Почти герой - Богдан Дорошин

– Есть боевая магия и защитная. Многие специалисты разбивают эти два понятия еще как минимум на десять пунктов, но тебе я думаю, хватит и этого знания. В класс боевых заклятий можно отнести все то, что носит недружественный характер по отношению к живому существу: проклятия, заговоры, сглазы, штурмовые импульсы. Защитные – все то, что помогает нам в жизни, и делает ее проще.

– Будем практиковать и то и другое? – ехидно спросил я.

– Нет, – отрезала Гардинг. – Только защитную магию, и то не всю. Ты слишком непредсказуемый, чтобы обучать тебя основам боевых искусств.

– Ясно, – мне хотелось ухмыльнуться, но я знал, что за этим последует волна упреков, а посему скорчил самую послушную мину из всех, что были в моем арсенале.

– Как смотрю, ты неплохо продвинулся в теории. Еще немного и можно будет ставить «неудовлетворительно с правом на пересдачу».

Моя декан держала в своей изящной ручке несколько листов бумаги, где часом раньше я рисовал слоников и обводил те ответы, которые показались мне привлекательными. Сегодня не было никакой башни Астрологов и никакой практики. О слава богам, после двух недель, они услышали мои мольбы!

Благодаря усиленной терапии и лечению я оклемался от прошлых увечий, но чувствовал, что к новым – еще не готов. Это как спрыгнуть с крыши дома, поломать себе ноги, а потом вновь отправиться на крышу. Захочется ли прыгать кому–то снова? О нет, даже взбираться на крышу не захочется.

– Магия возникла в Первую эпоху или еще до ее начала. Никто точно не знает, кто принес в мир волшбу, но существует множество теорий. Одна из них, самая, на мой взгляд, правдивая, гласит, что сущностей изначально было три. Эти сущности были нераздельной частью некоторых существ, от которых в последствии и пошла магия. В книге князя Каневского «Происхождение всего сущего» сущности для простоты поделились по цветовой гамме: голубая, красная и золотая. Первой владели Драконы и горгульи, второй – Фениксы с Циклопами, а третьей – единороги и феи… Эй, не спать! Я кому сказала не спать! Выше голову, повтори, что я только что сказала!

– Э–э? Магия есть четырех типов… вода, огонь, земля и воздух?

– Нет… то есть да! Сейчас именно так дела и обстоят… но в Первую эпоху все же было по–другому!

– А зачем мне изучать то, что было раньше, и чего сейчас нет?

– Потому что все это должны знать!

Я привычно потупил взгляд и надолго замолчал, пока чуткий педагог Гардинг (напомню: эта сука чуть меня не убила!) не растаяла и не начала объяснять мне, что каждый маг, а особенно архимаг должен разбираться в принципах своего ремесла. Пусть сейчас властвуют другие законы магии, но до сих пор мир населяют существа, которые пользуются так называемой истинной магией Первой эпохи. Те же Драконы, Фениксы, древние на худой конец!

– А какой магией пользуются живые мертвецы?

Натали странно взглянула на меня, но вопрос ученика – это святое.

– Своей собственной. В Первой эпохе ее не было, как и самого понятия «живой мертвец». Но если мыслить абстрактно и в стиле «что было бы, если…», то их сущность Каневский назвал бы черной.

Я действительно вспомнил черное пламя, пожравшее кисти Пейна, и то, как мой медальон ледяной коркой прирастал к телу. Мне стало жутко, и Гардинг это заметила.

– Не отвлекайся. Живые мертвецы сейчас не актуальная проблема. Уже прошла тысяча лет с времен их последнего бесчинства, сейчас там почти обычное королевство. Если хочешь – на следующем занятии… нет, через одно занятие! – мы можем поговорить о нежити более подробно. Но поверь, все эти призраки, личи, некроманты и зомби не столь важны для тебя, если ты хочешь окончить Академию.

Да, конечно, ценный совет. Но ты ошибаешься леди Гардинг. Они для меня сейчас первостепенной важности.

Пейна я не видел уже давно. Просто потому, что нигде не мог его отыскать. Лаванда не знала, куда делся ее начальник, Бешенного тоже видно не было, а Эскель, которая усердно играла роль порядочной школьницы, так страшно округлила глаза, когда я попытался расспросить ее, что желание общаться с ней у меня тут же пропало.

На занятиях я стал вести себя более активно и даже скряга Герп от умиления чуть не заплакал, когда я вызвался отвечать какие существуют способы добычи манны.

– Невероятно, мистер Тод! Такое впечатление, что вы научились читать и все–таки что–то прочитали.

Я злобно улыбнулся ему в ответ, но свое заслуженное «отлично» все же получил. Детишки, мои дорогие однокашники, были удивлены не меньше самого Герпа, но делиться своим секретом с ними я не стал. Разве, что с несколькими, которые отдали мне свои порции во время обеда, но им я сказал, что моя тайна в великой мощи местной библиотеки.

Становилось заметно холоднее, а однажды даже пошел легкий, едва заметный снег. Снежинки падали на землю и тут же исчезали, а я подумал, что не много ни мало – я здесь уже три месяца. Для Первого королевства ранняя зима – обычное дело, а значит скоро все здесь будет в сугробах. Вот черт, ненавижу холод и снег.

Мои занятия с Гардинг продолжались с попеременным успехом. То она меня хвалила, то ругала на чем свет стоит, все время повторяя, что я делаю одну и ту же ошибку. Постоянно закрываюсь от медальона, отчего ничем не лучше обычного смер… не мага. Мы даже приступили к заучиванию простенького заклинания защиты, с помощью которого можно соорудить щит от дождя. Первое время у меня стало неплохо получаться, но Гардинг упрямо твердила, что я не использую медальон, а это не есть хорошо.

Ерика была намного приятнее. Она, как и я сам, очень спешила. То, что Натали рассказывала долгий час, Пауэрс пробегала за десять минут. К тому же благодаря ей и объяснялись мои успехи в учебе. Пейн сказал Ерике, что я любой ценой должен перейти на новый курс и поэтому она решила мне в этом подсобить.

– О Боже! Мог бы и сам такую чушь решить! – в который раз протянула Ерика, взявшись за мое домашнее задание. – Архимаг, тоже мне…

Я виновато улыбнулся, после чего продолжил свое валяние на диване, время от времени напевая себе под нос какую–то мелодию. За окном стояла паршивая погода, и я думал, о том как буду возвращаться обратно в замок. После занятий с Пауэрс можно, конечно, прогуляться по нижнему городу, но тяги к этому не было.

– Ты там читаешь? – донесся до меня вопрос из соседней комнаты.

– Конечно, учитель! – шутливо отозвался я, с невысокого столика беря брошюрку и начиная изучать кухню местного ресторана для VIP–персон. Меня вряд ли когда–то туда пустят, но никогда не вредно немного помечтать. Некоторые блюда выглядели особенно аппетитными, а некоторые вызывали у меня сомнение. Взяв в ладонь медальон архимага, я сосредоточился и попытался поменять буквы в брошюре местами, но добился только легкого воспламенения.