Шла бы ты… Заметки о национальной идее - Евгений Сатановский

Противоречия между штатами оттеняют растущее соперничество городов. Отношения Нью-Дели, Бомбея, Калькутты и Мадраса трудно назвать братскими. Кстати, автор хотел бы указать, что не случайно использует узнаваемые читателем исторические названия индийских мегаполисов.

Приветствуя желание любых аборигенов называть свои населенные пункты так, как они именуются именно местными жителями, он не собирается делать из лёгкой и по сути своей развлекательной книги ребус для читающей публики. Благо она не является географическим справочником или политологической энциклопедией. И льстит себе надеждой, что это его желание будет с пониманием воспринято всеми, о ком он пишет.

Если же это желание останется неисполненным, он может об этом только сожалеть. Поскольку все, кто преисполнятся желания его критиковать по этому либо другому столь же вздорному поводу, перебьются, перетопчутся и перебесятся. Не май месяц на дворе.

Осенью автор милостыни интеллектуально страждущим любого направления и толка не подаёт. Политкорректностью не страдает. Как, впрочем, и в другие времена года. И вообще полагает её опасной формой разжижения мозгов, проистекающей от безделья, тщательно маскируемой ксенофобии и скрытого расизма.

Так вот, всё это постколониальное, втиснутое не в исконные исторические рамки, а в те границы, которые определили туземцам белые люди, кои удержать ситуацию в своих бывших колониях по тем или иным причинам не могли или, как в случае с англичанами, ещё и не хотели, нестабильно, как желе. Хотя и обладает вязкостью и упругостью того же самого желе.

Отчего сепаратизм в Индии и вечен. Ассам. Мизорам. Нагаленд. Халистан. И прочие региональные изыски. Из-за которых в своё время Индиру Ганди сикхи, в порядке мести за осквернение правительственными войсками Золотого храма в Амритсаре, и убили.

Изначально бывшие колонии в Азии и, кстати, в Африке были насыщены хитрыми и умными чиновниками метрополий всеми мыслимыми и немыслимыми внутренними конфликтами и противоречиями. Поскольку строились по единственно возможному для любой колониальной империи принципу «разделяй и властвуй». И их границы с соседями, а также границы территорий, на которые они были разбиты, — границы конфликтов, розни и резни.

С началом массового смертоубийства местные, по идее, должны были нестись сломя голову в Лондон или к региональному наместнику Её Величества с хорошо известной в нашем собственном отечестве формулой: «Прийди к нам, мамо, и спаси нас, неразумных, от нас самих».

Екатерина Великая именно так и строила Российскую империю. Великая Вдова, королева Виктория, — Британскую. Сталин точно так же регионировал Советский Союз. Да и вообще, насколько нам известно, так строились любые империи, начиная с Римской. А может, и те, что были до неё — просто об этом мы толком ничего не знаем.

Проблема начинается, когда метрополии сначала не до того, а потом её и вовсе нет. Как в случае с разделом Британской Индии и произошло. Крови было море. Пять миллионов жертв — минимум. Число беженцев и вынужденных переселенцев учёту не поддаётся, так же как и число погибших.

Пятнадцать миллионов? Двадцать? Двадцать пять? Источники дают разные цифры, хотя общая картина ясна. Никакого оптимизма по поводу будущего Индии она не вселяет. Хотя перспективы единства Пакистана, помимо сплачивающих эту страну конфликтов с Индией, не более определены.

Ну, Индия и Пакистан в конце 40-х окончательно отделились друг от друга. Примерно так же, как на другом конце британских колоний в Азии евреи отделились от арабов. Причём как в Индии, так и в Израиле, о котором речь шла выше, осталось примерно по двенадцать-пятнадцать процентов мусульман.

В Израиле их именуют палестинцами или израильскими арабами, хотя большой вопрос, сколько среди них черкесов, чеченцев или курдов. В Индии подробностями не заморачиваются. Мусульмане, они и есть мусульмане. Политика — не этнография. Там не до деталей.

Чтобы было понятно: мусульман в Индии в настоящее время больше, чем населения в России. Всего. С детьми, подростками, пенсионерами, филателистами, аквалангистами и членами партии «Единая Россия». В совокупности. И растёт это мусульманское население Индии опережающими темпами.

Настолько опережающими, что данные переписи 2001 года известны: сто тридцать восемь миллионов мусульман. Но уже в 2011-м году сведения очередной переписи не были опубликованы. Чтобы не провоцировать население и не возбуждать страсти. Тем более там есть что возбуждать.

