Суд истины - Кей Си Кин

то, что она сидит с нами, вызывает у меня неоспоримый отклик. И вот я здесь… Наслаждаюсь обществом вампира, который так яростно ненавидел меня, и женщины, которая сыграла такую большую роль в том, что мы вместе.

Кто бы мог подумать?

Только не я.

Особенно сейчас, когда я сижу здесь с грузом королевства на своих плечах.

Словно почувствовав бурлящие эмоции, переполняющие меня, Перл улыбается. — Мои два любимых клиента, и больше никого на горизонте. Пора мне немного насладиться вашим обществом. К тому же, похоже, что СМИ создают тебе адскую жизнь. — Упоминание СМИ заставляет мои мышцы напрячься, но Перл не поднимает взгляда от своей тарелки, чтобы это заметить. Нога Рейдена тянется под столом, прижимаясь ко мне, словно для утешения, пока она продолжает. — К тому же, кто-то должен поддерживать твою скромность теперь, когда ты королева.

Я посмеиваюсь. — Я совершенно уверена, что вся эта драма вокруг Клементины и ее угроз заставляет меня выглядеть до нельзя скромнее.

Ее глаза встречаются с моими, забота и беспокойство мелькают в ее взгляде, когда она смотрит на меня. — Нельзя отрицать тот факт, что у тебя и так дел по горло.

Я мягко улыбаюсь, кивая в ответ на ее слова, когда Рейден прочищает горло. — Вся причина, по которой мы здесь сегодня, заключается в том, что это одно из немногих мест в королевстве, которое у нее есть прямо сейчас, где к ней не будут относиться по-другому из-за того, что она королева.

Улыбка Перл расплывается от уха до уха, когда она выпрямляется на своем стуле. — Моя дверь всегда открыта для тебя, вас. А теперь, мы будем сидеть здесь и притворяться, что ты не королева Королевства Фладборн, или тебе нужен мой совет?

Я моргаю, глядя на нее, позволяя ее словам поселиться у меня внутри, пока обдумываю ее предложение. Идея притвориться на тридцать минут, что я не королева, заманчива, но это не моя реальность, и я слегка заинтригована тем, какой совет она может предложить.

— Я королева, притворяемся мы или нет, — размышляю я, и она понимающе кивает.

— Ладно, поначалу это не прозвучит как совет, но если ты твердо намерена меня выслушать, ты должна дать мне шанс, хорошо? — Кажется, она почти нервничает, но я все равно киваю. Прочищая горло, она бросает взгляд на Рейдена всего на секунду, прежде чем снова переводит взгляд на меня. — Я знала, что ты Адрианна Рейган, с того самого момента, как ты впервые вошла в эти двери. — Она указывает за спину, но я не отвожу взгляда, моя грудь сжимается, когда я смотрю широко раскрытыми от шока глазами.

— Ты знала? — Я выдыхаю, и она кивает.

— Чего ты не знаешь, так это того факта, что твой отец приводил тебя сюда раз в неделю, когда ты была маленькой. Дважды, если вы все что-то праздновали. Сейчас ты выглядишь так же, как и тогда.

— И как это? — Прохрипела я, мои слова едва слышны в моих собственных ушах.

— Гордая, сильная и решительная.

Я провожу языком по нижней губе, смятение туманит мои мысли, когда она протягивает мне руку, но я убираю ее, отвергая прикосновение. В ее глазах расцветает боль, но она натягивает на губы улыбку, пытаясь скрыть ее.

— Почему ты никогда ничего не говорила? — Спрашиваю я, чувствуя ногу Рейдена рядом со своей сильнее, чем когда-либо.

Перл пожимает плечами. — Сначала я не понимала, что ты ничего не помнишь. Потом я увидела, как ты прячешься от всех и вся, и это начало приобретать смысл. В тот день я дала себе обещание. Я всегда с любовью и уважением относилась к твоему отцу, что бы ни говорили в то время СМИ. Он был хорошим человеком, благородным человеком, и никакие нецензурные выражения в средствах массовой информации не изменили бы этого мнения.

— Я не могу понять, почему ты говоришь все это сейчас, — вмешивается Рейден, и она поворачивает к нему свою грустную улыбку.

— А вот с тобой, Рейден, все совершенно по-другому.

— Что ты имеешь в виду? — спрашивает он, хмуря брови, откладывая столовые приборы и оборонительно складывая руки на груди.

— Я знала твою мать и отца. Я знала, какими ужасными они были. И все же ты пришел сюда другим человеком. С Адди было естественно вспоминать маленькую девочку, которая приходила сюда, и тот факт, что она выросла в хорошей семье. С тобой мне пришлось закрыть глаза на твой дом, чтобы найти там приличного вампира.

Я смеюсь, нарушая момент и ослабляя напряжение, когда качаю головой.

— Если ты скажешь что-нибудь гадкое о том, что я порядочный вампир, — предупреждает Рейден, бросая на меня острый взгляд, и я прикрываю рот в попытке подавить смех, но у меня ничего не получается.

— Вы двое идеально подходите друг другу. Баланс, о котором ты и не подозревал, в котором нуждался. Но перейдем к сути, я хочу сказать, что средства массовой информации будут рисовать любую картину, которая им понравится. Я видела, как они постоянно преследуют тебя, пытаясь понять, как ты собираешься справиться с текущей ситуацией, и поверь мне, как гражданка этого города, этого королевства, я вижу, как глупо будет говорить им что-то. Я также вижу, что какая-то импульсивная ведьма-принцесса думает, что может прийти сюда и заявить права на то, что ей не принадлежит, но я уверена, ты справишься с этим, когда придет время. Все это я говорю, чтобы ты поняла: не становись той, кем тебя хотят видеть СМИ, не становись той, кем думает, что может тебя сделать эта Клементина. Просто будь собой. Быть собой привело тебя сюда, Адди, королева ты или нет.

Просто будь собой.

Королева или нет.

Мое сердце бешено колотится, адреналин бурлит во мне, когда я киваю.

Она права. Она чертовски права.

И мне давно пора что-то с этим сделать.

38

АДРИАННА

— Б

ольшое вам спасибо за то, что собрались так быстро, — начинаю я, полностью игнорируя тот факт, что они разбили лагерь за пределами проклятого замка почти два дня назад. — Я ценю, что у многих из вас есть вопросы о том, в каком положении находится наше королевство, и какие необходимые шаги я принимаю как королева для защиты нас от любых дальнейших атак.

Я позволяю своим словам повиснуть под вспышками камер. Мне требуется вся моя сила воли, чтобы не моргать постоянно от непрекращающегося яркого света, в то время как мои волчьи инстинкты слышат каждый шорох среди них. Было бы терпимо, если бы слова были позитивными,