Неукрощенная - Элизабет Лоуэлл

– Что еще угодно, миледи?

– Ничего.

Покачивая красивыми бедрами, Мари вышла из комнаты.

Хуже всего было то, что она права: если Доминик решит, что ему нужна Мари, ничего не поделаешь. «Но в то же время норманнка не может дать ему законных наследников: для этого Доминику нужна я».

Набросив на плечи накидку, Мэг направилась в ванную.

– Вот вы где, – проговорила Эдит. – А я было подумала, что господин опять решил запереть вас в комнатах.

Мэг мрачно улыбнулась: слышать подобные замечания от служанки было не очень-то приятно.

– На этот раз он заключил меня в зеленый шелк. Меня сторожила Мари, подрубавшая мою темницу.

– А, норманнка. Доминик пообещал ей подарить такой же шелк, если ему понравится, как она справится с вашим платьем.

Это было ударом для Мэг. Сняв накидку, она стала развязывать ленты на шелковом белье, тоже подаренном Домиником.

– Какая нежная ткань! – Эдит помогала Мэг раздеться, а заодно с любопытством изучала ее наряд.

Мэг ничего не ответила. Ее злила мысль, что Доминик делает подарки Мари. Эдит искоса поглядывала на свою несчастную госпожу. Она достала мыло, снадобья и кремы, необходимые для глендруидского ритуала. В глубине души Эдит считала все это потерей времени. Хотя красотка Мари, которая пользуется у рыцарей таким бешеным успехом, тоже часто купается, она обходится без странных песен. Так что дело тут совсем не в ритуале.

Эдит уложила косы Мэг на макушке, закрепив их гребнями – тоже подарком Доминика. Гребни были золотые, украшенные изумрудами.

– Какие красивые! – воскликнула Эдит.

– Да, спасибо, – рассеянно ответила Мэг.

– Томас подарил мне серебряные гребни. Он говорит, что они подходят к моим волосам.

– Что у тебя с ним? Ты твердишь о нем всю последнюю неделю.

– Он так добр ко мне.

– Поговорить с Домиником о свадьбе?

– Нет. Томас недостаточно богат, чтобы содержать жену. Но если Доминик наделит его землей…

– Не уверена.

– Ну, я не знаю, – сказала Эдит. – Наверное, он прав. Если каждый будет защищать собственную землю, никто не побеспокоится о защите замка.

– Пожалуй, так.

– Вы не знаете, когда прибудут остальные воины? Бедный повар не в состоянии прокормить и этих!

Мэг поморщилась. Повар постоянно жаловался на нехватку продуктов.

– Старая Гвин говорила что-то о неспокойном море. Я думаю, рыцари ждут попутного ветра в Нормандии, – высказала свое мнение Мэг.

– Тогда еще недели две спокойной жизни, – заключила Эдит. – Залезайте в ванну.

Мэг с наслаждением вытянулась в теплой воде.

– Никак не могу понять, почему у вас до сих пор не выросли плавники и чешуя, – проговорила Эдит.

Мэг со смехом плескалась в теплой спокойной воде – все Глендруиды любили воду, а вода любила их.

– Вам нужно еще что-нибудь? – спросила Эдит.

– Нет.

– Тогда колдуйте дальше в одиночестве.

Мэг нетерпеливо кивнула.

– Если я не приду на ваш зов, свистните этой собаке в холле.

Джеймсон всегда находился поблизости от Мэг, когда Доминику нужно было отлучиться.

"Неужели Доминик так не доверяет мне?

Да. Наш брак существует только на бумаге. Но почему? Ведь он не больной старик, а здоровый мужчина. Только любовь может родить в нем доверие. Но ее нет".

Постепенно теплая вода растворила горькие мысли. Мэг закрыла глаза, расслабилась и принялась напевать старинные глендруидские слова очищения и возрождения. Мягкими ударами она изгоняла из своего тела следы былых ошибок и сожалений.

Покончив с обрядом, Мэг открыла глаза и вздрогнула. Доминик со сверкающими глазами стоял совсем рядом и смотрел прямо на нее.

– Я… я не знала, что вы здесь, – пробормотала Мэг. – Ты давно меня ждешь?

– Целую вечность, – ответил Доминик.

Сердце Мэг забилось, она смотрела на мужа со смешанным чувством страха и надежды. Доминик держал в руках полотенце.

– Вылезай из ванны, соколенок.

Мэг робко улыбнулась, собралась с духом и выпорхнула из ванны грациозным прыжком. Доминик обнял Мэг поверх полотенца. Неожиданно он понял, что соскучился. Ей очень идет такой наряд – ничего, кроме золотых колокольчиков. Ведь все это принадлежало ему по праву! Он мог в любой момент взять и колокольчики, и женщину.

«Когда она прекратит играть со мной? В конце концов Саймон прав: мне надо отвлечься. И есть Мари, которая сопротивляться не будет».

Но Доминик постарался тут же отбросить эту мысль: ему нужнее любовь Мэг, чем удовлетворение плотских желаний. Доминик видел, как малейший знак внимания к норманнке с его стороны приводил Мэг в ярость. Характер у его жены огневой. Как ее волосы.

«Главное – терпение. Никогда мне не приходилось так трудно. Что со мной происходит? Я уже давно не в том возрасте, когда сходят с ума по женщине».

– Ты говоришь ласковые слова, а сам выглядишь так сурово.

Доминик закутал Мэг в полотенце.

– Я суров внутри, милая.

Доминик совсем потерял голову. Он хотел повернуться и выйти из комнаты, но словно прирос к полу. Он начал медленно растирать Мэг полотенцем.

– Что-нибудь случилось в замке?

– Нет. – Доминик рукой смахнул капли воды на шее Мэг. – Но что-то случилось с хозяином замка.

– Что такое?

– Я хочу взять тебя на охоту, – вдруг переменил он тему.

– На охоту?!

Мэг была так рада, что начала танцевать на месте.

– Давай пойдем на охоту! Пошли за Эдит, я оденусь как можно скорее!

Доминик рассмеялся, наблюдая за Мэг.

– Зачем нам нужна Эдит? – сказал он. – Я помогу тебе одеться.

– Эдит сделает это быстрее.

– Ты действительно так хочешь пойти на охоту?

– Я тренировала охотничьих соколов, но на охоту лорд Джон меня почти никогда не брал.

Где-то вдалеке прогремел гром. Мэг с беспокойством глянула в окно. По небу плыли темные тучи.

– Давай быстрее, – торопила она Доминика. – Гроза приближается.

– Правда, меня уже пронзила молния.

Вдруг Доминик сжал ее тело.

– Во мне огонь – это ты, Мэг.

Мэг вскрикнула от неожиданности, потом задрожала.

– Теперь мы будем гореть вместе, Мэг, – сказал Доминик, все сильнее сжимая ее в своих объятиях.

Это был такой поцелуй, который на некоторое время заставил Мэг забыть о своих страхах. «Значит, любовь может прийти… Значит…»

Вскоре Мэг стала вырываться из рук Доминика.

– Что ты хочешь? – ласково спросил он.

– Мне мешает полотенце.

Доминик совсем не заметил, что запеленал Мэг в полотенце, как младенца.

– Ты хочешь приласкать меня, как Черного Тома? – тихо произнес Доминик.

– Как кота? – прошептала Мэг.

– Каждое утро ты возишься с ним по несколько часов подряд. Я уже ревную тебя к нему.