Страстное заклинание - Линда Гасс

Мнение Шелби о Форде Траске постепенно менялось. До сих пор он был самой загадочной фигурой во всей этой истории. Почему он так сильно хотел получить назад эти письма, что сначала попросил Клея, а потом приказал Мейпсу добыть их любым путем? Почему так боялся, что их прочтут, что скрывал? Однако в письмах Форд Траск представал перед ней открытым, трогательно-прямым человеком. Его преданность Дезире сквозила в каждом письме, так же, как и возрастающее отчаяние.

Получив право называть ее своей невестой, он стал бы «счастливейшим из живущих. Вчера ночью, держа тебя в своих объятиях, я вдруг понял, что ни за что не могу потерять тебя».

Речь шла о той ночи, когда связь между ними сделалась еще теснее, потому что, как с удивлением прочитала Шелби, Дезире отдалась Форду. Несмотря на неуклюжий, полуграмотный стиль письма, описание их близости казалось весьма лирическим.

«Я не имел права просить у тебя то, что ты мне дала. Я знаю, что женщина не отдала бы того, что так бережет, если бы в сердце ее не жила настоящая любовь. Я в неоплатном долгу перед тобой, и любовь моя растет с каждой минутой. Люди сказали бы, что теперь я должен жениться на тебе, чтобы снова сделать тебя честной женщиной. Я мог бы ответить им, что ты и без этого самая правдивая и самая прекрасная девушка на свете. И я готов сдвинуть землю и небо, чтобы назвать тебя своей, хотя и сейчас в сердце своем я чувствую себя твоим мужем».

На глаза Шелби навернулись слезы. Любовь Форда и Дезире казалась нерушимой. Так что же произошло? На часах было уже за полночь, но Шелби не могла лечь, пока не прочитает все письма.

Форд и Дезире ходили по тонкому льду. Несмотря на все усилия, Боуден подозревал, что связь их продолжается. Форд беспокоился по этому поводу, но в то же время ему хотелось заявить о своей любви открыто. Дезире же считала, что надо набраться терпения. Ведь при первой встрече с Боуденом Лэнгстаффом дело чуть не закончилось дракой. И Форд сам признавался, что финансовое положение пока не позволяет ему жениться на Шелби.

Когда Боуден Лэнгстафф удивил дочь, подарив ей на день рождения тур в Европу, Форд нисколько не сомневался, что он все знает о них. Несколько месяцев в Англии, Франции и Италии были преподнесены Дезире в качестве подарка на ее двадцать первый день рождения.

Форд был в панике. Даже если бы они убежали, он не смог бы обеспечить Дезире, потеряв ферму. К тому же, она заслуживала большего, чем роль жены фермера. Что им оставалось делать?

К удивлению Шелби, план предложила мягкая и робкая, запуганная отцом Дезире. Она владела совместно с Боуденом участком земли в восточной части города. Ей уже исполнился двадцать один год, и она могла передать свою собственность кому пожелает, но, чтобы договор был законным, требовалась также подпись отца.

Дезире решила, что они должны подделать подпись Боудена. Будучи взрослой, при наличии обеих подписей Дезире могла распоряжаться землей по собственному усмотрению. Они состряпали договор, и Форд вступил во владение землей.

Шелби села на кровати. Дезире подарила Форду именно ту землю, с которой началось спустя тридцать лет процветание семьи Трасков. На лбу выступили капельки пота. Один за другим на поверхность всплывали все новые секреты.

Получив хорошую плодородную землю, которая могла прокормить их первое время, они решили бежать. В тот день, на который был назначен побег, случилось несчастье. Шелби прочла об этом дне в письмах, на конвертах которых снова появились почтовые марки и штемпели разных городов. Форд писал:

«Это был несчастный случай, любовь моя. И ты это знаешь. Мужество, которое ты проявила в тот день, будет поддерживать меня в дни разлуки. Но мы обязательно снова будем вместе. Я клянусь Всемогущим Господом, что будет именно так! До сих пор не понимаю, как все это могло случиться».

Несчастным случаем, о котором упоминал Форд, была смерть отца Дезире. Мейпс «продал» их и предупредил Боудена Лэнгстаффа о готовящемся побеге. Отец запретил Дезире покидать дом. Когда его любимая не пришла к зданию суда, где они собирались пожениться, Форд был вне себя. Он решил пойти к ней домой, чтобы вызволить ее и «наконец-то объясниться с твоим отцом и заявить ему о серьезности своих намерений».

Решение Форда оказалось роковым. Боуден и мать Дезире отказались выслушать их мольбы. Когда Дезире сказала, что выйдет замуж за Форда без разрешения отца, Боуден ударил ее.

Это окончательно вывело Форда из себя. Он писал:

«Я не мог позволить ему так обращаться с тобой! Моя кровь просто вскипела при виде этого. Я должен был защитить твою честь. Я был обязан это сделать!»

Последовавшая за этим драка привела к смерти Боудена Лэнгстаффа. Звуки борьбы привлекли Мейпса, который, «должно быть, подслушивал у замочной скважины». Мейпс попытался разнять дерущихся, но, насколько поняла Шелби, отец Дезире окончательно потерял контроль над собой и бросился на Форда и Мейпса с кочергой, которую схватил у камина. Драка продолжалась, и в какой-то момент Форд ударил Боудена, который, отлетев, ударился головой о мраморный столик и тут же умер.

Шелби думала о том, каким ужасом было для Дезире видеть, как ее любимый случайно убил ее отца. Тем не менее и на этот раз она оправилась первой.

«Ты так быстро поняла, что никто не поверит в несчастный случай, особенно после моей первой стычки с твоим отцом, которую видели слуги. Я никогда не забуду, как ты нашла в себе силы подумать о моей беде, так страдая от своей собственной».

У Дезире было очень мало времени, чтобы что-нибудь придумать. Она объяснила рыдающей матери, что у них есть два выхода. Первый — позвать полицию, рассказать о драке, в которой участвовали ее любовник, слуга и ее отец, и надеяться, что полиция, а также соседи, поверят в то, что это был несчастный случай. Или они могут сказать, что Боуден Лэнгстафф случайно упал, ударился головой и умер.

Мать Дезире согласилась на второй вариант. Стороны сошлись на том, чтобы скрыть истинную суть происшедшего. Форд покинул Кентукки, чтобы переждать, пока улягутся страсти. Похороны были скромными. Вскоре после них Мейпс оставил службу у Лэнгстаффов, мучаясь угрызениями совести и страхом, что в один прекрасный день его могут обвинить в смерти Боудена. Форд писал:

«Мейпс очень жалел о случившемся. Думаю, он проведет остаток жизни с мыслями о том, как предал нас и что из этого вышло».

После похорон Дезире оставалось только сидеть и ждать.

«Я вернусь за тобой», — снова и снова обещал Форд в каждом письме. Его отъезд из Кентукки был идеей Дезире.

«…Только пока улягутся страсти, — предупреждал Форд, — потому что жизнь моя без тебя не имеет смысла. Не могу передать, как горько мне сознавать, что тебе пришлось столько плакать по моей вине. Но я не мог смотреть, как этот человек делает тебе больно».