Падающий цветок (СИ) - Форс Элен

Прикусываю нижнюю губу от волнения.

Зейд также утверждал, что отец Ахмеда готов помочь нам уехать куда мы захотим, лишь бы видимо мы не мозолили глаза ему и не мешали Джанне. Это могло быть правдой. И не таким уж и плохим вариантом, если он не хотел устранить нас на расстоянии.

Сейчас я могла проверить только одно. Где Ахмед?

Повинуясь силе ревности, я быстро переоделась в просторное платье с рукавом три четверти. Собрала волосы и обулась в кроссовки. Нужно было бесшумно дойти до спальни Джанны. Ни разу у нее не была, не уверена, что смогу найти ее комнату по памяти. Но этого того стоило.

Я напоминала параноика, не уверена, что Ахмеду понравится такой поступок. Но не сделать этого я не могла. Три года я скрывалась ото все – защищаясь. Но лучшая защита – нападение.

Через десять минут я стояла у двери комнаты Джанны. Сначала я приложила ладонь к ее двери, пытаясь почувствовать, что происходит за дверью. Весь дворец еще спал. И Джанна скорее всего тоже.

Безумие.

Набравшись смелости, я стала стучать, не боясь привлечь внимание. Двери были толстыми, как и стены, поэтому сколько я бы не прислушивалась, не могла понять – есть ли так кто-то.

И вот дверь распахнулась и ко мне вышла заспанная Джанна, которая судя по всему до конца не проснулась. На ней был атласный белоснежный халат в пол, закрывающий ее полностью.

Я не была удивлена, когда увидела девушку в изящном халате. Уверена, что эта сучка каждый день спит в чем-то сексуально вызывающем. В этом вся Джанна. И все же, под ложечкой у меня предательски засосало.

- И? – Джанна скрестила руки. – Ты постучалась ко мне, чтобы помолчать?

- Хотела узнать, что тебе снилось? – выглядела я глупо, но я пришла с определенной целью.

+++

- Ничего. Я только заснула. – Джанна закатила деловито глаза. Больно признавать, но ее прямо так можно на обложку журнала PlayBoy. Очень эффектна. Дикое пламя. – Проваливай, пока не разбудила Ахмеда.

Во рту пересохло. Оттолкнув рыжую бестию, я зашла внутрь, оказываясь в небольшом коридоре. Покои Джанны были огромными и обставлены в будуарном стиле. На мой взгляд – вульгарном. Я открыла одну из дверей и оказалась в очень светлой спальне с видом на сад. Комната Джанны не была заставлена мебелью: в ней была только кровать с балдахином, туалетный столик и маленький диванчик. Из комнаты можно было попасть в гардеробную, дверь в которую была приоткрыта.

Но интересно было не это. Все детали стали размытыми при виде главного…

На кровати мирно и беззаботно спал абсолютно голый Ахмед, не прикрытый даже одеялом. Поэтому я могла даже рассмотреть его член, призывно торчащий к верху. Всегда готовый к новым завоеваниям. Мужчина мирно храпел.

Я лишилась дара речи и сил. Хотелось накинуться на него и оторвать пенис к чертовой матери, лишить его дорого друга. Я бы выдрала ему глаза за предательство и причинённую мне боль.

Горечь различалась внутри.

Довольная Джанна стояла позади, ее шёпот раздирал меня:

- Прощу тебе эту дерзость. Понимаю, ревность иногда туманит мозг и заставляет совершать необдуманные поступки.

- Тут ты совершенно права. – тихо говорю я, чувствую прилив энергии. В голове происходит озарение. – Ревность толкает на глупости.

Усмехаюсь и просто налетаю на Ахмеда, отвешивая ему несколько смачный пощёчин, заставляя прийти в себя. Моим первым желанием было убежать и разреветься в комнате, спрятавшись ото всех. Но Джанна была чертовски права, ревность застилает глаза, не позволяя увидеть очевидного.

Все так ладно складывалось. Вызов Ахмеда к отцу, его внезапная пропажа, Зейд со своим предложением и, наконец, так сладко спящий Аль-Мактум в чужой постели. Если он действительно решил остаться с женой, то пусть скажет это сам мне.

Джанна позади меня онемела от такого, явно не ожидая, что я решусь на такой экшен.

С каждой новой пощечиной я уверялась в своих подозрениях. Если бы Ахмед просто спал, то он бы быстрее пришёл в себя. А сейчас мужчина издавал лишь хриплые стоны, пытаясь открыть глаза. Он был в дикой отключке.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

- Врача. – из меня вырывается дикий рык. – Ему нужен врач! Чем Вы его накачали?

