Японистка. Книга первая. Хищная Сакура - Полина Кацуро

Возникло ощущение, что основная учёба у неё ещё впереди. «Стоп! Учёба! – прервала ход мысли Дана. – У меня же экзамен по истории Китая. Надо сконцентрироваться». Она посмотрела в конспект. «Так, что у нас тут? Дарума – монах, который молился без перерыва девять лет, отчего у него отнялись ноги. Этот монах стал символом исполнения желаний. В современном Китае и Японии Дарума – это глиняная кукла, формой напоминающая матрёшку. Кукла продаётся с белыми глазами без зрачков, и когда человек покупает эту куклу и загадывает желание, то рисует кукле один зрачок, а когда желание исполняется, дорисовывает второй. Дарума присутствует практически в каждом японском доме. Странно, никогда таких кукол не видела. Или не замечала», – Дана оглядела библиотеку в поисках доказательства, что кукла Дарума стоит в каждом доме. Глупо осматриваться, когда не знаешь, что ищешь. «Эх, Аска бы быстро зарисовала эту Даруму. Кстати, Аска! Тамура-сан подтвердил алиби мамы Аски. Значит, убийца кто-то другой. Что же там у них всё-таки произошло? Мы поняли, что нож был из её дома. Аска принесла его с собой. Для чего? Хотела кого-то убить. Кого? Масахиро? А может быть, ещё кого-то или для самозащиты? Интересно, о ком писала Аска в записке Масахиро? Чего или, точнее, кого она боялась? Возможно, какую-то женщину. Надо позвонить Мару и посоветоваться». Дана потянулась было за телефоном. «Стоп! Ты просто ищешь предлог, чтобы позвонить Мару, – в последнее время она стала за собой это замечать. – Никаких звонков, и вообще, у тебя экзамен на носу, о чём ты думаешь?» – отчитывала себя Дана. В кармане бесшумно завибрировал телефон. Звонил Мару. «Ух ты! Как раз!» – засияла от радости Дана, выбегая в коридор.

– Моси-моси. Алло.

– Охаё, – послышался знакомый голос.

– Привет, я только что думала о тебе, – улыбаясь, сказала Дана честно и смутилась. – Я имела в виду, я думала об Аске и хотела позвонить тебе, посоветоваться, что нам делать дальше.

– Я как раз тебе по этому поводу и звоню, – никак не прореагировал на тираду Мару. – У меня совсем никаких идей о том, что делать дальше. Но в детективных сериалах в таких случаях все идут на могилу погибшего. Я тут подумал, может, сходим на могилу Аски. Мало ли, а вдруг что-то и придумается.

– Отлично! Прекрасная идея. Пошли, – продолжала сиять Дана.

– Ты когда сможешь?

– Да хоть прямо сейчас. Если ты мне покажешь, как выглядит Дарума.

– Отлично. Ты в университете? Тогда встречаемся через пять минут на автостоянке.

Дана вернулась в зал и начала быстро собирать конспекты и книги.

– Ты куда? – спросила удивлённая Вика.

– Мы с Мару договорились съездить на кладбище, – с сияющей улыбкой проговорила Дана.

– Прикольное место для свидания, – оценила Вика.

– Это не свидание, мы едем по делу.

– Данка, а он тебе нравится?

– Нет, что ты! – покраснела Дана. – Мы просто друзья. Он на меня никакого внимания не обращает. И вообще, ты знаешь, я же в трауре.

– Ага. По тебе видно, что ты в трауре. Ну, ладно, иди по делам на кладбище. До встречи.

На стоянке Мару, как всегда, сдержанно поздоровался и спросил:

– А зачем тебе показывать Даруму?

– У меня завтра экзамен по китайской истории.

– Ты уверена, что у тебя есть время ехать со мной?

– Да, без проблем, – кивнула Дана, – я всё равно ничего не знаю, поэтому пару часов меня не спасут.

– Теперь, когда тебя приняли на работу, экзамены заваливать нельзя.

– Я знаю, – начала раздражаться Дана, – я ночью посижу за книгами. Сейчас всё равно не получается сконцентрироваться.

– Хорошо, тогда поехали, – улыбнулся Мару. – Я узнал у дяди, где могила Аски. Это недалеко.

Они заехали в небольшой магазинчик, где Мару купил свечи, спички и ароматические палочки, чтобы поставить их на могилу.

Проходя по чистым асфальтовым дорожкам, Дана удивилась, что вид кладбища совсем не вызывает грусти или тоски. Может, потому, что она была иностранка, и место грусти другого народа совсем ее не трогало. Каждая могила представляла собой красиво выточенную черную гранитную тумбу, одну на весь род, куда только добавляют урны с прахом и прикрепляют табличку с новым именем.

– Мы уже близко, могила Аски должна быть по этой дорожке. Там, где стоит какая-то девушка.