Несмотря на все конституционные гарантии равноправия, единственные профессии, в которых индийские мусульмане преуспевают, это спорт и кинематограф. Как, впрочем, и американские негры. Они же афроамериканцы. Что, впрочем, официальная статистика Индии отмечать не любит. И говорить об этом неприлично.

Причём по сравнению с немусульманами уровень образования, благосостояния и непосредственно связанная с этими показателями степень занятости мусульман Индии, что называется, ни к чёрту. Как и лояльность к государству, которое только в теории для всех граждан этой страны — отец и мать. А на практике…

Ежели кто-нибудь из читателей полагает, что период раздела на Индию и Пакистан в конце 40-х — начале 50-х годов был эпохой погромов и массовых убийств, а затем её жители омылись слезами, раскаялись и начали жить в общеиндийском братстве, то он не понимает ни бельмеса. Ни в Индии. Ни вообще в жизни. Тут только всё самое интересное и началось.

По данным экспертов, с 1954-го по 1992-й годы в Индии произошло более тринадцати тысяч погромов мусульман. Речь не о мелких инцидентах. А о значительных погромах, с большими жертвами. Отдельные инциденты никто в этой стране не считал, и сосчитать их нереально.

Последний год подсчёта, который указан, — год фактического распада Советского Союза. Когда Индия не то чтобы заботилась о своей репутации больше, чем позднее, но считать погромы было ещё принято. Потом всё сильно упростилось. Страна нашла свою национальную идею. Погром вписался в неё, как шар в лузу.

Символом последующих двух десятилетий стали события в Гуджарате в 2002-м году, более известные как Гуджаратский погром, в ходе которого было убито несколько тысяч мусульман. Женщин перед смертью подвергали массовым изнасилованиям, а затем их вместе с детьми сжигали. Заживо.

Технологически несложно. Заливается в горло бензин. Поджигается. Человек бежит — горит. Падает — горит. По местным представлениям красиво. Такая демократия погрома. Напоминает европейскую между двумя мировыми войнами. Тоже с социалистическими элементами. Называлась она тогда национал-социализм. Попросту — нацизм, или фашизм. В самых варварских её формах — как раз напоминает кое-что в сегодняшней Индии.

Причём речь идёт далеко не только о мусульманах. В 2008-м году в Ориссе то же самое происходило с христианами. Хорошо хоть Николай Рерих до этого не дожил. Заживо там горели и священники, и монахини. О монастырях и христианских храмах не стоит даже говорить.

Как, впрочем, и о храмах мусульманских. Включая великие исторические памятники, теоретически охраняемые законом. И кстати, что сделал для того, чтобы спасти тех, кого убивали религиозные фанатики-индуисты, богатый и влиятельный христианский мир? Ну так, навскидку? Правильно. Ничего.

Впрочем, мир ислама ничего не делал для спасения индийских мусульман. О терактах, организованных Пакистаном в Кашмире, Мумбае (который Бомбей) и других индийских городах и штатах, говорить не стоит — речь не о том. Но и Иран, и Саудовская Аравия, и прочие государства арабского мира поддерживали с Индией нормальные отношения в период погромов и после них. Продолжая поставлять ей нефть, из которой производился бензин. Используемый, в частности, для сожжения очередных мусульман.

Интересно, знакомо ли отечественное начальство, сильно озаботившееся российским национальным возрождением через создание русской национальной идеи, с индийским опытом? Отечественную идею так не называют, а стыдливо именуют российской, но ничем иным она не будет. Тем более что призвана перехватить инициативу у русских националистов.

Соответствующая идея в Индии есть. Называется хиндутва. Вдохновляет от трети до сорока процентов населения страны. Что для Индии — сотни и сотни миллионов человек. Точнее, около полумиллиарда. Что составляет примерно три с половиной России — по самому скромному подсчёту.

Такая «Индия для индусов». Вернее, для индуистов. Разного толка. Но без мусульман, христиан, парсов и прочих иноверцев и инородцев. Которым в очищенной от чужеродных влияний идеальной Индии — Бхарате — места нет и не будет. Чем она от нынешней Индии и будет отличаться.

А уж изгонять их из страны или убивать, и если убивать, то с какой именно степенью жестокости — это отдельный вопрос. Дискуссионный. Что и у нацистов дискутировалось. Даже в СС. И по сравнению с индийским опытом борьбы с унтерменшами концлагеря, гетто, газовые камеры и расстрельные рвы можно признать не просто гуманными, а сверхлиберальными инструментами очищения арийской нации от человеческого шлака…