Шах нефтяному королю - Сергей Соболев

Он немедленно связался по телефону со своим шефом, который, позавтракав и заглянув в спальню к детям, – у Чертанова были двенадцатилетний сын и дочь пяти с половиной лет, – уже готовился отбыть в Москву, чтобы продолжить охоту на потенциальных наследников хорхоевских миллионов.

Экс-гэбист, наделенный развитым инстинктом, сразу оценил полученное от помощника известие. Именно поэтому он отправился в девятом часу утра не в свой «секретный» офис в Мневниках, а в «поселок ученых», приказав подтянуться в Мозжинку и своим сотрудникам.

– Ничего им не рассказывай, дорогой! Ты же видишь, что они – комитэ-этчики…

Хотя пожилая дамочка, супруга профессора, доктора физико-математических наук, произнесла эти слова полушепотом, обращаясь к мужу, Чертанов прекрасно расслышал эту реплику.

Пришлось Сергею Иванычу объяснять этой дремучей, все еще диссидентствующей по старинке пожилой ученой парочке, что он и состоящие при нем сотрудники хотя и из Органов, – он продемонстрировал сохранившееся у него удостоверение сотрудника ФСБ, – но борются они не с «политическими», а с преступным бандитским элементом.

Постепенно он сумел расположить к себе жену профессора так, что та даже предложила «господину полковнику» выпить с ними чаю с вишневым вареньем. Отказавшись от угощения, Чертанов стал расспрашивать их о соседе, который являлся то ли владельцем, то ли арендатором домовладения в поселке Мозжинка. Выяснилось, что этот сосед – «лицо кавказской национальности». Что он почти не живет здесь, а лишь периодически названивает профессорской чете откуда-то из-за границы, поскольку именно их он просил присматривать за его домом. А также то, что «кавказец» наведался в поселок не один, а в компании с двумя молодыми людьми: рослым крепким парнем лет тридцати славянской наружности и симпатичной светловолосой девушкой.

Работающие на Бориса и его друзей охранные агентства, менявшие с годами свои названия, но неизменно, среди всего прочего, выполнявшие функции «деловой разведки», в одно время собирали информацию на Руслана Хорхоева и его ближнее окружение. Один из помощников Чертанова, отправляясь в Мозжинку, прихватил с собой несколько фотографий, на которых был запечатлен Ахмад Бадуев (последняя из них, правда, почти трехгодичной давности). Профессорша, сверившись с фото, уверенно опознала в своем странном соседе многолетнего помощника Руслана Хорхоева, заметив лишь, что сейчас у него отсутствуют усы.

И еще одну важную деталь сообщила им пожилая женщина. Она сказала, что вчера вечером к дому кавказца ненадолго подъезжали две «черные машины». Спустя час или полтора после этого – они с мужем уже собирались укладываться – к ней пожаловал сосед. Он расспрашивал про тех, кто приезжал к нему в его отсутствие. Она заметила, что Ахмад был чем-то встревожен. Но на ее вопрос, кто были эти люди, кавказец ответил: «Это были мои друзья»…

Чертанов про себя многозначительно хмыкнул. Он и его люди уже осмотрели соседний дом. Они нашли телефонный аппарат, с которого некто вчера позвонил Искирхану Хорхоеву. Обнаружили также разбитое стекло – в пустой проем кто-то успел вставить и прибить гвоздями лист фанеры, – а еще свыжевыскобленные половицы в застекленной веранде – не кровь ли пытались соскоблить?

Не удалось лишь обнаружить ни самого Ахмада Бадуева, ни двух молодых людей, которых тот привез в поселок Мозжинка, идентифицированных Чертановым как Истомина Т. А. и небезызвестный ему Протасов А. Д. – о последнем, с тех пор как тот сбежал из владикавказской больницы, вообще не было никаких сведений.

Когда разрозненная мозаика сложилась в более-менее стройную картинку, Сергей Иваныч чертыхнулся.

Если бы не эти ротозеи из службы ЭМ, оперативная бригада «Аркады» нагрянула бы в Мозжинку еще вчера вечером, наверняка опередив неких «друзей» Бадуева. Теперь же те увезли девушку и ее друга в неизвестном направлении, и, по сути, все приходится начинать сначала…

Чертанов приехал в свою скромную контору в Мневниках уже за полдень, поскольку после посещения «поселка ученых» ему пришлось наведаться в центральный офис, чтобы доложить о случившемся главе агентства «Аркада».