– Это не какая-то девушка, это подруга Аски. Одна из трех, разве ты не узнал её?

– А как ты её узнала? Издалека, в профиль?

– Я уже видела её в таком же ракурсе на похоронах.

Девушка стояла, опустив голову, и вытирала слёзы платком. Казалось, она что-то говорила могиле или даже просила о чём-то. Через мгновение она повернулась и заметила наблюдавших за ней. Вдруг она резко развернулась и быстрым шагом направилась по дорожке к ним навстречу и, прежде чем разминуться, не глядя в глаза никому, склонилась в небольшом поклоне и, не задерживаясь ни секунды, прошла мимо. А как только вышла на основную широкую дорогу, почти побежала к выходу.

– Как ты думаешь, она просто опаздывает на свидание или это то, что я подумал? – Мару подтолкнул локтем Дану.

– Мне кажется, она что-то знает. Не зря в японских сериалах детективы ходят на кладбище, – закивала Дана.

Они подошли к могиле, постояли возле неё несколько минут. Мару зажигал свечи и ароматные палочки, хлопал и кланялся, но Дана это плохо запомнила, думала о своём. Что же могло связывать в школе трёх таких красавиц и модниц с угловатой, немного нервной Аской, которая в университете ходила в серых полосатых кофтах и брюках, без грамма косметики на лице. Наверное, подружки Аски знали, как она прекрасно рисует, и уважали её за талант? В голове сразу всплыло заплаканное лицо профессора Като и то, как он рассказывал о таланте Аски.

– Слушай, Аска училась в этом году на втором курсе? – резко прервала тишину Дана.

– Да.

– Значит, в прошлом году на первом. А первый курс – это сразу после школы, верно?

– Да, если человек поступил сразу.

– Она разговаривала своими картинами. Она пыталась донести до окружающих что-то своими картинами.

– Чего-чего? – недоверчиво посмотрел Мару на подругу.

– Я вспомнила, как говорил Като-сан о картинах Аски: «В них много трагизма, грусти и чистоты». Отчего у девушки в восемнадцать лет будет много трагизма в картинах? А ко второму курсу Аска влюбляется в Масахиро, и они начинают встречаться. Или наоборот, они начинают встречаться, и Аска влюбляется, но это неважно. Главное, что писать она перестала именно из-за того, что у неё не осталось того трагизма, который ей надо было выплеснуть на полотно. Значит, у неё было что-то, что её сильно тревожило и мучило на первом курсе университета или сразу после школы.

– Ты думаешь, что её мучила дружба с этими модницами? – догадался Мару.

– А вот это мы и должны выяснить. Надо сходить к маме Аски и узнать адрес её подруг. Особенно той, с которой мы только что столкнулись.

– Да, ты права, выяснить надо.

– Только ты сходи, пожалуйста, к маме Аски один, без меня. А то я ей явно не понравилась.

– Я тоже об этом подумал, но только потому, что тебе надо готовиться к экзамену. А я уже всё сдал. Мне осталось только реферат один сдать и, можно сказать, я закончил университет.

– Здорово! Мне тоже только один экзамен остался. Так что завтра можно устраивать вечеринку.

– Мы, кстати, с Икой и Гори договорились идти в «Джэки», не хочешь с нами?

– Здорово, только я с Викой, у неё тоже завтра всё заканчивается.

– Договорились. Давай сначала к подруге Аски, а потом в бар.

Они как раз доехали до общежития, и Дана стала выходить из машины. Мару почему-то вышел с ней.

– Что-то ещё? – спросила Дана.

– Пошли, в соседнем магазине продаются Дарума, – улыбнулся Мару, – покажу тебе их, раз обещал.

На следующий день Дана сидела на экзамене по китайской истории, с трудом вчитываясь в вопросы и с тоской глядя на то, как сидящий через проход студент из Китая бодро и без проблем обводил цифры в экзаменационном тесте. «Мне бы так», – подумала Дана и вздохнула, перевернув страницу, там как раз оказался вопрос про Даруму. Она сразу вспомнила кругленькую красную куклу, с бородой и круглыми глазами, которую вчера показал в магазине Мару. «Ну вот! Похоже, хоть что-то я знаю», – обрадовалась Дана. Этот вопрос придал оптимизма, и она начала вчитываться в другие. Оказалось, что на некоторые в голове есть ответы, а в отношении других есть только догадки. И, конечно, были вопросы о вещах, о которых она ничего даже не слышала. Дело пошло в гору. Дана быстро ответила на те вопросы, которые знала, посидела и поразмышляла над теми, об ответе на которые она только догадывалась. А с неизвестными вопросами всё тоже решилось очень быстро. Дана написала в четырех сторонах парты буквы А, Б, В и Г, и отчертила большим крестом сектора для этих букв. Дальше она раскручивала карандаш на середине парты и записывала в опросник ту букву, на которой останавливался карандаш.