Простые радости - Стелла Камерон

Ее рот с тонкими похотливыми губами всегда мучил воображение Джеффри видениями, как эти губы ласкают его. Она никогда ему «этого» не делала: графиня такого рода секс не приемлет.

Только теперь графиня познает истинный аромат Джеффри.

Он продолжал сжимать в руке цепочку и ключ – они врезались ему в ладонь, и эта боль доставляла ему удовольствие.

Он быстро приблизился к «джакузи» и наступил Ванессе на локти, так что она широко распахнула глаза, не в силах двинуться с места.

– Какого хрена ты здесь делаешь? – Она выплюнула эти слова ему в лицо.

– Смотрю на тебя, – сказал он, зная, что взгляд ее направлен прямо на его восставшую плоть. – И думаю о том, что ты будешь делать с моим хреном.

– Убирайся!

– И не подумаю, графиня.

Она попыталась освободить руки. Джеффри увеличил давление на ее локти. Ванесса взвизгнула:

– Мне больно, идиот! Ты за это поплатишься! Я ждала случая поговорить с тобой.

– Правда? Это мне подходит. Вот он я, и я тоже ждал подходящего момента для беседы. Я бы сделал это раньше, но ты была занята, дорогая. – Таким быстрым и гибким движением, каким он садился верхом на пони при игре в поло, он перешагнул через нее и сел ей на бедра. – Ну, кто начнет? Ты или я?

Как и следовало ожидать, он был награжден звонкой пощечиной.

Джеффри ответил ей тем же и задрожал от восторга при виде ее ужаса – и гнева.

– Что с тобой стряслось? – выкрикнула она. – Как ты смеешь до меня дотрагиваться без моего приказа? Уходи. И не возвращайся, пока я не позову тебя.

– Я никуда не пойду. – Он покачал висящим на цепочке ключом. – Отгадай, что это?

Извиваясь, она попыталась оттолкнуть его. Джеффри схватил ее под руки и, подняв, посадил на бортик ванны. Лишив ее возможности двигаться, он без труда раздвинул толчком ее бедра и прижался к ней, дразня ее своей затвердевшей плотью.

Она быстро прекратила борьбу. Ненависть в ее глазах сменилась голодом желания.

– Введи его, – сказала она. – Потом поговорим. Может, нам обоим это нужно.

Джеффри, однако, пропустил мимо ушей слова Ванессы, но, подумав, изменил намерение, и ввел, но совсем не то, что она ожидала, а золотой ключ на длинной цепочке, и ухмыльнулся, услышав хриплый крик, вызванный шоком и экстазом.

– Нравится, милая?

– А теперь сам. Давай.

О да, ей бы это очень понравилось. Джеффри забавлялся с распухшим бугорком, спрятанным в скользких складках ее плоти, до тех пор, пока она не сделала безуспешной попытки схватить его. Тогда он медленно потянул за цепочку и вытащил ключ.

– Нет! Нет, Джеффри! Ах ты паршивец. Давай же, пожалуйста.

– Как ты мило просишь, лапочка. Я спросил, знаком ли тебе этот ключ.

– Мне плевать на ключ.

– Конечно. Его достал для меня Пьер – через одного из своих милых родственников в швейцарском банке.

– Мне плевать, где ты достал ключ.

– Это ключ от великолепной большой коробки, а в этой коробке – огромная коллекция бриллиантов чистой воды, почти бесценных, моя дорогая. Я потратил на них большую часть наших денег.

Она замерла. Глаза ее прояснились.

– О чем это ты?

– Все очень просто. Я перевел большую часть денег с наших счетов в Швейцарию и купил бриллианты. Бриллианты я положил в сейф – тоже в Швейцарии. Разумеется, эти бриллианты имеют такую же покупательную способность, как и деньги.

– Как ты мог это сделать? Без меня ты не можешь даже прикоснуться к этим деньгам.

Он поводил опущенным в воду ключом.

– Удивительно, что можно сделать, имея нужные контакты. Ты думала, Пьер что-то привнесет в клуб – прежде всего свое имя и деньги. Не знаю, почему мне сразу не пришло в голову попросить его помочь мне.

– Помочь тебе? – Даже в темноте было видно, как она побледнела.

– Помочь мне изменить расстановку сил в клубе. По определенным соображениям Пьер задействовал кое-какие связи и дал мне возможность совершить несколько очень выгодных сделок. Не о чем беспокоиться, крошка, уверяю тебя. Я вкладывал деньги только в самые прибыльные предприятия.

– Мои деньги?

– Наши деньги.

– Начальный капитал был моим.

– Без меня ты не смогла бы выстроить того, что мы сейчас имеем.

– Дай мне ключ.

– Конечно. – Он протянул ей ключ. – К сожалению, ты не можешь пользоваться им, не зная номера сейфа, а ты ведь даже не знаешь, каким банком я воспользовался.

Она уставилась на ключ:

– Зачем это тебе?

– Сначала я объясню, какую цену назначил Пьер. Он истинный сластолюбец, наш Пьер. Но ему нетрудно угодить. Он только хочет поучаствовать в деятельности наиболее изобретательных «избранных».

– Ты с ума сошел! Ты же знаешь, что все нужно оставить как есть. Мы не можем допустить ни малейшей утечки информации.

– От Пьера никакой утечки не будет. Он не в ладах с законом. Стоит сообщить куда следует, и ему не видать состояния своей драгоценной семейки. К тому же его бросят за решетку. Этого он никогда не допустит.

– Я ничего не понимаю.

– Да все очень просто. У меня есть кое-какие желания. И мне надоело каждый раз клянчить у тебя, как у мамочки.

Ее черты исказились.

– Без меня Пиковый Клуб не существовал бы. Ты получил от меня все, что у тебя есть, а сейчас своей глупостью чуть было не развалил все дело.

– Но я его не развалил. Опасность миновала, как я и предполагал.

– Я хочу иметь доступ к этим камешкам.

– Никогда. Время от времени я буду тебе кое-что подкидывать, но всего ты не увидишь. А то ты можешь лопнуть от жадности.

– Я тебя уничтожу.

Он рассмеялся и обнял ее за шею:

– Если ты уничтожишь меня, то тебе тоже конец. Если ты столкнешь меня в пропасть, я увлеку тебя за собой.

Ее внезапный дикий крик потряс Джеффри до глубины души. Продолжая кричать, она тянулась к его лицу длинными красными ногтями.

– Хватит! – Он не сразу схватил ее за руки, она успела оставить отметины. – Заткнись и послушай меня.

Она издала долгий, казавшийся бесконечным, визг, и когда замолчала, грудь ее продолжала вздыматься.

– Прекрасно, – произнес он, прикрывая оцарапанный левый глаз. – Все, что от тебя требуется, – это исполнять все мои приказания, и тогда мы чудесно поладим. Ты ни в чем не будешь нуждаться, славная моя кошечка. Ты даже не заметишь никаких изменений, кроме того, что я займу твое место в командной цепочке. Понятно?

– Ах ты, глупец несчастный, опасность, которую ты на нас навлек, еще не прошла. Наша деятельность и наша карьера под угрозой, а ты рискуешь всем ради какой-то безумной игры во власть.

– Эта игра закончена. И никакой угрозы не существует. У нас все под контролем.

– Неужели? А как же Феникс? Наша новая массажистка? Она знала Эйприл Кларк. Они были друзьями детства.