Десять пуль на сундук мертвеца (сборник) - Алексей Макеев

– Так-так! Ну? – Гуров и Крячко с удовлетворением переглянулись.

– С остальными просто не удалось установить. Теперь по клубам. И «Ариэль», и «Ночное небо» – клубы чистые, по нашим учетам не проходят, по учетам наркоконтроля тоже. Я попросил оперативников, на чьих зонах располагаются клубы, дать задания агентуре на этот счет, но пока тишина. Думаю, что там в самом деле не торгуют наркотой и туда не ходят обколотые.

– Давайте уточним, Игорь Сергеевич, – на всякий случай спросил Гуров. – Это ваше убеждение или просто у вас нет данных?

– По тем данным, которыми я располагаю на сегодняшний день, а их вполне достаточно, я и сделал такие выводы. Точек по продаже наркотиков там нет, иначе бы мы уже знали об этом.

– М-да, – скептически произнес Крячко, – оазис какой-то. Или у вас в городе вообще с торговлей наркотиками полный порядок? Когда мы готовились к командировке, я просмотрел отчеты и как-то не получил радужных ощущений.

– Увы, наркомания у нас процветает, как и в любом крупном городе. Ситуация не лучше, чем в других городах, но и не хуже. Просто этот район два года назад хорошо «вычистили», а во-вторых, многое зависит от руководства клубов, от собственников. В данном случае они ярые противники зелья на своей территории, понимают, что это существенный удар по их бизнесу.

– Ладно, мы вам верим, – кивнул Гуров. – Вы профессионал, к вам стоит прислушиваться. Ну что же! Желаем вам скорейшего выздоровления и возвращения в строй. Я полагаю, что не стоит просить у вашего начальства нового помощника. Будем ждать, когда вас выпишут.

Гуров и Крячко шли по бульвару, поглядывая на компании молодежи на лавочках, на желтоватые плафоны фонарей в кронах деревьев. С одной стороны тянулись старые девятиэтажки годов примерно семидесятых. Слева темнела громада корпусов завода с огромными черными окнами. Нарушая правила дорожного движения, к низкому заборчику бульвара частенько подъезжали и останавливались легковые машины, оглашая окрестности грохотом музыки из мощных сабвуферов. С лавочек в машины и обратно сновали молоденькие девчонки в коротких юбчонках, пареньки с неизменными сигаретами в руках и банками то ли пива, то ли энергетических напитков.

– Вот она – специфическая среда, в которой киснет местная молодежь, – тихо произнес Крячко. – Как в рассоле.

– Образно, – с усмешкой одобрил Гуров. – Но вообще-то ты прав. Даже чисто психологически ощущается иная аура, нежели в центре города. Заводы, что ли, давят на психику? Ты вот уверен, что из этих парней и девчонок никто сегодня не покурил травки и не сделал себе укольчика?

– Если верить Шумавину, то это могло произойти, но не здесь. Съездили куда-то, купили дозу или косячок. Но, если честно, то мы вот уже час идем по улице, а примет наркоманов я не заметил.

Сегодня сыщики наметили себе визит в один из ночных клубов. Оперативная информация, конечно, вещь относительно надежная, но факт, что накануне неожиданной и необъяснимой смерти большая часть парней посещала ночные клубы, тоже о чем-то говорил. Значит, надо обойти оба клуба, составить свое собственное мнение, увидеть все своими глазами, что называется, руками пощупать.

Ночной клуб «Ариэль» располагался в Мирном переулке, в одном из бывших производственных помещений завода «Химпроммаш». Судя по всему, в 90‑е годы завод еле выжил, раз пришлось продавать часть производственных помещений. Сейчас здание ничем не напоминало о своем прошлом. Навесная реклама закрывала фасад полностью. Гуров отметил, что среди перечня развлечений, которые предлагала администрация клуба, виднелась фоном и фигура летящего человека. Однако! Среди предприимчивых людей есть и такие, кто любит и знает отечественную литературу? Даже Беляева. Работа в Москве убеждала Гурова в обратном, а тут… в провинциальном городе…

– Билеты, – сухо и равнодушно потребовал охранник в черной униформе с наклейкой частного охранного предприятия на кармане и на рукаве.

– Да? – располагающе улыбнулся Гуров. – А мы не купили еще. Мы гости в вашем городе, хотели вот посетить, так сказать. Где можно купить входные билеты?

– Уже нигде, – лениво отозвался охранник. – Раньше надо было, а сейчас мест нет. Клуб не резиновый. Отойдите в сторону, мешаете проходу.

