Цветок на ветру (СИ) - Татьяна Лисицына

— Конечно. Еще в то время, надо было сдать двадцать килограмм макулатуры, чтобы получить вожделенную книгу. Кажется, она называлась «Французская волчица».

— Верно, — Зоя засмеялась. — Современная молодежь не понимает, как им повезло, что в книжном магазине есть все, что душе угодно. А я помню, как была счастлива, когда мама принесла домой эту книгу. Мы с ней даже поссорились, кто будет первым читать. Так вот, я не помню точно, в какой из этих книг, описывалась казнь тамплиеров. Помните?

— Что-то смутно припоминаю. Кажется, их главный магистр тогда проклял короля Филиппа Красивого.

— Верно. Это было здесь, где мы сейчас стоим. В то время здесь было три острова, на одном из которых и сжигали тамплиеров, да и евреев тоже. Место было удобное, публика располагалась за проливом и не мешала серьезной процедуре.

— Подумать только, а сейчас такое милое место.

— Пойдемте, я покажу вам площадь Вогезов, и мы отсюда посмотрим на Дворец правосудия и тюрьму Консьержери, их хорошо видно с острова. Потом пройдем к Нотр-Даму.

— О, я там был, когда шел сюда. Но с вами еще раз с удовольствием, наверное, вы расскажете мне про него что-нибудь интересное, потому что мне он не понравился.

— Не понравился Нотр-Дам? — на лице Зои было написано такое разочарование, что Алексей смутился. — Просто там мрачновато внутри и много народу.

— Хорошо, тогда пойдем туда, когда там не будет людей, а сейчас я предлагаю прогуляться к Лувру.

Прогулка Зои и Алексея по городу продолжалась до утра. Он совершенно забыл, что должен был передать письмо. А когда вспомнил, решил, что сделает это утром.

Рассказывая Алексею о Париже, Зоя отвлеклась от грустных мыслей. Новый знакомый оказался благодарным слушателем и прекрасным собеседником. Рассвет они встретили перед Нотр-Дамом. Папертная площадь была пуста, и когда первые лучи солнца позолотили собор, Алексей не смог сдержать возглас удивления. Оказывается, это творение из камня может представляться совершенно другим. Он сжал Зое руку.

— Ну, как он тебе теперь? — спросила она.

— Зоя, спасибо, — он поднес ее руку к губам и поцеловал. — Спасибо тебе за то, что ты заставила меня полюбить этот город, к которому я всегда относился слишком предвзято.

— Ну и славно. — Зоя отняла руку и спрятала в карман. — Ну, что пойдем?

— Ты, наверно, устала?

— Да, честно говоря, еле держусь на ногах, а сегодня у меня тяжелый день и надо немного поспать.

Они медленно пошли к отелю. Прощаясь, Алексей спросил:

— Зоя, а когда мы снова встретимся?

— Встретимся?! — она задумалась. — Даже не знаю. Может быть, завтра?

— Завтра?! — на его лице было такое разочарование, что Зоя не удержалась от улыбки.

— Хорошо, давайте сегодня, но вечером. Мне надо забрать свои вещи, разобраться с магазином. Я планирую уехать в Москву на следующей неделе.

— Так давайте поедем вместе? — он смутился, подумав, что он слишком ей навязывается.

— Посмотрим. Давайте не будем ничего планировать. Ну, — Зоя протянула ему руку: — Желаю вам приятного отдыха.

— Боюсь, без вас Париж мне снова разонравится.

— Сходите в Лувр, — мягко сказала Зоя. — Там чудесно.

— Я буду ждать вас в семь у этой стеклянной пирамиды, которую непонятно какого лиха там построили. Она такая безобразная. Хорошо? — его взгляд был таким умоляющим, что Зоя лишь кивнула в ответ.

Глава 4

Каролина сидела рядом с Артемом на последней парте. Их классная дама Лилия Владимировна говорила что-то о каникулах. Проведение каникул вместе с классом совершенно не интересовало Каролину, поэтому она раскрыла на коленях новый журнал мод и целиком погрузилась в изучение. Неожиданно прозвучавшее слово «Москва» заставило девушку поднять голову и прислушаться. Журнал соскользнул с коленок и упал на пол, но она даже этого не заметила. Артем молча поднял его и положил перед ней. Слова учительницы казались ей сладкой музыкой. Она столько мечтала о том, как попасть в этот вожделенный город, а оказывается, Москву можно посетить вместе с давно запланированной экскурсией. Они уже ездили так в Питер. Каролине тогда не понравилось, Лилия Владимировна их слишком опекала, и она решила больше никуда не ездить. Но в этот раз Каролина не будет ее слушать. Ей бы только туда попасть! Москва была пределом ее мечтаний последнее время, и она вся извелась, пытаясь найти разгадку тайны родителей. Однажды она попыталась расспросить отца о своем детстве, но он перевел разговор на другую тему, такое же фиаско она потерпела и с матерью, и все это еще больше подогрело ее интерес.

