Игрушка для дракона - Евгений Владимирович Щепетнов

— Хочу походить на аристократку. Они же за собой ухаживают. Скажи, они чем-то отличаются от обычных женщин? Ну…фигурой, еще чем-то?

— Чем?! Глупости какие…что, у тебя вдоль, у них поперек? Такие же бабы, как и все. Просто ими повезло родиться в такой семье. Да, их обучают манерам с детства, и они не будут ездить вот так, в фургоне. А в остальном…уверен, ты красивее многих аристократок. Тем более, если как ты говоришь, они еще и на сестрах женятся — только у них точно родятся ублюдки, уроды всякие. Потому — не завидуй им.

— Вот и попался! А говорил, что не аристократ! А откуда ты столько знаешь об аристократках?!

— В книжках читал, глупенькая… Все, я подремлю, а ты мне не мешай. Говорю — иди прогуляйся. Пописай под кустиком, в конце-то концов! Отстань от меня! Совсем заговорила!

* * *

Примерно такие разговоры у нас происходили каждый день на протяжении двух недель. Тот случай, когда нас с Мори поймали на лужайке в непотребном виде, к моему удивлению не принес каких-то катастрофических последствий. Меня отконвоировали в караван, и мягко попеняли, что негоже избегать исполнения обязанностей, которые я возложил на себя без какого-то на меня физического давления. То есть: подписал договор — исполняй!

Ну и исполнял. Днем или отсыпался, или пел для Мори, вечером зарабатывал деньги в трактире, возле которого караван ночевал. И да, как-то всегда оказывалось, что одна из девушек, коих в трактире было не менее двух десятков, желала провести ночь с заезжим музыкантом. Денег с меня не требовали, а я и не предлагал. Девчонки все молодые, довольно таки свежие, и выбор очень даже большой. Вообще, заметил, легкость отношений здесь непохожа на то, что писали у нас об угрюмом средневековье. Впрочем, а что мы знаем об этом самом средневековье? И еще что мне понравилось — девушки на удивление чистоплотные и ухоженные. Ни лишних волос, ни запахов, предвестников болезни — ничего такого не было.

Уже в беседах с Морионой, она же Мори, выяснилось, что здесь с предохранением от болезней и беременности все в порядке — магия-шмагия, амулетики всякие, заклятия и заклинания. Вставила под кожу амулет от беременности — и никаких тебе залетов. Вшила амулет от дурных болезней — и не надо тебе резиновых изделий, до которых тут не додумаются еще лет тысячу, не меньше. Если додумаются вообще.

Теперь я постоянно находился в «командирском» фургоне, где ночевал караванщик и его дочь. Днем хозяин обычно ехал в седле рядом с охранниками, не доверяя никому свою безопасность (наверное потому все еще жив), ночью спал в этом фургоне. Ну а я днем валялся или сидел в этой самой повозке, и услаждал слух Мори всевозможными песнями и наигрышами, тратя на это несколько часов в день. Что, кстати, очень даже помогало в развитии моих музыкальных способностей. Одно дело знать, как играть, и другое — уметь играть. Второе нарабатывается годами. Опять же — тренировка голоса, который с каждый днем становился все чище и сильнее, не допуская срывов и дребезжания.

Похоже, что мутация моего организма притормозилась, и я стал почти обычным молодым парнем от шестнадцати, до двадцати лет. Точнее не скажу, ибо не знаю, на каком уровне остановилось мое развитие. Я рослый, крепкий, хотя и слегка худоват, жилист. Довольно-таки силен, но не той силой, какая была у меня во время стресса. Доски кулаком не разобью. Вернее, может и разобью, но не без последствия для костей и мышц. Впрочем, это обстоятельство меня не очень беспокоит, вернее — совсем не беспокоит. Опасности пока что не предвидится, а без нужды входить в боевой режим — себя не жалеть. Только-только хоть немного мясца наел, так сказать — «нагулял».

Денег за эти две недели я набил вполне недурно. Если обменять всю медь и серебро на золотые марки, то получится где-нибудь около десяти золотых. По здешним меркам это очень много, на одну золотую марку можно жить целый год. Если не шиковать, конечно. Золото здесь в большой цене. Если же сравнить с доходами других людей, например, тот же караванщик, с дочерью которого я веду такие долгие и бурные разговоры, за этот рейс заработает не менее нескольких тысяч золотых марок. Десять марок — и десять тысяч марок, разные уровни жизни, точно. Моя «невеста» из очень обеспеченной семьи.

И кстати сказать — уважуха папаше. Он ведь не сидит ровно на попе, а с опасностью для жизни едет через весь континент за тысячи километров, проводя в дороге месяцы и годы, и соответственно своему труду зарабатывает большие деньги. Молодец, что еще скажешь…я бы вот не решился на такую авантюру. Поехать на север к аналогам земных викингов, ребятам сумрачным и резким, договориться с ними о торговле, продать им кучу товара втридорога и купить за медяки то, что стоит на юге много серебра — это надо суметь. Вот на таких людях и держится прогресс. На авантюристах, которые открывают Америки и Австралии.

То, что Мори упорно пытается меня окучить и затащить «под венец» — только лишь забавляет. Я с ней общаюсь как с младшей сестрой — взбалмошной, истеричной, но все-таки хорошей и умненькой. Она такая и есть — прикольная девчонка, с которой можно и поговорить за жизнь, и пошутить, и просто весело провести время, которое тянется так, что иногда хочется завыть от тоски. Мы, люди Земли, сразу же страдаем от информационного голода, попав туда, где нет интернета и просто книг. Меня еще спасает игра на гитаре, а так…совсем было бы худо. Одно развлечение — вечером поужинать в трактире, да поиграть подвыпившим караванщикам.

Кстати, принимают меня в трактирах очень хорошо, и каждый трактирщик уговаривает остаться у него жить и работать. Между прочим, подозреваю, что такая легкая доступность девиц заслуга совершенно не моя. Каждая из моих случайных партнерш уговаривала остаться, обещая мне золотые горы и свою упругую задницу. Эдакая засланка от хозяина заведения, своеобразный агент влияния. Как там это называлась? «Медовая ловушка»? Влюбится музыкант, и глядишь — останется в трактире. А значит, увеличится приток посетителей, и соответственно — прибыль. Вот такая простая арифметика.

Еще одно занятие, которое скрашивает мне досуг в бесконечном путешествии — кроме игры на гитаре и бесед с неугомонной Мори — это занятия магией. Нет, успеха я пока не добился, хотя иногда и кажется, что вот-вот достигну нужного результата. Я пытаюсь проникнуть в суть вещей, как учила меня