Запершись у себя в кабинете – кроме него в конторе находился лишь один его сотрудник, – Чертанов открыл кейс и выложил на стол добытые им еще во Владикавказе вещицы: томик стихов Бернса и увесистую, под килограмм, металлическую штуковину с эмблемой Новоафонского монастыря и вмятиной с одного боку – именно сюда угодила пуля, к счастью для владельца этого предмета.

Не зная некоторых важных подробностей финансового, а также юридического плана, он, как человек опытный, неплохо представлял себе, что за события сейчас происходят вокруг ОАО «Альянс». Похоже на то, что после трагической гибели Руслана Хорхоева, внесшей сумятицу в дела этой известной в нефтегазовой отрасли компании, Борис и его друзья надумали, воспользовавшись удобным моментом, прибрать к рукам хорхоевскую фирму. Уже сейчас ясно, что девушка, за которой они охотятся уже вторую неделю, как-то не вписывается в их замыслы.

Возможно, потому, что является родной дочерью Руслана Хорхоева, а следовательно, и наследницей его бизнеса, его немалых сбережений за рубежом. Не секрет, что сверхприбыльный нефтегазовый бизнес в России, чего больше нигде нет, принадлежит по сути офшорным зонам. Не исключено, что сейчас идет охота за активами ОАО «Альянс», которые Руслан держит в «офшорах», вернее, держал, потому что о Хорхоеве следует говорить уже в прошедшем времени.

Чертанов, криво усмехнувшись, подумал, что при таком раскладе дочери покойного нефтебарона, а также тем, кто пытается оказать ей помощь, не позавидуешь.

Он хорошо знал своих работодателей.

Если они просчитали, что у наследников дела и состояния Руслана Хорхоева нет мало-мальски серьезной «крыши», что такие, как эта Истомина, беззащитны перед той же «Аркадой», то их уже ничто не остановит на пути к цели…

Оставляя в Мозжинке одного из своих сотрудников, Абдулла ни на что особенно не рассчитывал. Но так получилось, что этот человек, своим обличаем совсем не смахивающий на кавказца, засек во время своего дежурства появление в «поселке ученых» небольшой компании мужчин…

Находясь на безопасном расстоянии от вновь прибывших, оставленный Абдуллой наблюдатель заснял визитеров на видеокамеру. Когда он привез пленку в офис на Полянке, ее внимательно просмотрели двое людей, побывавших в Мозжинке несколько ранее этой компашки, косившей под сотрудников правохранительных органов, а именно Бадуев и тот же Абдулла.

Они уверенно опознали в старшем псевдокомитетчиков Сергея Чертанова, в прошлом действительно офицера ФСБ, а ныне сотрудника частной охранной структуры. Оба они знали этого человека в лицо и хорошо представляли себе, на кого он работал последние несколько лет.

Абдулла в эти дни потревожил всю свою агентуру, способную доставить ему полезную информацию из различных регионов. Любопытно, что всего за час до просмотра добытой в Мозжинке видеопленки они уже говорили об этом человеке: надежный источник из Ингушетии сообщил по телефону о происходившем в лагере беженцев «Северный», где некто интересовался Тамарой Истоминой и ее бизнесом; и этот «некто», чьи люди, как и он сам, засветились в Слепцовске, – бывший гэбист Сергей Чертанов.

Кстати, касательно телефонных переговоров… Абдулла, сопоставив все детали, высказал предположение, что кто-то пытается наладить прослушку их разговоров. Прежде всего, сказал он, нужно исключить всякий «базар» с использованием обычных сотовых телефонов. И вообще… Одного того, что они общаются меж собой по-чеченски, как меры предосторожности, теперь явно недостаточно. Впредь им следует быть умней, хитрей и действовать с лисьей осторожностью.

Появление на горизонте фигуры Сергея Чертанова подтверждает опасения Хана: Борис и его люди ведут двойную игру, а сами готовятся к захвату хорхоевской компании. Ведь Чертанов и его сотрудники – из «Аркады». А на это агентство и на некоторых из работающих в его штате людей в свое время собирала подробное досье еще «деловая разведка» Руслана Хорхоева…

Что же касается Ильдаса и его помощников, – хотя доказательств пока не было, Ахмад считал новую акцию, направленную против Тамары, делом рук «дяди», – то с ними все было и проще, и сложнее.

Проще потому, что знали их как облупленных.

Но и сложнее, поскольку Ильдас и К«198» также располагали подробнейшими сведениями, и еще потому, что все они были чеченцами.

Глава 13

В последнюю секунду, когда перед ней открылся темный зев одиночной камеры, Тамара испугалась.

Впрочем, она не успела ни крикнуть протестующе, ни грохнуться в обморок… Здоровенный вертухай, достигающий головой потолка, просто схватил ее своими ручищами в охапку и силком запихнул в дверной проем.