Вся Агата Кристи в трех томах. Том 1. Весь Эркюль Пуаро - Агата Кристи

Ну, кто может сказать, что это та, которую он купил два года назад? Вся эта история кажется мне довольно подозрительной. Не думаю, что полезно для здоровья размышлять и читать о преступлениях и всяких детективных историях. Это наталкивает на всякого рода идеи.

— Писателю все же необходимо иметь кое-какие идеи, — пошутил Пуаро. Джепп возвратился к плану самолета.

— Место № 4 занимал Райдер; его кресло прямо перед креслом убитой. Он выходил в туалет. На обратном пути он мог выстрелить с близкого расстояния, но Райдер находился рядом с археологами — они же ничего не заметили.

Пуаро в задумчивости покачал головой.

— У вас, наверное, не много знакомых археологов? Если эти двое вели увлекательную дискуссию на спорную тему, eh bien, мой друг, они были слепы и глухи к окружающему миру: они жили в пятом тысячелетии до нашей эры или что-нибудь около этого! Тысяча девятьсот тридцать пятый год нашей эры для них просто не существовал.

Джепп смотрел скептически.

— Ладно, перейдем к ним. Что вы можете рассказать о Дюпонах, Фурнье?

— Мсье Арман Дюпон — один из наиболее известных археологов Франции.

— Это для нас ничего не значит. Их положение в самолете слишком удобное, с моей точки зрения. Через проход, но чуть впереди Жизели. И еще я думаю, они много рыскали по свету, выкапывая всякие вещицы в необычных местах; они легко могли достать у туземцев змеиный яд!

Фурнье с сомнением пожал плечами.

— Мсье Дюпон живет всецело своей работой. Он фанатик и энтузиаст. Раньше он был антикваром. Бросил процветающее дело, чтобы посвятить себя раскопкам. Они оба — и он и его сын — душой и сердцем преданы своей профессии. Мне кажется маловероятным — я не скажу «невозможным», со времени нашумевшего дела Ставинского я вообще никому и ничему не верю, — так вот, мне кажется маловероятным предположение, что они замешаны в этом деле.

— All right, — подытожил Джепп. Он взял лист бумаги, на котором делал свои заметки, и прокашлялся.

— Итак. Джейн Грей. Вероятность — ничтожна. Возможность практически никакой. Гэйль. Вероятность — ничтожна. Возможность опять-таки практически никакой. Мисс Керр. Совсем невероятно. Возможности — сомнительные. Леди Хорбари. Вероятность — есть. Возможность практически никакой. Мсье Пуаро. Почти определенно — преступник; единственный человек на борту, который мог создать психологический момент.

Джепп хорошенько посмеялся своей маленькой шутке, Пуаро улыбнулся снисходительно, а Фурнье — слегка, скромно и застенчиво. Затем детектив продолжал:

— Брайант. И вероятность и возможность — имеются. Литератор Клэнси. Мотивы сомнительны, вероятность и возможности — хорошие. Райдер. Вероятность — сомнительна, возможности прекрасные. Отец и сын Дюпоны. Вероятность — ничтожна с точки зрения мотивов преступления, но у них была возможность в смысле приобретения яда. Что ж, для нас, я думаю, неплохие итоги. Придется провести множество допросов. Я сначала возьму Клэнси и Брайанта — выясню, не нуждались ли они в деньгах, была расстроены или озабочены чем-либо в последнее время, уточню их передвижения за последний год и все такое. То же самое проделаю с Райдером. Не следует забывать и об остальных. Вилсон для меня все разнюхает. Мсье Фурнье займется Дюпонами.

Французский полицейский кивнул:

— Будьте уверены, ваши, приказания будут исполнены. Я возвращусь в Париж сегодня же вечером. Можно, я полагаю, еще кое-что разузнать у Элизы, горничной Жизели. Я внимательно проверю все поездки Жизели. Хорошо было бы узнать, где она побывала летом. Насколько я знаю, раз или два она наведывалась в Ле Пине. Можно также получить информацию об англичанах, которых она втянула в свою орбиту… Да, словом, дел у нас много…

Джепп и Фурнье поглядели на Пуаро, погруженного в свои мысли.

— Вы примете во всем этом участие, мсье Пуаро? — спросил Джепп. Пуаро очнулся.

— Да, я буду сопровождать мсье Фурнье в Париж.

— Enchante! — сказал француз. — Восхищен!

— Что это вы задумали? — Джепп озадаченно поглядел на Пуаро. — Вы же относились ко всему так спокойно. Что, осенили вашу ясную голову кое-какие мыслишки?

— Меня беспокоит одна вещь, — медленно сказал Пуаро. — Место, где нашли трубку.

— Еще бы! Из-за этого вас чуть не заперли!.. Ха-ха!

Пуаро покачал головой.

— Я не это имею в виду. Меня тревожит не то, что трубку нашли под моим креслом, а то, что ее вообще нашли под креслом.

— Не вижу в этом ничего особенного, — сказал Джепп. — Тому, кто это сделал, нужно было куда-нибудь спрятать трубку. Не мог же он рисковать, чтоб ее нашли у него.

— Evidemment! Конечно же! Но когда вы обследовали самолет, мой друг, вы заметили, что хотя окна нельзя открыть, в каждом из них есть вентилятор — небольшое круглое отверстие, которое можно открыть или закрыть, повернув стекло. Величина этих отверстий вполне достаточна, чтобы пропустить злополучную трубку. Что может быть проще, чем избавиться от трубки таким способом! Трубка падает вниз, на землю, и маловероятно, что ее вообще когда-либо найдут.

— Я могу возразить: убийца опасался, что его заметят; если бы он начал проталкивать трубку в вентилятор, кто-нибудь да увидел бы эти его усилия.

— Выходит, — сказал Пуаро, — он не боялся, что увидят, когда подносил трубку к губам и отправлял шип по назначению, а боялся протолкнуть трубку в окно?

— Звучит абсурдно, согласен, — сказал Джепп. — Но так оно и есть. Он сунул трубку под подушку сиденья. От этого никуда не денешься.

Пуаро не ответил, и Фурнье с любопытством спросил:

— Это наводит вас на какие-то мысли?

Пуаро утвердительно кивнул:

— Это дает мне возможность сделать одно предположение.

Он рассеянно поправил оказавшуюся ненужной чернильницу, которую беспокойная рука Джеппа оставила немного криво. Затем, резко подняв голову, спросил:

— A propos, вы составили детальный список вещей пассажиров, о котором я вас просил?

Глава 8

Список

— Я человек слова! — воскликнул Джепп. Сунув руку в карман, он извлек пачку мелко испечатанной на машинке бумаги. — Вот! Здесь все, вплоть до мельчайших деталей! Я заметил тут одну любопытную вещь Скажу, когда вы кончите читать.

Пуаро разложил листы на столе и принялся просматривать.

Фурнье пододвинулся поближе и стал читать через его плечо:

«Джеймс Райдер.

Карманы. — Льняной носовой платок с меткой «D». Бумажник из свиной кожи, в нем — банкнот фунтового достоинства, три деловых карточки. Письмо от партнера Джерджа Эльбермэна, выражающее надежду, что «переговоры об условиях займа увенчались успехом… иначе мы будем в затруднительном положении». Письмо, подписанное Моди, назначающей свидание на следующий вечер в Трокадеро (дешевая бумага, неграмотный почерк). Серебряный портсигар. Коробка спичек. Авторучка. Связка ключей. Ключ от цилиндрического американского дверного замка. Разрешение на обмен французских и