Франкенштейн: Мертвый город - Дин Кунц

Виктор лично убил старика-лунатика и распорядился запечатать его бункеры. В грядущем мире не было комнаты для Элиса Шейтана, не требовались ни такие, как он, ни его противоположности.

Теперь Виктор идет по нижним этажам наедине со своими мыслями, своими множественными каскадами блестящих теорий и идей, довольный перспективой быть свидетелем искоренения каждого мыслящего создания на планете, до последнего зяблика и воробья, до каждой малейшей ящерки. Когда останутся только его глаза, способные созерцать этот мир, когда останется только его сознание, способное его воспринять, как замечательно будет прекратить собственное существование, так же решительно, как он покончил с Элисом Шейтаном.

Он бы предпочел бродить по этому глубокому убежищу часами, даже днями. Но хотя уединение воодушевляюще, его время здесь неизбежно ограничено недостатком видения Членами коммуны его нужд.

Он поднимается на лифте на один из этажей Улья. В проходе, когда он приближается к первой плазменной панели, она воспроизводит сигнал из трех нот, требуя его внимания. По экрану прокручивается отчет, в котором говорится, что сотрудники KBOW не были полностью заменены Членами коммуны, как было запланировано. Они узнали, что среди них есть репликанты, и передают предупреждение на Рэйнбоу Фоллс и, что может быть еще более неприятным, на другие населенные пункты этой части Монтаны, которые обслуживает эта станция.

Это не комар на пути военной машины Коммуны, как было при проблеме в правильном отслеживании двух Строителей. Следует признать, что это куда большая проблема, скорее, муха, а не комар, но это не серьезная неудача, потому что не может быть серьезных неудач в движении Коммуны вперед. Их триумф неизбежен; и думать иначе было бы выдачей человечеству кредита, по крайней мере, некоторой значимости, которого у него не было, ни грамма.

Виктор говорит в точности то же, что говорил ранее, хотя знает, что его распоряжение уже было выполнено, судя по хорошо запрограммированным откликам бесчеловечной военной машины Коммуны.

— Проконсультируйся у основной программы стратегии и тактики, примени необходимые меры и приведи в исполнение без задержек.

Без цели в голове на этот момент, все еще бродя просто ради того, чтобы бродить и думать, он поворачивает направо, в следующий коридор, где его ждет небольшой столик на трех ножках. На столе стоит бутылка холодной воды. Рядом с водой стоит желтое блюдце. На блюдце лежат ярко-красная капсула и белая таблетка. Он глотает сначала капсулу, а затем таблетку.

Когда он достигает следующей плазменной панели, она воспроизводит три ноты. Послание сообщает ему, что в дополнение к проблеме с KBOW в Рэйнбоу Фоллс сформированы очаги организованного сопротивления.

Это ожидаемо. Сопротивление бесполезно. Даже сейчас множество Строителей появляются из своих коконов, а также начинается следующая, более жестокая, фаза конфликта. Скоро они начнут появляться сотнями. Они неразрушимы, непреклонны, и их быстро возрастающая численность скоро обеспечит победу в Рэйнбоу Фоллс, после которой они анонимно рассредоточатся по стране, а затем по миру, нашествие смерти, растущее геометрически в своей жестокости день за днем.

Глава 49

В конце подъездной дорожки Эрики Девкалион повернул направо, не на окружную дорогу, а вместо этого прямо на подъездную дорожку дома Сэмплзов, под раскидистые ветви возвышающихся вечнозеленых деревьев. Через открытое пассажирское окно он услышал поблизости негромкий оклик одного часового к другому, стоящему дальше, а от второго третьему — они передавали весть как люди, тушащие пожар, выстроенные в линию и передающие ведро с водой. Имя, которым они сообщили о его возращении, не было его именем — «Кристофер…» «Кристофер…» «Кристофер…» — и ему стало интересно, почему они приняли для него кодовое имя.

Когда Девкалион спустился с грузовика, в ответ на сообщение часовых появился Майкл.

— Всадники не тратят времени даром. Успехи в создании гарнизона из этого района быстро продвигаются. И расширение с одного квартала до двух по мере появления людей, которые присоединяются к ним. Эти видео с мобильника производят на скептиков впечатление. А теперь и твоя работа на KBOW. Какой-то парень с местного ток-шоу вещает миру с такой страстью, что звучит очень убедительно. И даже когда он звучит как сбрендивший шизик, то звучит, как шизик, рассказывающий правду.

— Еще дети?

— Карсон собирает очередную группу в гостиной.

— Сколько?

— Думаю, пятнадцать. Они перелазят через ограждения из соседних домов, ярд за ярдом, ярд за ядром.

Открывая двери будки, Девкалион сказал:

— Джоко нашел несколько вещей, которые важно знать. Больше всего может помочь название организации, которую Виктор использует для прикрытия. «Прогресс для совершенного порядка».

— Интересное чувство иронии. Когда мы все будем мертвы, порядок будет совершенным, полагаю.

— Это не ирония, — сказал Девкалион. — Это убежденность.

— Я ненавижу этого парня.

— «Прогресс для совершенного порядка». Распространи это название. Возможно, кто-то слышал его раньше. Возможно, кто-то знает о другом расположении, а не только о товарном складе, где они уничтожали тех людей с поврежденными мозгами.

На переднем крыльце появилась Карсон. Она провела группу тщательно укутанных детей вниз по ступенькам и через двор к грузовику.

Детей, должно быть, проинструктировали о Девкалионе, потому что они не выказывали к нему страха. Их редкое, поверхностное дыхание казалось свидетельством их беззащитности, того, как им просто можно было навредить, но облачка выдохов не выдавали в них какого-либо страха. Когда они сели в грузовик, кто-то смотрел на него робко, а другие ласково, порозовевшие на морозе лица были наполнены благоговением к нему, что, казалось, примешивало к ним элемент восхищения.

Он не привык к восхищенным детям. Ему это нравилось.

Заверив детей, что темнота в грузовике не продлится больше нескольких минут, Девкалион закрыл двери и сказал Карсон:

— Почему часовые зовут меня Кристофером?

— Помимо прочего, он святой заступник путешественников, особенно детей. Они говорят, что он был ханаанеянином[80] гигантского роста. По-моему, Кристофер идет тебе лучше, чем текущее прозвище.

В то время, когда он более остро воспринимал то, как в него вселили жизнь, когда был полон ярости и не осознал, какова должна быть его миссия, то назвал себя Девкалионом как выражение ненависти к себе. Мэри Шелли назвала свою книгу «Франкенштейн, или Современный Прометей». В классической мифологии Прометей был Титаном, братом Атланта. Он создавал людей из глины и наделял их искрой жизни. Современный Прометей, созданный Виктором, Девкалион, был, по сути, его сыном, и он чувствовал тогда, что должен носить это имя для напоминания себе, что разделяет позор мятежа Виктора против всего естественного.