляющего» выделять, чтобы мотаться между объектами и по дороге возить всякое разное?

— Ну, одной задницей в две кабины он не сядет, так что без разницы, какой именно автомобиль ему делать. Разве что начнёт разделять поездки «по технической части» и «по административной» и, насмотревшись на коллег, потребует себе пикап в качестве инструмента. Но это уже получится, что он придёт с просьбой…

— Господа, давайте не будем делить просьбы не нанятого механика!

В общем, баня в конце дня оказалась просто подарком, пусть не судьбы, а управляющего. После парилки и лёгкого ужина позвонил обеим жёнам, коротко рассказал о том, как прошёл вечер — о благополучном прилёте сообщил ещё пока дельталёт в гараж прятали — и лёг спать в гостевой спальне дома Влада, который когда-то строился как общинная изба на нелегальном хуторе Конопельченко. Правда, дом с тех пор трижды перестраивался, а хутор превратился в довольно крупное село, которое продолжает расти, поскольку тут есть и работа, и деньги. Смех смехом, а