Урожденный дворянин. Рассвет - Антон Корнилов

– На этот раз мы цепко ниточку-то ухватили, – с удовлетворением подтвердил Сомик. – Не выпустим… Значит, неслучайное кидалово-то вышло? – добавил он. – В нас целили, в «Витязя»?

– А остальных, кто кроме нас пострадал, ради отвода глаз просто обчистили? – с сомнением проговорил Двуха.

– А разве это маловероятно? – спросил Женя и сам себе ответил: – Вполне может быть… Неужто и вправду наш губер каким-то образом с этими… Охотниками и Хранителями связан?

– Сейчас узнаем, – пообещал Игорь. И, повернувшись к трясущемуся Сергею Сергееву, зловеще сузил глаза. – Ну что? Начнем говорить? Или… – он кивнул на тела в полиэтилене, – третьим будешь? Итак, кто приказал этих проказников в гумус упаковать?

– Так Дмитрий Федорович же… – развел руками Сергеев. – Кто ж еще?..

Губернатор Саратовской области Дмитрий Федорович, надо отдать ему должное, в ситуацию въехал довольно быстро. После того, как Сергей Сергеев запинающейся скороговоркой вкратце описал ему произошедшее по телефону, он подвис всего на несколько секунд. Из динамика мобильника, который витязи предусмотрительно потребовали поставить на громкую связь, громыхнуло одно-единственное непечатное слово, созвучное с вариативным названием арктической лисицы.

– Совершенно верно, – оценил губернаторскую проницательность Сомик.

– Скажи ему, – отчетливым суфлерским шепотом обратился к Сергееву Двуха, – или мы к нему сейчас приедем, или его самого прямо сегодня же кое-куда отвезут.

Дмитрий Федорович явно услышал эту реплику и выводы сделал мгновенно.

– Трегрей с ними? – осведомился он.

– Нет…

– Ну хоть что-то… Сколько их?

– Двое… Трое! – охнул Сергеев, узрев показавшегося из-за деревьев Нуржана.

– Где вы находитесь?

– Тут… в леске. Неподалеку от дачного поселка… ну, того самого.

– Сейчас вас заберут. Передай им, пусть не беспокоятся. Заберут и доставят ко мне в лучшем виде… с комфортом доставят. Прямо в рабочий кабинет. Вертолет пришлю, передай. Вы только из леса в поле выйдите!

Начальник службы безопасности добросовестно передал витязям слова шефа. Которые те, впрочем, и сами прекрасно слышали. Передавая, Сергеев ожесточенно мотал головой и умоляюще таращил глаза.

– Да и сами догадались бы, не дураки… – проворчал Двуха. – Ишь ты, и вертолета ему не жалко.

– Для такого дела грех какой-то вертолет жалеть, – разумно возразил Сомик.

– Они не желают, – с облегчением сказал в трубку Сергеев. – Они говорят: у них с транспортом проблем нет.

– Тем более, – добавил Женя, – что нужно будет на высокую аудиенцию еще кое-кого захватить. Все вместе в вертолет точно не поместимся.

– Москвичей захватить?

– Ага…

– А с этими гавриками что делать будем?

– Они через полчаса только очухиваться начнут, не раньше, – доложил Сомик. – Что ж теперь – дожидаться их, что ли? Куда они теперь денутся…

К губернаторским покоям компания, состоящая из витязей и начальника службы безопасности, доукомплектованная в городе еще и Антоном с Артуром, добралась за час с небольшим. Пройдя в кабинет, Нуржан, Сомик и Двуха приветствовали Дмитрия Федоровича традиционно:

– Будь достоин!

Причем Двуха произнес эту фразу с интонацией беззастенчиво глумливой, что, очевидно, по его замыслу должно было добавить к уже имеющемуся новый смысл: мол, будь достоин, господин губернатор, не вертухайся и не юли, прими свою судьбину с честью.

Москвичи же просто молча предъявили свои удостоверения.

Дмитрий Федорович, тяжело опершись на локти, угрюмо восседал за громадным письменным столом. Был этот стол похож на танк, а сам Дмитрий Федорович – на танкиста, который, высунувшись из люка, едет сдаваться в плен. Увидев удостоверения сотрудников Управления, губернатор потемнел лицом и еще больше ссутулился.

– И что теперь? – хмуро осведомился он.

– А это зависит от того, насколько вы, Дмитрий Федорович, будете с нами откровенны, – ответил ему Артур.

– Буду! – пообещал губернатор, несколько оживившись ввиду забрезжившей лазейки.

– Вот и прекрасно. А с вами… – Казачок-младший перевел взгляд на мнущегося у двери Сергея Сергеева, за спиной которого маячила пара дюжих полицейских, – мы продолжим разговор несколько позже… – После чего Казачок-младший без труда подтащил стоявшее у стены тяжеленное кресло к самому столу губернатора, вольно уселся в него, положив ногу на ногу. – Начнем разговор. Только постарайтесь не врать, пожалуйста.