Крячко дернул Гурова за рукав и потащил в сторону. Когда они отошли метров на десять к парковке автомашин, Станислав хитро улыбнулся:

– Спокойно. Сейчас мы эту проблему решим. Заодно и проверим, насколько в провинции жизнь отличается от московской.

Выждав, когда возле охранника не окажется посетителей, он мгновенно переместился к нему и стал что-то шептать. Через несколько секунд Крячко и охранник скрылись за дверью. Гуров ждал, сдерживая улыбку. Уж кто-кто, а Лев прекрасно знал таланты старого друга и напарника.

Еще полминуты, и из дверей показалась голова Стаса. Он энергично замахал Гурову рукой. Когда Лев подошел, Крячко потащил его за рукав, горячо шепча в ухо:

– Ни хрена не отличается. Все то же самое… Бабки все любят, а свою работу нет. Потрясающе!

Охранник прошел мимо к выходу, даже не глянув на двоих мужчин, которых он только что не пускал в клуб. Гуров осмотрелся. Большой холл с гардеробом, несколько зеркал рядом, лестница вниз, ведущая, видимо, к туалетам. Широкий дверной проем, который вел в зал, лестница в стороне, ведущая на второй этаж к административным помещениям.

В вестибюле было шумно, но, по крайней мере, можно было спокойно разговаривать. Но как только открывались двери в зал, то оттуда вырывался штормовой рев музыки, бьющий по перепонкам. Молодежь прибывала небольшими группами, парами. Периодически появлялись и люди более зрелого возраста. Видимо, этот клуб имел приличную репутацию и программы тут были интересными не только для молодежи. Однако заняться следовало не только самим клубом.

– Что у него на куртке написано? – спросил Гуров, посмотрев вслед охраннику, вышедшему на улицу. – Как ЧОП называется?

– «Рубеж-Урал». Завтра надо их проверить на причастность к различным скандалам. Слишком легко нас пропилили без билета за наличные. Не исключено, что так же легко они могут смотреть сквозь пальцы и на наркотики. Ну, пошли?

Поскольку у сыщиков билетов не было, то и мест за столиками им никто не припас. Пришлось торчать каждому в своем углу, как и договаривались. Гуров облокотился спиной на стойку бара, ближе к дальней части зала, и поглядывал на элитные «мягкие» места. Крячко больше ошивался у входа, глядя, насколько добросовестно чоповцы проверяют всех входящих и используют ли металлодетектор.

Началась программа. Исчезли из своих «клеток» по краям сцены танцовщицы «гоу-гоу», ведущие шутили, представляя гостей. Гуров почти не смотрел на сцену. Он старательно оценивал адекватность поведения посетителей в зале. Пьяных практически не было, были не в меру веселые, и они вызывали подозрение. Но, присматриваясь к ним, сыщик отмечал, что это лишь обычное возбуждение, характерное для компании молодежи, возможно, от выпитого «энерджайзера» или чего-то подобного.

Еще Гурова интересовали те, кто перемещался по залу, а не сидел за столиками. Этих тоже нужно оценить на предмет причастности к возможной торговле наркотиками. Разумеется, если существует данный промысел, то он происходит не здесь. Скорее всего, покупатель и продавец выходят из зала. Часто закладку товара делают в туалетах. Ты отдаешь деньги, потом идешь в указанное место, суешь руку, скажем, под полотенцесушитель, а там на скотче прикреплен пакетик с белым порошком. Если тебя на месте повяжет полиция, то против продавца улик никаких нет.

Ничего подозрительного Гуров не заметил. Прошло уже около двух часов. Сыщики следили за залом, посматривали и друг на друга. Они заранее договорились о возможных сигналах и своих действиях. Но это только на крайний случай. Вся работа пойдет насмарку, если придется предъявлять кому-то свое служебное удостоверение.

Крячко вдруг поднял руки и пригладил волосы движением от лба к затылку. Одно такое движение означало «внимание». Но Крячко его повторил, а это уже было призывом, сигналом к тому, что есть «интересующий объект». Гуров проследил за взглядом напарника. Тот смотрел на троих парней, которые обступили в плохо освещенном углу сухощавого паренька в очках. Очень похоже на выяснение отношений. Но это вполне могло быть и разборкой, если продавец наркотиков забрел на чужую территорию. А могло быть и вообще чем-то другим, например грабежом.

Парни подтолкнули очкарика к выходу и с самым невозмутимым видом прошествовали мимо чоповцев. Все четверо вели себя мирно. Странно, что паренек в очках не попросил помощи, а послушно пошел к выходу. Может, он с этими троими знаком? Крячко держал дистанцию в несколько шагов, напялив на лицо лениво-расслабленное выражение. Гуров старательно и рассеянно хлопал себя по карманам пиджака, будто искал сигареты.