Хранитель-2 - Александр Гончаров

«Послушай его, Яролика», - велела вдруг Будана.

Старшая Мать замерла на мгновение, потом погасила накатывавшую ярость и, в конце концов, просто кивнула головой.

- Спроси у магистра, может ли он меня принять?

Эберн низко поклонился и вошел в комнату, тщательно закрывая дверь. Там в полумраке на древнем алтаре лежал магистр Гверн. Он сильно изменился за последнее время. Кожа его сильно побледнела, волосы стали практически прозрачными, а на руках вздулись вены. Войдя в комнату, гном кашлянул и тихо поведал о причине своего визита.

- Погаси факелы. Пусть останется только один, - велел маг на удивление сильным голосом. – Как только Яролика войдет, отправляйся и собери моих спутников. Уже далеко за полдень, и Хранители должны уже проснуться.

Эберн кивнул и молча вышел.

- Магистр ждет тебя, Старшая Мать.

Яролика коротко кивнула и вошла в комнату. Ее поразила темнота, в которой лежал маг. Она начала озираться и часто моргать глазами, чтобы привыкнуть к мраку. Будана тоже не любила яркого света, но тут было практически темно. Один факел, горевший в дальнем углу, позволял разве только не споткнуться на что-либо и не упасть.

- Присаживайся, девочка, - сказал Гверн. – Позволь, я буду говорить лежа. Сил встать нет.

- С тобой все хорошо? – волнуясь, спросила Старшая Мать. – Может пусть тебя отнесут в нижние купальни?

- Достаточно воды из древнего колодца. Не беспокойся за меня.

- Да как же не беспокойся. Ты не ешь уже столько дней.

- Будет тебе, - она в темноте поняла, что маг улыбнулся, - я же сказал, что со мной все хо-ро-шо.

- К нам приходила ворожея Ветрана, и она посоветовала просить у тебя помощи или совета.

- Я все знаю. Присаживайся и слушай. Все, что ты сейчас услышишь, должно остаться в этой комнате, если ты желаешь добра разголанам.

Яролика от удивления подняла брови, дыхание у нее слегка сперло, и ей пришлось даже потереть с силой по горлу и груди, чтобы восстановить дыхание.

- Я готова тебя выслушать, дядюшка.

Стоявший перед закрытой дверью Эберн услышал, как пододвигается стул, ухмыльнулся и пошел звать Хранителей и остальных членов их маленького отряда.

Проще всего было найти Лоттана и Агну. Они сидели на веранде дома, в котором жили, и поглощали еду. Ребята выглядели слегка бледноватыми, но скорость, с которой они зачерпывали рагу и бросали в рот, говорила, что у них все хорошо. Эберн радостно взбежал по ступенькам и без спросу уселся за стол, пододвигая к себе огромное блюдо с жареным барашком.

- Ммм, - промычал Лоттан, пережевывая еду, - мастер Эберн, раз вы готовы съесть этого барашка, значит вы на пути к выздоровлению.

- И я рад вас видеть, ребятки. Как закончите, идите к магистру. Он хочет с вами поговорить.

- Ой, я так давно его не видела, -защебетала Агна, - а нам скоро лететь домой. Хорошо, что он может с нами пообщаться напоследок.

- Ага. Скоро – это завтра, - пророкотал с набитым ртом гном. – Вы Райю и прочих не видели?

- Райя сейчас придет, - сказала принцесса, - она пошла к себе. Лахаш с Ларишей и Вейленией после купален куда-то пошли, но говорили, что скоро тоже вернуться. Вы же знаете, что после ванн очень сильно хочется есть.

- Ага, великолепно. Не придется бегать по городу и искать их. Тогда я пока перекушу, раз все так складывается.

Действительно, вскоре спустилась Райя, на которой была разголанская одежда, волосы у нее были аккуратно уложены, но неразлучный меч висел там, где ему положено.

- Магистр, - кивнула она головой гному. – Как вы себя чувствуете?

- Не могу сказать, что полностью выздоровел. Даже наоборот.

- Да-да, Лахаш рассказывал, - перебил его Лоттан. – Давайте я или Агна поможем своим даром как-то повлиять на эту проблему.

- Вот здорово! – обрадовался гном. – Почему я об этом не подумал? Два Хранителя рядом, а я должен ждать, когда магистр сможет что-то сделать. Так, где тут эль?

Он принялся нюхать кувшины. Второй оказался с пенным напитком.

- Начинаем, - гном крякнул и припал к горлышку. Лоттан отложил нож и попробовал опьянить Эберна с помощью своего дара. Когда кувшин оказался пустым, гном вытер бороду и стал прислушиваться к своим ощущениям. На его лице заиграла улыбка, но потом медленно сошла с лица.

- Нет, паря, слегка торкнуло, а потом улетучилось. Значит придется ждать, пока магистр поможет мне. Так, где эти зубасто-ушастые распутницы? Опять над парнем измываются?

- Нет. Даже наоборот, - заступилась за товарищей Агна. – Лахашу после купелей как-то не очень хорошо стало. Вейлениа сказала, что это старые раны дают о себе знать. Предложила сварить отвар. Они пошли к местным травницам. Корешки какие-то спросить.

- Корешки для вершков, - хмыкнул в бороду Эберн.

- Магистр, - устыдила его Райя. – Ребята оказали огромнейшую пользу разголанам. Пусть слегка отдохнут.

- Тогда пусть не обижаются, если я им не оставлю барашка. Тут какие-то травы использованы, - он присмотрелся к куску мяса, который был наколот на его нож. – Просто объедение какое-то.

Все вернулись к поглощению еды. Вскоре из-за соседнего дома показалась тройка друзей. Девушки хохотали, а Лахаш от смущения пытался вырвать руку у Лариши и что-то им говорил, как бы оправдываясь.

- Так! Озорники! – крикнул Эберн. – Быстро садитесь есть. Магистр вас ждет. Как только увижу Старшую Мать, сразу идем, и вы останетесь голодными.

- Что случилось? – спросила Вейлениа, стирая улыбку с лица.

- Ничего особенного. Хранители завтра покидают город. Райя ведет должников в Бангл-Бор. Остальное расскажет магистр.

Ребята переглянулись и молча уселись за стол. Накладывая каждый себе по вкусу, они принялись внимательно осматривать друзей, как бы спрашивая, в чем дело.

- Мы сами только что проснулись, - оправдывалась Агна. – Нам накрыли на стол, и тут же пришел мастер Эберн.

- Подтверждаю, - сказал с набитым ртом Лоттан.

Все опять принялись за еду. Вскоре их внимание привлек какой-то шум, а потом по улице пробежал какой-то вестовой. Вскоре за ним показалась Старшие Матери разголанов. Яролика заметила поглощающих еду ребят и остановилась. Остальные Матери последовали ее примеру. Лоттан встал со своего места, вытер губы и поклонился женщинам. Остальные, кроме наглого гнома, повторили поклон парня. Старшие Матери постояли