Осколки Богов - Анастасия Смитюк

– Поскольку Данер подписал союз с охотниками, предполагаю, он хочет договориться о поставке рабов с королем Эстона. Конечно, это лишь мои домыслы, но подобное решение вполне в его духе.

Одной Богине известно, что задумал его брат. Теор даже думать не хотел об этом, потому что при каждой попытке понять действия Данера его окутывала злость. Нельзя вести за собой людей, поддаваясь эмоциям. Он вернет свое королевство и там, когда все закончится, они поговорят обо всем.

– Итак, продолжим, – выдохнул Теор.

Совет длился еще несколько часов, и по итогу было принято решение выдвигаться через неделю. Больше медлить было нельзя.

Теор не мог допустить союз его королевства с охотниками и Эстоном. Против рабства он почти ничего не имел, но разделял понятия «раб, имеющий возможность выкупить себя» и «раб, обязанный подчиняться и выполнять все». И король Эстона всегда выступал за второй вариант. Для него рабы – это лишь вещи, которые могут прийти в негодность и которых можно легко заменить.

Неделя. Осталась лишь неделя более-менее спокойной жизни. А что будет через эти семь дней, никто не знал. Случиться могло, что угодно. Война или захват, вернее, возвращение трона – очень рискованное дело, которое того стоит. Справедливость того стоит. Свобода того стоит. Спокойствие того стоит.

Глава 30

Гиблые Земли

Слепая Колдунья

Она не видела – а даже если бы и видела, то закрытая повозка, в которой их перевозили, не позволила бы ничего разглядеть, – но чувствовала, что оказались они в мертвом месте. Здесь не было даже отдаленного зова природы, к которому она привыкла, не чувствовалась жизнь.

Здесь было тихо и гибло.

Не нужно быть картографом, чтобы понимать, где они оказались. Единственная территория в этом мире, где не чувствуется сила других Богов и не ощущается жизнь, была названа Гиблыми Землями.

По преданиям, земли стали мертвыми и почернели, когда Бог Тьмы сошел в мир.

В этом месте она не смогла бы жить, но есть колдуны и колдуньи, что перешли на сторону тьмы и обитали здесь. Их сердца были наполнены этой злобой и чернотой, так что живое им и не было нужно.

Зато Фелия наоборот. Она едва ли могла дышать вот уже несколько недель с тех пор, как их схватили и повезли куда-то. Хотя не так уж и трудно догадаться, куда. О Темном Властелине известно всем, пусть и немногое. Он правая рука самого Бога Тьмы, и именно он командует армией темных. Может, сам, а может – по приказу своего Бога, но ему явно нравится то, что он делает, и с каждым годом гнев его возрастает, как и жестокость. Фелия слышала про деревню, в которой убили всех людей, а после сожгли ее дотла лишь потому, что жители отказались перейти на сторону Темного.

И этот случай – не единственный. Все деревни, поселения и города на территории одного королевства полностью уничтожили. И никто не пришел им на помощь. С тех пор земли, где находилось это королевство, стали называться Безжизненными. Располагались они между Гиблыми Землями и Иглистыми.

Раньше они были наполнены жизнью и растительностью, но после того, как туда заявились темные и перебили всех, очень быстро истратили всю жизненную силу. Реки пересохли, растения погибли, земля лишилась влаги и иссохла, покрывшись трещинами. Ни одно живое существо больше не могло там выжить.

Фелии было тяжело. Геон, мальчик, которого тоже похитили, подсел к ней и взял за руку. Другая похищенная и так уже находилась у нее под боком, обнимая колдунью и успокаиваясь. Дара тоже ощущала тяжесть этого места, но старалась держаться и не плакать, хоть ей и было страшно.

– Все будет хорошо, – шептала ей Фелия, – нас спасут.

– А если нет? – выдохнул Геон, с каждым днем становясь все мрачнее и мрачнее.

– Тогда возьмем дело в свои руки и придумаем, как сбежать.

– Нет, нас точно спасут, я знаю! – тихо прошептала Дара, шмыгая носом. – Эгран придет за мной и спасет вас тоже. Он не оставит меня, он обещал меня защищать! Он обещал Богине, что будет рядом.

– Кто такой Эгран? – в голосе Геона слышалось недоверие.

– Он Охотник. Но хороший. Он точно придет.

– Хочешь сказать, что твой Охотник общался с Богиней? – хмыкнул мальчик, поддев Дару.

– Ты ведь тоже общался.

– Не с ней, с мужчиной, что пришел в видении и говорил от ее имени. Но мы избраны, а твой Эгран нет. С чего бы ему оказывать такую честь?

Дара вновь шмыгнула носом. Фел нахмурилась и предупреждающе сжала руку Геона.

– Придет твой друг, – бросила колдунья девочке, – не переживай. А за тобой, Геон?

Мальчик на секунду притих, размышляя.

– Вообще, у меня было два спутника. Я не уверен… Может, они тоже не бросят меня, хотя они ничего не обещали. Лучник говорил, что пойдет со мной, а Мечник увязался за компанию, потому что ему было по пути, но я не знаю…

Фел слышала, как с каждым словом в голосе мальчика пробивалась дрожь. Она прижала его к себе, чувствуя, как он мелко трясется. Обнимая двух детей, она старалась быть сильной. Кто-то из них должен был.

Так они и просидели на грязном древесном полу пыльной повозки в череде одинаковых дней.

– Почти добрались, – сказал один из темных.

– Отправь весть, – ответил ему другой.

И вновь тишина. Хотя темные любили переговариваться. Сколько точно их было, Фел сказать не могла. Знала лишь, что еду им приносил все время один и тот же грубый тролль. В остальных она сомневалась. Может, их было около десяти, а может, и меньше. Правда, к ним на середине пути присоединились другие темные, которые привели Геона. Изначально они с Дарой долгое время ехали одни, хотя была еще одна повозка и оттуда иногда даже раздавались крики, но больше о других похищенных и об их количестве она ничего сказать не могла.

Геон и Дара уснули, а Фел постаралась придумать план побега. Можно было воспользоваться своей силой, вот только она уже пыталась: ни одно нашептанное заклинание не сработало. То ли атмосфера, то ли повозка из особого материала – она не знала, столкнувшись с таким впервые.

Еще несколько дней ничего не происходило – они все также ехали. А потом их заставили выйти, подвязали руки друг к дружке с остальными пленными и направили куда-то. Она не видела, но в какой-то момент услышала шум волн: неспокойных, бушующих, грубых. Ощутила ветер и солоноватый запах