Соблазн ей к лицу - Ширли Басби

— Ты угадала, — кивнул он. — И главная причина в том, что я не хочу обрушивать на тебя все семейные скелеты из шкафов в первый же час твоего пребывания в Стоунгейте.

Дафна чувствовала, что муж не случайно скрывает от нее многое. Он, видимо, еще не решил, как именно преподнести своей жене то, что не слишком ее порадует. Ей стало неловко за свою настойчивость. Они только приехали в Стоунгейт, а она уже устроила Чарлзу настоящий допрос. Решив, что разговор о родне может подождать, она улыбнулась мужу:

— Ты расскажешь позже, да? О своем дедушке?

Чарлз рассмеялся:

— О нем — в первую очередь.

Вслед за чаем последовал осмотр дома. Дафна ходила вслед за Чарлзом из комнаты в комнату и неустанно охала и восхищенно прижимала ладони к груди. Роскошные гостиные и кабинеты, элегантная обстановка, дорогие предметы интерьера — все это теперь принадлежало и ей. Возможно, именно здесь родятся их с Чарлзом дети, которые будут бегать по дому, прятаться за диванами и столами, чтобы потом с визгом нестись вниз или вверх по лестнице. Мысль о том, что когда-то у них с Чарлзом появятся детишки, вызвала приятную дрожь в теле. Дафна посмотрела на мужа и задалась вопросом: о чем он думает? По выражению лица ничего нельзя было разобрать. Да, он гордился своим родовым гнездом, эта гордость сквозила во взгляде, однако наряду с гордостью проскальзывало в нем и нечто совершенно противоположное… Досада? Быть может, даже стыд?

Мучимая любопытством, Дафна пыталась понять, отчего в семье Чарлза одно за другим происходили столь мрачные события. Очевидно, его мать умерла, а потом порог Стоунгейта переступила София. А что же отец? Чарлз ни разу не упоминал о нем. Да, он сошел в могилу, но как давно? Наверное, если бы это произошло недавно, Чарлз бы хоть словом обмолвился об этом. Ужасная мысль пронзила Дафну. А что, если все они — отец Чарлза, Джон, Дэниел, София и Рауль — сходили в могилу друг за другом, поочередно? Быть может, она вышла замуж за человека, чья семья была проклята?

Дафна содрогнулась, осторожно оглянулась на мужа и усилием воли заставила себя отбросить глупые мысли. Время шло, и вскоре ей показали ее покои, чтобы она могла переодеться к ужину. Осмотрев десятки комнат, обставленных и оформленных мачехой Чарлза, Дафна была уверена, что и ей достанется такая же безвкусная и набитая роскошью спальня, как и все остальные помещения, и заранее была готова к тому, чтобы не выказать неприязни ко вкусу Софии. Но отведенная ей пара комнат выглядела совершенно иначе, словно к их оформлению приложил руку другой человек. Стены были обиды шелком цвета меда, драпировки и балдахин бронзового и золотого оттенков усиливали приятное впечатление, зеленые ковры с густым высоким ворсом из овчины словно вызывали желание пройтись босиком. В комнатах было нечто отчетливо мужское, и Дафне они сразу понравились.

Горничная Джейн уже успела подготовить ей ванну, и вскоре Дафна с наслаждением погрузилась в горячую, источающую ароматы трав воду. Это было таким наслаждением, что она решила немного поблаженствовать и помечтать. И тотчас ей вспомнились жаркие губы Чарлза, целующие ее губы, пощипывающие кожу плеч, играющие с напряженными сосками.

Щеки Дафны порозовели. Ах, что они с Чарлзом вытворяли накануне! При воспоминании о проведенной в гостинице ночи тело Дафны откликнулось возбуждением, кровь торопливо побежала по венам. Она помнила каждую мелочь, каждое крохотное прикосновение пальцев, каждый стон — все то, что слилось в единое, прекрасное занятие — занятие любовью.

Когда Дафна закончила принимать ванну, она была уже возбуждена без меры, поэтому торопливо вытерлась и надела синее домашнее платье, приготовленное горничной.

С распущенными черными локонами Дафна появилась в спальне и замерла, заметив, что у кровати появился маленький столик с закусками, двумя зажженными свечами и букетом белых лилий и желтых роз посередине. К столику были придвинуты два стула, и золотая вышивка на сиденьях поблескивала в неровном пламени свечей.

Дверь смежной комнаты распахнулась, и появился Чарлз. На нем был черный халат с золотистой оторочкой, и Дафна почувствовала волнение при мысли, что под халатом ее муж, должно быть, совершенно голый.

— Отлично, — сказал он с улыбкой. — Вижу, ты еще не готовилась к ужину. Конечно, ты удивительно хороша и в светском наряде, но домашнее платье — оно еще больше подчеркивает твои прелести.

Стараясь забыть о частом стуке сердца в груди, Дафна указала рукой на столик:

— Это ты придумал?

— Конечно. У нас с тобой был утомительный день. Быть может, ты предпочла бы чопорно поужинать в столовой, но по мне это лишнее. — Он улыбнулся. — Главное достоинство ужина в столь интимной атмосфере — близость постели, не так ли?

Дафна хитро прищурилась:

— А нам так срочно потребовалась постель?

Чарлз подошел к ней и обнял. Губы чуть коснулись ее губ и тотчас ускользнули, дразня.

— Если тебе постель не нужна, то мне необходима точно, — шепнул он ласково.

Дафна почувствовала, что тает в объятиях мужа, ее рот приоткрылся, словно она испытывала величайшую жажду, утолить которую могли лишь касания его губ и языка. Когда ладони Чарлза легли ей на ягодицы, притягивая бедра к его бедрам, к выпуклости между его ног, Дафна и вовсе превратилась в безвольную куклу.

Ужин вышел поздним.

Ребра ягненка, горошек со спаржей, перепелиные яйца были съедены почти подчистую, настолько Чарлз и Дафна проголодались. Но даже после плотного ужина они вновь вернулись в постель и занялись любовью. Затем долго лежали рядом, пока восстанавливалось дыхание, а пульс и сердцебиение возвращались в нормальное русло.

Дафна прижалась к мужу и положила голову ему на плечо. Чарлз перебирал ее локоны и смотрел в потолок. Он думал о том, что судьба оказалась к нему милостива. Даже не верилось, что всего пару месяцев назад он покинул Стоунгейт с намерением выяснить, кто убивает несчастных женщин в Корнуолле и не восстал ли из мертвых Рауль, и вот уже возвращается домой женатым человеком. И не просто женатым, а в одночасье соединившим свою судьбу с самой желанной и любимой женщиной на свете. Повернув голову, он посмотрел на черноволосую головку Дафны, покоившуюся на его плече, и осторожно поцеловал в лоб. Его почти не задевало то, что для нее он всегда будет занимать третье место — после Эйдриана и Эйприл. Дафна позволила ему стать частью своей жизни, своего мира, и это было чудесно…

Его радовало радужное начало их брака. Они прекрасно подошли друг другу в постели. Да, они были созданы друг для друга, но вряд ли встретились бы, а встретившись, никогда бы не поженились, не обвались стена той проклятой пещеры. Вынужденный брак, вопрос чести… Сторонний наблюдатель решил бы, что Чарлз поступил как истинный джентльмен, пожертвовав своей свободой, но фактом было то, что он на самом деле хотел жениться на Дафне. Он вступил в игру и вышел из нее победителем.