— Ты что, сидишь, как зачарованная? — толкнул ее локтем Артем.

— Темка, — Каролина повернулась к нему, ее глаза сияли. — Оказывается, мы в Москву едем. Я так счастлива.

— Что это вдруг? — удивился он. — Об этой экскурсии еще в начале года говорили, только ты, как всегда, витала в облаках.

— Разве? Я не слышала, хотя впрочем, может, и слышала, но тогда не обратила внимания, поскольку мне это было неинтересно. Но сейчас?!

— Не понимаю, чему ты так радуешься, — удивился Артем. — Тебе же не понравилось, когда мы в прошлый раз ездили с классом в Питер.

— Теперь это неважно. Ты не представляешь, как это нужно для меня. Я обязательно поеду, если только родители, конечно, отпустят.

— С каких это пор тебя стал заботить этот вопрос? — фыркнул Артем. Твои родители тебе все позволяют. Что это ты вдруг засомневалась?

— Не важно, — нахмурилась Каролина. — А ты поедешь? — спросила она.

— Конечно, поеду, если ты поедешь. Я тебя одну не отпущу. В тот раз Сережка из девятого «Б» так и клеился к тебе.

— Ну и что?! — улыбнулась Каролина. — Он мне вчера звонил.

— Да ты что?! — Артем покраснел от злости. — Я набью ему морду. Он же знает, что ты моя девушка.

— Ты только это и умеешь. Наверное, специально в своей секции удары отрабатываешь, чтобы ко мне никто не приставал.

— Это правда, — довольно улыбнулся Артем. — Ты пощупай, какая мышца, — он закатал рукав свитера. — Любого побью, кто к тебе приставать будет.

Каролина дотронулась до его мышцы, а потом постучала ему по голове.

— Дурак ты, Темка. Ты лучше башкой работай, а не кулаками. Мужчина должен девушку интеллектом привлекать.

Обиженный Артем только собирался что-нибудь возразить, как вдруг они услышали окрик учительницы.

— Руслан, Каролина, это чем вы там занимаетесь? А ну-ка пусть Артем идет к доске и напишет решение. Мы и так уже слишком отвлеклись от геометрии.

Артем вышел к доске и с тоской посмотрел на задачу. Кажется, они решали что-то похожее, но он был так увлечен разговором с Каролиной, что ничего не понял. Он покраснел, геометрия была его любимым предметом, но последнее время он даже ее перестал понимать. Артем вздохнул и положил мел.

Лилия Владимировна строго посмотрела на него.

— Артем, я вынуждена тебя пересадить от Каролины, она плохо на тебя влияет. Решение задачи я объясняла в начале урока, но ты был занят разговорами. Ты скатился на тройки. Что с тобой происходит?

В классе послышались смешки. Артем покраснел и спрятал руки за спину. Он чувствовал себя неловко.

— Он влюбился, Лилия Владимировна, — сообщил Вовка с третьей парты, и Артем покраснел еще больше, но успел показать ему кулак за спиной.

Лилия Владимировна улыбнулась.

— Даже если это так, то любовь не должна мешать учебе. Ты же всегда хорошо учился. Ладно, садись. Делаю тебе последнее предупреждение и если я еще раз замечу, что Каролина тебя отвлекает, я пересажу тебя на первую парту.

Когда он сел, Каролина засмеялась:

— Я же тебе говорила, башкой надо думать. А ты все бицепсы качаешь.

Вечером после ужина, когда родители сидели перед телевизором. Каролина невзначай объявила:

— А мы с классом в Москву едем на каникулы.

Гробовая тишина была ей ответом, но она, внимательно наблюдавшая за обоими, заметила, как начал дергаться мускул на щеке у отца, а мать перестала шевелить спицами и застыла.

— Надо сдать деньги. Мы выезжаем через неделю, — продолжила она, как ни в чем не бывало.

— Ты это, — Руслан быстро посмотрел на жену, а потом на Каролину, — Никуда не поедешь.

— Это еще почему? — взвилась Каролина.

— Ты плохо учишься, — нахмурился Руслан, спешно соображая, что придумать, чтобы удержать ее от поездки. Ему было очевидно, что Каролину ни в коем случае нельзя отпускать в Москву.

Каролина фыркнула.

— Ты что же это, собираешься засадить меня за учебники на каникулах? Я кажется, уже вам говорила, что мне эта школа пофигу. Я учусь для вас.

— Каролина, что ты такое говоришь?! — вступила в разговор Алла. — Ты учишься для себя.