Девушка не двигается, зависая и рассматривая меня по-новому немного сузив глаза. Сейчас передо мной стояла настоящая Джанна: хитрая и расчетливая, готовая на все ради достижения своей цели. Ее спокойствию оставалось только завидовать.

- Ви? – хриплый голос Ахмеда был слаб и даже беззащитный. Я зарылась пальцами в его густую бороду и села на корточки перед ним, рассматривая сонные зеленые глаза. Ахмед пытается сесть на кровати. Выглядит он очень растерянным, хлопает глазами, напоминая мне Мустафу с утра. Вот один в один. Малыш просто. – Меня что-то вырубило…

- Не в той кровати… - язвительно добавляю я, отпуская еще одну пощечину мужчине, не сдерживаясь. Аль-Мактум морщится, но когда замечает молчаливую Джанну, скрестившую руки позади меня, настороженно замирает и хмурится. В его глазах проскальзывает нескрываемое удивление.

- Где моя одежда? – недовольно спрашивает он, стискивая челюсти до скрипа зубов, неотрывно глядя на неё.

- Так, где его одежда? – повторяю вопрос Джанне с самодовольным выражением лица.

- Как обычно, на стуле. – девушка невозмутима, на ее лице снова была маска благородной девицы. Меня покоробили её слова «как обычно». – Воды принести?

- Как я здесь оказался? – герой – любовник не выглядел счастливым и довольным.

- Рафхат принёс. – Джанна пожала плечами. – Ты перебрал сильно, еле языком ворочал. Он тебя уложил на кровать и ушёл. Ты стал раздеваться, приставать ко мне. Говорил что-то о второй попытке, потом заснул.

Ахмед натягивает штаны на голое тело, и я покрываюсь испариной от того, как Джанна окидывает его взглядом. Так жадно и нагло, словно имеет на это право. А она, к моему сожалению, имеет на это законное право.

Большего всего на свете мне хочется знать было между ними что-то этой ночью или нет?

Тело сводят с ума болезненные спазмы.

- Забавно. – только и выдаёт Ахмед над чем-то размышляя и спрашивает вслух у самого себя. – А где Амин все это время черти носят?

Глава 25. 

Ахмеда забавно раскачивало из стороны в сторону пока он шёл в свой кабинет, придерживаясь за стену. Мне приходилось семенить за ним, вздрагивая каждый раз, когда мне казалось, что он упадёт. Мужчина вылетел из комнаты Джанны быстрее баллистической ракеты, игнорируя свою жену. Сейчас для меня стала очевидна истина – у Аль-Мактума ничего не было к своей жене, он не испытывал больше к ней тойтеплоты, котируя я чувствовала несколько лет назад в разговоре с ним.

Амина нигде не было и на звонки он не отвечал, парень просто пропал без вести. Никто из охраны не видел его. Ахмед распорядился, чтобы его телохранителя из-под земли достали, но привели его к нему.

Мы не обмолвились и словом после того, как вышли из комнаты Джанны, не обсуждая то, что произошло. Первые минуты я ликовала, что не повелась на весь этот спектакль и разбудила Ахмеда. Им не удалось нас разлучить. Но когда эйфория улетучилась, остался груз ревности.

Джанна вела себя непринуждённо и немного отчужденно, ее не интересовала пропажа телохранителя Амина, и судя по ее поведению, она не особо была расстроена тем, что я разбудила ее по середине ночи, если она вообще спала. На лице блуждала мечтательная улыбка, она мурлыкала себе под нос неизвестную мне мелодию. И выглядела вполне счастливой. И это меня раздражало.

От Ахмеда не пахло алкоголем, его явно чем-то опоили, это было видно по его позеленевшему виду и сладковатому запаху изо рта. Лицо было все еще бледное, а реакции заторможенные. Видимо, отец Ахмеда не отлетался богатой фантазией, применяя ко всем один и тот же метод. На что он рассчитывал? Что мы купимся на этот дешевый трюк?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Ахмед сел на широкий диван, откидывая голову назад и делая протяжный вздох. Сейчас в нем не осталось ничего от того парня, распивающего алкоголь в ночных клубах. Передо мной был зверь с горящими глазами, способный на все. В его голове сейчас созревал план, который должен был нас всех не просто спасти, а обеспечить счастливое будущее.