Он пресытил меня горечью, или Так тоже можно жить - Татьяна Маркина

— А можно писать только одно желание? — спросила Света. — У меня столько желаний, я не знаю, что выбрать.

— Пиши все, — распорядился Женя, — и не забудь записать туфли на шпильке. Давай, я буду диктовать тебе по пунктам.

— Не мешай, я уже придумала.

Эта пара уже имела много общего.

Таня тоже написала желание на листке, оторвала лишнюю бумагу, оставив только заполненный словами клочок, свернула его. Максим предложил зажигалку, но она попросила спички. Ровно в двенадцать поднялась страшная суета. Девчонки торопили Максима, чтобы он быстрее открывал и разливал шампанское, визжали, обжигая пальцы, ребята кричали «с Новым Годом!». Последний глоток Таня выпила с последним ударом курантов.

В два часа ходили на городскую елку, ночь была не холодной, минус десять и без ветра. Гуляющих у елки было много: ряженые, с гармошками, с выпивкой — народ веселился, кто как мог. Максима, действительно, «знала каждая собака»: каждый второй поздравлял его с Новым годом, каждый третий предлагал выпить тут же, под елкой. К четырем часам вернулись — встречать Новый год по московскому времени. Закусив, потанцевали и шумной толпой снова пошли на елку, устроили катанье с горок. Тане тоже было весело. Она вспомнила прошлый Новый год, тихо проведенный с Ольгой у телевизора. Катались стоя, сидя, по одному, парами, паровозиком. Но с самой высокой деревянной горки Таня не могла решиться проехать стоя. Неожиданно с двух сторон ее под локотки подхватили Саша и Костя. Поднявшись наверх, вместе скатились с горки, стоя на ногах. Съехали удачно, но уже в конце ледовой дорожки Саша споткнулся о лежавшую картонку, и они все втроем упали.

— Хватит валяться, — подошел Максим и помог ей подняться.

Старательно стряхивая снег с ее пальто, он отвел Таню к елке. Лесная красавица была установлена на высокой площадке, сколоченной из досок, и торжественно возносилась в небо. Она была украшена бумажными фонариками и электрическими гирляндами, на нижних ветках елочных игрушек практически не было, но Максим на ближней к ним ветке заметил нечто бесформенное, больше похожее на мешок, а не елочное украшение. Это его заинтересовало. К ним подошел Женя, Светкин жених.

— Помоги мне, — попросил его Максим, — хочу посмотреть, что это там странное висит на ветке.

Они вдвоем подошли поближе к деревянному основанию высотой в человеческий рост. Женька присел, и Максим, наступив на его плечо, подтянулся и забрался на самый верх. Он залез по стволу к ветке и сорвал сверток.

— Это тебе, лови, — бросил он его Тане.

От неожиданности Таня растерялась, но бросок был настолько точен, что ей оставалось поднять руки и прижать пакет к себе, чтобы не уронить. Это был прозрачный полиэтиленовый мешок, с вложенным свертком и листком бумаги, на котором фломастером было крупно написано «Таньке К. от Деда Мороза». Когда и как он успел подвесить этот пакет на елку, если снял его только с помощью Жени?

— Везуха тебе, Танюша, — Максим ловко спрыгнул с площадки, и уже стоял рядом с ней. — Ты, очевидно, была послушной девочкой в прошлом году. Давай вскрывай. Мне тоже интересно, что тебе подкинул старый дед. Меня он с третьего класса перестал баловать, после того как я дернул его за ватную бороду.

Таня сняла варежки и развернула сверток. Это был гарнитур нижнего белья, такой, какой она видела на барахолке. Она стала быстро засовывать его обратно — рядом стоял Женя. Максим был доволен, он походил на мальчишку, озорного мальчишку. К ним подошли остальные ребята.

— Я замерз. Может по домам? — предложил Саша.

— Пойдемте, а то еще подарок надо примерить, — Максим обнял Таню за плечи.

Автобусы еще не ходили, и все пошли пешком. Таня с Авророй жили в одном районе, провожали их Саша с Максимом. Когда Таня с Максимом свернули к ее дому, Саша пошел с Авророй дальше.

Они были дома в семь утра. Возвращаться назад у Максима уже не было никаких сил.

Первое, что увидела Таня, проснувшись в час дня — спящего Максима, близко-близко, лицо к лицу. Его дыхание холодило кожу на плече, она прикрыла плечо одеялом. Он открыл глаза.

Начался новый 1990 год.

Глава 13

Первые дни года были теплыми, температура днем поднималась выше нуля. А потом резко ударил мороз — ночью температура опустилась до тридцати градусов. Максим с утра был легко одет и, добежав из института до общежития, сильно замерз. Он забыл дома перчатки и не стал сам открывать дверь окоченевшими руками, а позвонил. Пройдя в комнату, он попросил горячего чая согреться. Таня пошла на кухню, ставить на плиту чайник. В заварочном чайнике закончилась заварка. Таню это разозлило. Ну почему она должна заваривать для этого «мажора» свежий чай? В Томске в общаге они заливали кипяток в заварник и по два, и по три раза и называли такой чай «белые ночи». Хотя, может быть, она злится на этого богатого отпрыска из зависти, потому что он не знает, что это такое? Но ведь и они заваривали чай по три раза не от бедности, точнее, не совсем от бедности, а потому, что вечерком, часов в двенадцать, когда всем вдруг резко хотелось чайку, оказывалось, что заварка кончилась, магазины давно закрыты, а соседи сами вот уже второй день у них «пасутся», прося взаймы то чай, то сахар. Тане так захотелось вернуться в прошлое. И стоит, наверное, пожалеть студентов, которые не жили в общаге, не ощутили некую общность, студенческое братство. Так что, пусть пьет свежезаваренный цейлонский чай, наслаждаясь его терпким вкусом. Таня насыпала в чайник побольше заварки. В дверь позвонили.

— Я открою, — крикнул из комнаты Максим и вышел в коридор.

Таня прислушалась, кто бы это мог быть? Она никого не ждала.

— Да, Татьяна Викторовна дома, — ответил кому-то Максим, — проходите.

Таня вошла в коридор. На пороге стояла Ира Якушкина из 10 «Б», в черной искусственной шубке и вязаной шапочке.

— Здравствуйте, Татьяна Викторовна. Я, наверное, не вовремя?

Ира мялась на пороге, не решаясь пройти.

— Здравствуй, Ира. Очень рада тебя видеть, — Таня тоже не решилась пригласить Иру в дом — мешался Максим.

— Что же вы не проходите? — функцию гостеприимного хозяина взял на себя Максим.

Девочка вошла в коридор, но не успел Максим захлопнуть дверь, как она засобиралась назад.

— Извините, я зря пришла. Мне лучше уйти.

Таня понимала, что девочка напрасно бы не пришла, у нее что-то важное, но Максим расстроил все ее планы. Училась Ира хорошо, но в последнее время несколько расслабилась. По поводу учебы Ира подошла бы к ней в школе — завтра первый учебный день в новом году. Таня не могла вспомнить, кто классный руководитель в 10 «Б». Что же случилось? Да, при Максиме разговора не получится. Но ребенок замерз, вон, как лицо покраснело, надо напоить ее чаем, и договориться о встрече завтра.