Темная душа. Академия жрецов - Алейна Вран

— Это Коннор, — слегка дрожащим голосом проговорила я, внимательно вглядываясь в их лица. — Это же Коннор, Урсула!

Лицо блондина побелело, и стало растерянным.

— Урсула? — задумчиво и тихо переспросил он, глядя в точку на земле и думая о своем, а затем его взгляд метнулся к тете, которая задала аналогичный вопрос. Его рот приоткрылся от удивления. — Мама?

Женщина поджала губы, и морщинка меж ее бровей стала отчетливее. Ей как будто за секунду прибавился лишний десяток лет.

— Сын, — холодно произнесла она.

— Что ты здесь делаешь? Это все твои люди? — Коннор обвел рукой Академию, с каким-то недовольным взглядом. Он хмурился.

— Да. И я уже ухожу. Вместе с Эвелин, — мрачно сообщила Урсула, но блондин загородил ей путь.

Их отношения колебались от равнодушных до подозрительных, что меня немного удивило.

Отца Коннор встретил куда более приветливо. Или все это потому, что Альфред был при смерти?

— Нет. Эвелин идет со мной, — он бросил взгляд на меня поверх макушки матери. — Правда, Эвелин?

Его светлая бровь выгнулась, когда я не дала незамедлительного ответа, растерявшись.

— Пусть она решает сама, — приказным тоном ответила Урсула, выпуская мою руку и отстраняясь. — Но, ей стоило бы знать, что Альфред сам приказал мне ее забрать. Он бы хотел, чтобы Эвелин пошла со мной.

Коннор тяжело вздохнул, потирая переносицу большим и указательным пальцами.

— Это потому, что он думал, что у нее нет другого выбора. Но вот я здесь, — блондин укоризненно посмотрел на мать.

— Какой ты упрямый, — проронила Урсула, исподтишка глядя на блондина.

Он лишь закатил глаза, возвращая вопросительный взгляд ко мне. Тетя сделала тоже самое.

Я громко и глубоко вздохнула. И что мне делать? К кому присоединиться? К протестантам или к даркхам? Хотя, с протестантами у меня уже имелся неудачный опыт. Не сказать, что с даркхами у меня идеальные отношения, но все же. Я бросила взгляд в сторону автомобилей. Около них уже стояли Джозефф, какая-то девушка, и еще два парня, которые раскидали добрую половину охраны в Академии. Похоже, они решили уйти, пока протестанты продолжили активное нападение на жрецов. Я мысленно представила себе, как буду жить в доме протестантов со своей тетей, каждый раз возвращаясь к воспоминаниям об Альфреде, или Брайене с Чарли, и поморщилась. Нет, этого я точно не хотела. Кроме того, с Коннором я знакома больше, чем с Урсулой. Но она сказала, что Альфред…

Я мотнула головой, пытаясь не думать об Альфреде. Его ведь больше нет. Протестанты, в конце концов, убили Хелену. У меня больно кольнуло в сердце. Не слишком ли много плохих вещей, связанных с протестантами? Я всю жизнь хотела быть полноценным даркхом, и теперь мне представилась такая возможность. Не глупо ли упускать ее сейчас, после стольких страданий? Это не выглядело плохой идеей. Мне даровали шанс. Шанс на жизнь в обществе с кем?

Я перевела взгляд на умоляющее лицо Коннора, затем на внимательно прищуренные глаза Урсулы. Они были так похожи и, одновременно, совершенно разными.

Моя рука начала нервно теребить локон светлых волос.

— Пожалуй, — я замешкалась, уставившись себе под ноги, — Пожалуй, я пойду с Коннором, Урсула.

Блондин счастливо улыбнулся, и как будто ни в чем не бывало, подошел ко мне. Его рука легла мне на плечо в знак поддержки.

Лицо тети вытянулось, бровь изогнулась.

— Ты уверена в своем решении? — голос ее был уставшим, и даже немного расстроенным, глаза устремлены на Коннора. Тетя снисходительно покачала головой. — Если ты сейчас уйдешь, помощь тебе уже не будет предоставлена. От меня. Мы расстанемся навсегда.

Блондин несильно сжал мое плечо, показывая, что я не буду одна. И это действительно немного помогло мне в моем решении.

— Уверена, — глаза ее беззлобно осмотрели нас с Коннором, затем она громко выпустила воздух из легких, заправляя выбившуюся прядь волос за ухо. — Прощай, Урсула.

Губы женщины растянулись в вежливой улыбке, но не более того.

— Удачи, Эвелин, — она сделала красноречивую паузу. — Хорошая работа, Коннор, прощайте.

Ее руки обхватили меня. Объятия ее были необычайно приятные и теплые, несмотря на все ее напускное безразличие по отношению к моему выбору. Она притворялась, что не расстроилась. Выпустив меня, она еще долго изучала Коннора взглядом, он ее тоже. Ее пальцы потянулись вверх и погладили его по щеке, он немного склонил голову, прислоняясь к ее руке еще больше.

— Удачи, мама, и прощай, — его рука легла поверх ладони Урсулы, и он мягко улыбнулся.

Тетя быстро отстранилась и ушла в другую сторону. Мы с Коннором смотрели ей вслед, пока она не исчезла из поля зрения.

Коннор взял меня за руку, и повел в сторону автомобилей. Я заприметила взглядом Джозеффа и хотела подойти к нему, как Коннор меня остановил. Два парня уже, видимо, сели в машину, и рядом с Джозеффом осталась только девушка, которая сейчас что-то кричала. Парень принял скучающий вид, и тоже бесстыдно огрызался, периодически закатывая глаза.

— Лучше не надо, — сказал Коннор, привлекая внимание к своей персоне, и смущенно улыбнулся.

Я подозрительно скосила на них взгляд, и как можно более безразлично пожала плечами. Мы с блондином подошли к одному из джипов, и залезли внутрь, на задние сидения.

Помимо нас, в машине находились тот парень, который выпускал из кончиков пальцев огонь, сейчас он был за рулем, и адвокатша, на пассажирском месте. Они что-то обсуждали и посмеивались, пока мы не пришли. Брюнетка скрестила руки на груди, окинув нас холодным взглядом. А парень, наоборот, как-то дружелюбно усмехнулся. Хотя, скорее, странно, а не дружелюбно.

— Я Доминик, — он перегнулся через сидение и оставил два громких поцелуя на обоих моих щеках, а затем остановил свое лицо в паре дюймов от моего. Я удивленно вскинула брови. Парень заливисто расхохотался, прямо как тогда, когда поджег полдюжины охранников. — Твое лицо… про… прости, — сквозь смех выдавил он, возвращаясь в прежнее положение.

Я недоуменно посмотрела Коннора, который закатил глаза. Ко мне обернулась и девушка.

Теперь я смогла разглядеть ее получше: несмотря на красивое, приятное лицо, ее черты были острыми, аристократическими, тонкий носик, в меру тонкие, с роскошным изгибом, губы, большие, выделяющиеся на фоне белой кожи, черные глаза, обрамленные длинными, такого же цвета, ресницами. Господи, что-то похожее я уже видела. Мой рот приоткрылся от удивления.

Она протянула свою ладонь, с тонкими длинными пальцами, в знак приветствия, хотя мы с ней уже виделись.

— Джоанна, — приятным, но безразличным голосом представилась она. — Сестра-близнец Джозеффа.

Я ответила на рукопожатие, до сих пор пялясь на нее.

— Ну, если вы еще не