Ворожей Горин – Фолиант Силы - Евгений Юрьевич Ильичев

— Довольно спокойно ответил мне призрак, но после все же поднял на меня тяжелый взгляд и повторил свою же мысль. — Никто не безгрешен, но тебе тоже придется ответить за свои грехи.

Мне оставалось лишь кивнуть ему. Этот его взгляд я буду еще долго вспоминать. Только сейчас я в полной мере осознал, как сильно на окружающий меня мир влияют любые мои решения.

Меж тем, тьма в дальнем углу помещения уже приобретала вязкость гудрона. По моим прикидкам у нас оставалось не больше минуты.

— Кто вами руководил? — задал я свой главный вопрос.

— Тот кретин, что выжил.

Серега кивнул на медиков, пытавшихся привести в чувство Самойлова.

— По какому праву? Кто за ним стоит?

— Мы люди подневольные, ворожей. У нас свои начальники и командиры. И их приказы мы обсуждать не привыкли, сам понимаешь — служба. Три недели назад нам спустили приказ поступить в полное распоряжение этого типа. В целом, все это время мы на базе хером груши околачивали. Нам этот Самойлов никак не докучал. Просто приезжал, забирал двоих-троих бойцов для работы «в поле». В основном, наблюдение, охрана, слежка. Пару раз мои пацаны прессовали каких-то барыг в области. Я, так понимаю, этот пидор параллельно пользовался нами в своих интересах.

— А сегодня?

— А сегодня ночью он всех в ружье поставил. Взволнованный был, словно девственности лишился. Все про какую-то Вилкину бубнил, мол, нос ей утрет, да на место поставит.

— Она его руководитель. Получается, он этот штурм в обход нее предпринял.

Серега лишь руками развел, осознав вдруг, что он и вся его группа погибла, по сути, из-за амбиций одного недоумка. Пойти на спятившего вурдалака, без подготовки и подстраховки — это однозначно премия Дарвина. Вопрос лишь в том, почему самого Самойлова моя сестра не убила. Неужели только для того, чтобы передать послание про некоего Белкина?

Я хотел задать еще один вопрос, о том, кто конкретно из руководства Сереги отдавал приказ подчиняться Самойлову. Вообще-то подобная информация была засекречена — бойцы спецподразделений не просто так свои лица прячут под масками. Чего уж говорить о тех, кто им приказы отдает? Но для Сереги вся эта конспирация уже не имела никакого смысла. Он свое уже отвоевал. Я же надеялся через его начальников выйти на тех, кто, собственно, спецназовцами свои задницы прикрывал, а через них выйти и на следующих потенциальных жертв мой сестренки. Не успел.

Их оказалось трое — посмертных вестников, что пришли за мужиками из «Альфы». С их появлением Серега перестал быть собой. Он словно потерял ко мне и нашему разговору какой-либо интерес. У меня даже сложилось впечатление, что он перестал меня видеть. Растерянно оглянувшись и увидев приближающихся к его группе мужчин в строгих черных костюмах, он направился им навстречу. По моей воображаемой спине пробежали мурашки. Лица посмертных вестников были до безобразия похожими и одновременно ничем не запоминавшимися. Попроси меня кто нарисовать их или составить фоторобот, я бы не смог. Видимо, такое у них свойство — быть кем-то и никем одновременно. Наверное, такой и должны видеть смерть усопшие — ни с чем и ни с кем не ассоциировать ее.

— Прощай, — прошептал я в пустоту, глядя, как в свой последний путь уходит командир элитного спецподразделения.

Задерживаться в посмертии уже не было никакого смысла. Я уже видел работу посмертных вестников и не горел желанием пересекаться с ними лишний раз. Вернувшись к реальности, я обнаружил перед собой отца Евгения. Выглядел священник взволнованным.

— Наконец-то… — вздохнул он.

— Я что-то пропустил?

За него ответил мой кот.

— Вилкина твоя чуть было Самойлова не добила. Она его во всех смертных грехах обвиняет.

— Не без повода, — ответил я вслух, глядя на отца Евгения. — Что не так?

— Вера объявилась.

— Белкина грохнула? — предположил я.

— Мы тоже думали, что именно он ее следующая жертва. Организовали его защиту. Направили три отряда служителей Совета. Со стороны МВД, то есть со стороны тех, кто нашу Вилкину нанял, тоже людей выделили.

— И что?

— И ничего. Жив Белкин.

— Тогда, что не так?

— Вера «Белый дом» штурмует, Горин.

— В Вашингтоне? — затупил я.

— Ты дурак? — Священник покрутил пальцем у виска. — Я про наш дом Правительства. Ты даже не представляешь, что творится на Краснопресненской набережной. Поехали, нас ждут.

— А с этим что делать?

Я кивнул на Самойлова, с которым безуспешно пыталась наладить контакт Вилкина.

— Ты его сможешь в чувство привести? — Подумав секунду, спросил священник.

— Думаю, да. Мне бы в его памяти покопаться. Может, чего и нарою.

— Тогда, с собой берем. Все, погнали. В машине с ним поработаешь.

Глава 17

Глава вурдалачьей семьи Марта Майер уже сто раз пожалела о том, что связалась с этой придурковатой ворожеей. Пелагея, как, впрочем, и все их проклятое семя, мягко стелет, да только после жестко спать приходится. Неспроста названная мать Марты предупреждала в свое время свою преемницу: «Никогда и ни при каких обстоятельствах, дочка, не имей дело с ворожеями!»

Марта помнила этот совет, но до поры не понимала, почему мать делала именно такой акцент — «…ни при каких обстоятельствах» — мир, же не статичен. Он изменчив и пластичен, стало быть, изменчивы в нем и обстоятельства. Напрашивалась аналогия с бизнесом — сегодня ворожеи твои конкуренты или даже кровные враги, но завтра могут стать соучредителями в каком-либо интересном предприятии.

Однако, со временем смысл того предостережения стал для Марты очевидным — ворожеи никогда не действовали, исходя из предложенных обстоятельств. Нужные им обстоятельства они предпочитали генерировать сами. Это для всех остальных мир изменчив — для ворожей он, скорее, податлив. Ворожеи сами генерируют реальность, в которой живут. Остальным же приходится выбирать из двух зол меньшее — либо подчиниться и жить в том мире, который удобен ворожеям, либо отчаянно сопротивляться. К примеру, Горин, хоть и сам являлся ворожеем, избрал путь сопротивления. Боролись с ворожеями и члены Совета, порой даже небезуспешно. Могли ворожеям составить конкуренцию и сильные ведьмовские ковены. О непримиримой вражде ворожей с ведьмами в мире Ночи ходили легенды.

Кстати, буквально недавно состоялся