Лаура - королева призраков - Window Dark

Вот надоем я королеве, и исчезнет она вместе с Ыккщщером, найдет другое убежище и будет совершенно права. Ведь она подарила мне полет, а я не в состоянии даже поблагодарить ее за это. Почему потерять значительно проще, чем обрести.

— Ты знаешь, что такое тест?

Вопрос застал меня врасплох и я пробормотал:

— Э… тест. Какой тест?

— Я прочитала у тебя в книге множество тестов. Меня заинтересовали некоторые.

Они выявляют чувства. Можно мне взять ее?

Похоже, пока я спал, Лаура ознакомилась со сборником тестов, валявшихся на столе с периода предэкзаменационного затишья.

— Конечно, королева, — я-то всегда считал, что тесты выявляют способности.

Способности руководить, способности постигать, способности мирно жить с окружающими…

— Я даже изобрела свой тест, — скромно улыбнулась Лаура.

— Так испробуй его на мне, — сказал я, мысленно приготовившись отвечать на вопросы. — Только ручка дома осталась.

— Ручка не нужна, — королева обрела торжественный вид и взяла меня за руку. Я почему-то подумал, что мы сейчас взлетим, и собирался уже отговаривать Лауру от поступка, столь неразумного в дневное время. Но Лаура просто повела меня обратно к дому. Мы остановились у каменных блоков под раскидистыми деревьями вблизи от кирпичного кубика компрессорной с полустершейся надписью «ОГНЕОПАСНО! ГАЗ!»

Эти три серых блока валялись здесь со времен строительства моего дома, то есть всю мою сознательную жизнь. В далеком детстве в щель между ними ловко всовывался пластмассовый зеленый пулемет, и я самозабвенно строчил очередями, выискивая фашистов в окнах правой пятиэтажки. Или играл с девочками в кухню-аптеку-больницу, расставляя по всей поверхности камней крошечную посуду из алюминия, разноцветной пластмассы и даже фарфора. Я давно уже вырос, повзрослел, а они не ничуть не изменились, может, немного лишь вросли в землю.

— Имя теста — Наводнение, — объявила Лаура и вспрыгнула на ближайший блок. Я поднялся за ней и осмотрелся: не видит ли кто? К счастью, у всех имелись собственные неотложные дела, поэтому никто не обращал на нас недоуменных взоров.

— Приготовился? — прошептала королева.

— Да, — кивнул я.

В тот же миг обстановка изменилась. Правая пятиэтажка растворилась в туманной пелене. Левой тоже на месте не оказалось. На всякий случай я не стал оборачиваться назад. Туман поглотил и деревья вокруг нас. А у самых блоков заплескалась вода. Море травы обернулось самым настоящим морем. Спустя три минуты туман рассеялся.

Бескрайний океан воды окружал нас. Свинцовые волны катились из бесконечности в бесконечность. Серое беспросветное небо нависло над нашими головами. Ничего более не существовало кроме воды, воздуха, королевы белых призраков, меня и знакомой мини-рощицы за спиной.

Прямо за нами расположилось двойное дерево. Рядом вертикальной колонной уходил в небо одиночный ствол. Мощный конгломерат корней выкидывал в разные стороны шесть стволов, три из которых тянулись к блокам на полпути от исчезнувшей компрессорной. Далее высилось дерево, напоминавшее две буквы V, соединенные основаниями. С другой стороны из воды торчал тонкий скрюченный ствол, рядом взметнулись ввысь два ствола потоньше. И чуть ближе, между ним и блоками расположились еще два ствола с сухим обрубком, извивающимся змеей.

Все! Больше описывать было нечего за исключением того, что под нашими ногами лежали все те же непоколебимые блоки. Пустые горизонты действовали угнетающе.

Интересно, какие чувства Лаура сейчас читает на моем лице.

— Устраивайся, — сказала королева. — Мы в безвременьи. Наше пребывание здесь продлится бесконечно долго.

Я молча уселся на камень. Да, мир здесь бесконечно скучный. Затем я это произнес вслух.

— Это не мир. Это безвременье. Чтобы окончательно не испугать тебя, я создала уголок твоего мира. Возможно, так ты быстрее освоишься.

А может, это не тест? Может, это ловушка?

Я пристально вгляделся вдаль. Бесполезно. Ни пятиэтажка, ни прилегающие к ней деревья не появились. Мои пальцы коснулись воды. Холодная.

Можно было разораться, закатить истерику, утопиться, выяснять, кто здесь главный, повеситься, обругать всех и все. Можно было ничего этого и не делать.

На меня свалилось времени вагон и маленькая тележка. Следовало извлечь из него пользу в отсутствие средств передвижения, телевизора, радио, книг и инструментов. Выход, как ни странно, имелся.

— Королева, Ыккщщер говорил, что ты посещала множество миров. Расскажи хотя бы об одном.

Лаура словно ожидала от меня этих слов. Она спокойно улеглась в воздухе на уровне моей головы и начала свой рассказ. Сначала я слушал невнимательно.

Голову занимали совершенно иные проблемы. Скоро новый семестр. Не пропущу ли я его в связи с вынужденной эмиграцией? Затем нахлынули воспоминания о моем полете прошлой ночью. Да какой он, к черту, твой?! Наш полет. Наш! Если бы не королева, не состоялось бы вообще никакого полета. Лаура подарила мне полет, а я даже не соизволю вникнуть в суть ее рассказа. Это ведь не лекция для потока, не история для десятка приятелей, не анекдот для пары-тройки друзей. Рассказ для меня. Исключительно для меня. Specially for me. Она вовсе не обязана меня развлекать, а могла бы отвернуться, да спать в свое удовольствие. Правда, призраки не спят. Но Лаура уже умела спать, набирая силы в соответствии с нашей сущностью. Я закрыл глаза, и рассказ Лауры вошел в мою реальность.

Окончательно сосредоточиться я все же не сумел, поэтому картины иного мира заполнялись блеклыми красками, белыми пятнами и черными провалами. Да, Лаура рассказывала неплохо. Но мне-то что? Я-то ведь там никогда не побываю. Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. И вдруг меня прорвало. Пусть я еще до конца не верил этим словам, но они все равно должны прозвучать:

— Королева, что тебя больше всего поразило в нашем мире?

— Наверное, солнце, — чуть подумав, ответила Лаура.

— Тогда считай, что я подарил тебе солнце. Ты подарила мне полет, возьми же солнце в знак благодарности. Даже больше. Ты подарила мне ночь, а я дарю тебе день. Весь, с травой, с ползучим жуком, с облаками, с синим небом, — я прекрасно понимал, что надолго запала не хватит. Сначала я возьму фальшивую ноту, потом с очередной фразой в разговор проникнет неестественность. Дипломат из меня еще тот. Но я продолжал говорить о том, что судьба всегда дает человеку шанс. Важно только этот шанс не упустить, а заметить. Поймать за хвост синюю птицу удачи. Что я считаю нашу встречу таким шансом. Что я не могу предвидеть последствий, но готов идти до конца, до края света. В смысле, сидеть с ней тут хоть до бесконечности. Что она подарила мне чувство полета, чего не смог бы сделать никто и никогда. И еще много всего.