– А у него и не получится, – усмехнулся Нуржан.

Витязи подошли к столу и встали полукругом – так, чтобы каждый из них мог видеть лицо губернатора, куда бы тот ни отвернулся.

– Ну? – убедившись, что приготовления закончены, кивнул Дмитрию Федоровичу Артур. – Выкладывайте.

– Да чего выкладывать-то? – поежившись под тремя перекрестными взглядами, проговорил губернатор. – А то вам и без моего этого самого… выкладывания не ясно… Эти голубки в моих владениях давно уже шерудили. Из города в город переезжали, все по одной схеме работали. Ну и бахнули как-то раз одну фирму строительную, а фирма та главе администрации района принадлежала. Хороший мужик был… жаль, посадили его в в прошлом году, не поделился с кем надо… Ну, глава выпас эту парочку через свои связи, накрыл. И – не будь дурак – ментам не стал сдавать, а крышу свою предложил. Так они на него и пахали… ну, в смысле, отстегивали процент немалый за то, чтобы их не трогали, если опять влопаются – так и пахали, говорю, пока главу не посадили, за другие делишки, не за это, ясное дело. Тут-то я их и перехватил. Ребята они ловкие, неглупые, сразу меня правильно поняли. Обрадовались даже: типа, на повышение пошли… Ну и… Дальше вы знаете.

– Кто «Витязя» заказал? – прямо спросил Артур.

– Да никто не заказывал! – развел руками Дмитрий Федорович. – Кому он нужен, «Витязь», заказывать его! Голубки территорию окучивали, вот «Витязь» и попал в число прочих.

– Не врет, – негромко проговорил Нуржан, не отрывая глаз от губернаторской физиономии.

– Естественно, не вру! – фыркнул тот. – Мне и невыгодно врать-то! Я ж отдаю себе отчет: с кем и по какому поводу беседу веду…

– Убивать-то зачем Лелика и Болека понадобилось? – осведомился Двуха.

– Да из-за вас же! – удивился его непонятливости Дмитрий Федорович. – Из-за «Витязя» вашего! Я же знаю, кто за вами стоит… – Он коротко стрельнул глазами в сторону Артура. – Опасался, что копать начнете. Так оно и получилось. Потому и попридержал голубков в городе, чтоб, если что вдруг… концы в воду. А то поймают их где-нибудь на просторах нашей необъятной родины, наболтают они всякого-разного… Надеялся, конечно, что обойдется, но когда стало известно, что менты сверх меры активизировались… понял – еще немного, и федералы подключатся. Вот и пришлось хвосты обрубать. Жаль, опоздал немного…

– Не врет, – сказал Сомик.

Губернатор опять фыркнул. Убедившись в том, что его делу вряд ли дадут официальный ход, он, кажется, полностью опомнился от первоначального потрясения. Лицо его порозовело, и выражение сменилось с растерянно-подавленного на вполне себе деловое.

– Вот так вот вкратце, – подытожил он. – Как на духу вам выложил. Я теперь, значит, на крючке у вас, да? – Он даже хмыкнул. – Сажать вы меня не станете – иначе зачем тогда лично сюда с разговором явились… Я теперь на вас пахать буду, как Ленька с Бориской на меня пахали, верно? И какие же мне задания предстоят?

– Торопитесь, Дмитрий Федорович… – Артур поерзал в глубоком кресле, устраиваясь поудобнее. – Разговор-то наш еще не окончен.

– А что еще? – напрягся губернатор. – Подробностей надо? Прямо здесь и сейчас? Это – пожалуйста.

– С подробностями этого дела мы разберемся попозже, – успокоил его Артур.

И не успел он договорить, как Антон, до сих пор все так же мягко прохаживавшийся по кабинету, вдруг метнулся к столу, со стуком оперся кулаками на его поверхность и, нависнув над обомлевшим губернатором, гаркнул ему в лицо:

– Кто велел Жмыхарева убить?!

– А?.. – слабо ахнул Дмитрий Федорович.

– Кто убийц подсылал к Кастету? К Трегрею? К его жене?! – Стекла очков Антона сверкнули угрожающе остро.

– Кто?.. – видимо, совершенно растерявшись (давненько, должно быть, на него никто не кричал), лепечущим эхом отозвался губернатор. – Я ничего об этом не знаю…

– Так уж и ничего? – громыхнул на него со своего места и Артур.

– Ничего… то есть… Слухи кое-какие доходили… Мне докладывали… Но это не я! – Дмитрий Федорович даже поднялся и приложил руки к груди. – Клянусь, это не я!

– А кто?! – резко качнулся к нему Антон, и губернатор снова шлепнулся в кресло.

– Не знаю… – кривя рот, корчась под пронзительным взглядом сотрудника Управления, просипел он. – Понятия не имею!.. Правда! Честное благородное слово!