S-T-I-K-S. Человек с котом - Артем Каменистый

Коротко и понятно. Жаль только, что не получится взглянуть, на что именно надо смотреть со второго этажа. Хоть одним глазком хотелось полюбоваться на ужасающего скреббера.

Возможность представилась после обеда, когда Карата направили в помощь к Пастуху. Тот оборудовал точку на славу, устроив напротив окна позицию для стрельбы на уровне чуть ниже подоконника. Лежа на ней, можно изучать открывшиеся виды, скрываясь при этом в сумраке пыльного помещения. И стрелять удобно, плюс дом гасит часть звука, вспышку тоже труднее заметить.

Карата снайпер встретил парой недлинных фраз:

– Забирайся, лежи и наблюдай. Сам уже знаешь, что к чему.

И бинокль-дальномер передал.

Карат для начала оценил открывшийся вид без оптики. Запущенные фруктовые деревья кое-где мешали обзору, но в целом оценить картину не мешали. Дом находился на последней линии, далее тянулась дорога с растрескавшимся и во многих местах вздувшимся асфальтом. За ней поднималась невысокая кустарниковая поросль, следом, параллельно улице, шел бетонированный желоб неширокого канала, заросшего рогозом, открытой воды нет вообще – ряской затянута. Чуть в сторонке через русло переброшена ржавая труба большого диаметра, по ней устроили что-то вроде пешеходного мостика для любителей неопасного экстрима.

За каналом местность резко менялась, там возвышались многочисленные пятиэтажные железобетонные коробки. Не похоже на давно заброшенные дома, складывается впечатление, что их изначально не успели довести до ума, они прибыли сюда недостроенными, без окон и дверей, с тех пор понемногу ветшают, но пока что держатся достойно.

На мысль о незавершенном строительстве указывали и обломки башенного крана. Оставленный людьми на произвол судьбы, он не сумел устоять перед натиском времени и невзгод, рухнул, сильно повредив угол одного из домов. Сохранившиеся от него ржавые конструкции можно легко различить и без бинокля.

– Заметил что-нибудь? – спросил Карат.

Пастух покачал головой, неотрывно глядя на экран планшета. Там красовался какой-то непонятный график с цветными линиями, ничего интересного в их созерцании Карат не видел.

Напарник, выждав паузу, снизошел до объяснения:

– Залет к каналу протянул направленные микрофоны, слушаю. Тварь вроде не из мелких, может оказаться шумной.

– Интересная идея.

– Это не Залет придумал, это еще при планировании в Полисе предусмотрели. Не зря ведь такую аппаратуру возили. Мы много чего взяли, только не все пригодилось, мало что в здешних условиях работать сможет. А кое-что из полезного потеряли ночью, очень не вовремя эти колхозники повстречались.

– Странный стаб, коробки не такие уж старые на вид, да и дом этот уцелел, кое-где даже стекла на месте. При желании можно отремонтировать, не безнадежен. Первый раз такое на стабе вижу, обычно там полная рухлядь.

– Это не стаб.

– Обычный кластер?

– Нет, не совсем, тормознутый, на западе подобное часто. Такие кластеры долго грузятся, у них перезагрузки с периодом в десятки лет, что-то около того.

– Ни разу не встречал.

– Молодой ты еще, мало что видал. Такое и на востоке случается нередко, особенно возле мертвых кластеров. А мертвый следующим идет, мы от него километрах в двух. Скребберов чаще всего видят возле таких границ – перспективные места насчет этих тварей.

– Ты когда-нибудь их видел?

– Нет. Редкие они, тем более в наших краях. Чудо, что этого нашли.

– Ну да. Говорят, на западе их куда больше.

– А ты видел хотя бы раз того, кто забирался далеко на запад? И не увидишь. На западе, Карат, такая черная задница, что лучше выстрели себе в лоб, шансов выкарабкаться будет больше. Элиты пропасть, пасется там так же часто, как тут у нас простые бегуны.

– Преувеличиваешь.

– Самую малость.

Пискнуло проводное переговорное устройство – паранойя Рэма дошла до того, что старался до минимума свести радиообмен. После второго писка послышался голос Косого:

– Вижу стаю на северо-западе за кукурузным полем. Ориентир – пара сухих тополей у дороги. Один элитник и два рубера. Поправка – три рубера. Или два рубера и один кусач, с последним непонятно.

– Пастух, ты их видишь? – спросил Рэм.

– Нет, это не наш сектор. У нас по той стороне заросли перекрывают обзор.

– Принял. Косой, держи их на контроле.

– Вторая стая уже, – заметил Пастух. – Вроде как к скребберам они боятся приближаться, но кто его знает, как там оно на самом деле.

– Я до этого дня не подозревал, что даже зараженные их боятся.

– Мы о скребберах почти ничего не знаем. Они не очень-то любят с нами общаться. Стеснительные. Да и к западу жмутся, а нам там работать тяжело.

– Это сколько же стоит белая жемчужина, если из-за нее положили столько народа! Я уже молчу о простых расходах: техника, боеприпасы, снаряга.

– Она бесценная.

– Правда, что, если ее проглотишь, ты не просто откроешь новое умение, а откроешь без риска осложнений?

– Правда. Белый жемчуг – идеален, на то он и белый. И дело тут не только в умениях, тут настоящее волшебство, наша маленькая Чаша Грааля. Про него много чего говорят, даже не знаю, чему верить. Вот, например, числится за ним такое: если скормить его человеку без иммунитета, который еще не переродился, он станет иммунным.

– Интересно, как это определили?

– Вот и я голову ломаю, это каким же надо быть позорным лохом, чтобы скармливать белый жемчуг прилетевшим и потом смотреть, что с ними дальше будет.

– То есть все это гон?

– Почему? В Улье всякое бывает. Те же институтские могли поработать, кроме них, некому такими тупыми опытами заниматься, а возможностей у них хоть отбавляй. Еще слышал, что из кваза можно нормального человека сделать этой штукой. Это точно не гон – способ известный. Да еще и полезное умение при этом может получить, плюс старые улучшатся – сплошная выгода для уродов.

– То есть снимаются побочные эффекты от не такого качественного жемчуга из элиты?

– Получается, что так. Среди квазов хватает крутых, так что кто-то из них мог это и безо всяких институтских узнать.

– А если скормить мертвяку?

– Вроде ничего хорошего не выйдет, нормальным он уже никогда не станет. Но не уверен. Как разбогатеешь на белый жемчуг – проверь обязательно. Не знаю, получится что-нибудь или нет, но звание первого психа Улья тебе точно обеспечено.

В этот миг графики на экране планшета резко дернулись, и тут же уши уловили недалекий выстрел из чего-то увесистого. Следом еще и еще, но не с частотой пулемета, работали одиночными.

Пастух нажал на кнопку передачи:

– Рэм, работает «баррет»[24]. Три выстрела.