История запрещенных книг на Западе. Итальянское духовенство в одну из средневековых эпох - Алексей Петрович Лебедев

известное количество денег за протопопию, вроде откупа, а после грабил священников как хотел» (Там же. С. 180). Вообще господствующим свойством Досифея, по свидетельству современных ему документов, было «лукавство» (Там же. С. 178). Другой же здешний греческий митрополит Игнатий известен тем, что «своими противозаконными действиями возбудил против себя весь народ» (Там же. С. 187). Конечно, имея таких руководителей в Валахии, игуменствующие архиереи что хотели, то и делали с преклоненными имениями и жили, как им было угодно, в преклоненных монастырях[73].

В заключение несколько слов по вопросу, составляющему, так сказать, злобу дня в настоящее время у нас. Духовные и светские газеты и журналы постоянно указывают с печалью и укорами на то отчуждение, которое установилось у нас между высшим русским духовенством и народом. «Окружающая жизнь ясно показывает, — говорят нам, — на глубокое нравственно-духовное разъединение епископов с народом и духовенством; они чувствуют епископов далекими от себя»[74]. Но оказывается, что явление это далеко не ново в православном мире. В Греческой церкви, находящейся в Турции, оно обнаружилось еще раньше. В журнале «Νεολόγος» говорится вот что: «Взгляните теперь на народ и рассмотрите его отношение к Церкви, т. е. к высшей иерархии. Не только не существует никакого сотрудничества, а напротив — существует взаимное недовольство и недоверие. И в то время, как лет за 30 тому назад для христианина-селянина архиерейский сан был безусловным авторитетом, теперь совсем напротив. Народ уже не отождествляет сана с личностью, и в последние годы были ужасные примеры и обнаружение враждебного отношения народа к архиереям: в некоторых местностях народ осмеливался кричать священнодействующему архиерею: недостоин, долой; в других не уважал даже священных облачений и силой выталкивал его вон из церкви[75]; в некоторых народ перестал ходить в церковь, чтобы не иметь молитвенного общения с архиереем»[76]. Какое печальное явление! И удивительнее всего то, что оно начинает обнаруживаться и на Западе. Всем известно, что творится с Церковью в парламентарной Франции. Лучше ли в Германии, где император Вильгельм только что бросил перчатку римско-католическому «центру»? В Италии отношения мирского правительства и высшего духовного авторитета давно уже ненормальны. Зараза проникает и в протестантский мир. В недавние времена английская нижняя палата выработала школьный законопроект, имеющий целью секуляризовать народную школу. Правда, этот законопроект отвергнут верхней английской палатой, состоящей в значительном числе из англиканских архиепископов и епископов; но удержится ли она на этой позиции — неизвестно: ведь не секрет, что английская палата лордов состоит из трусов.

История Тюбингенской богословской школы[77]

Основание протестантского богословского факультета в Тюбингене. Профессорат и духовные должности. Герцогский стипендиум и его назначение. Споры профессоров с герцогом. Вакации. Борьба тюбингенских богословов с ересями и предосторожности против вторжения ересей в среду студентов. Требования от профессора. Временный упадок университета. Господство полемического богословия. Широта лекций. Восстановление значения библейского экзегезиса. Борьба богословов с вольфианцами. Малочисленность слушателей. Меры к посещению лекций студентами. Упадок старой Тюбингенской школы. Новая Тюбингенская школа. Взгляд тюбингенцев на Неандера. Избрание Баура и его деятельность.

В 1877 г. Тюбингенский университет праздновал свое четырехсотлетнее существование. По этому случаю один из профессоров богословского факультета этого университета Вейцзеккер (Weizsäcker), преемник знаменитого Баура на церковно-исторической кафедре, издал в свет историческое описание богословского факультета в Тюбингене под заглавием «Lehrer und Unterricht an der theologischen Facultät der Universität Tübingen» от времен Реформации до настоящего времени, т. е. до 1877 г. Автор, как он об этом говорит в предисловии, поставил себе целью описать только деятельность профессоров по части преподавания и историю самого преподавания с его успехами и неуспехами. Он поставляет вне задачи своего труда изображение истории развития богословия, богословских взглядов, богословской литературы, вышедшей из-под пера тюбингенских богословов. Он так же оставляет в стороне историческое описание так называемого герцогского «стипендиума», или семинарии, где происходило подготовление будущих студентов богословия к поступлению на богословский факультет и где продолжали жить студенты богословия и после поступления в университет. Несмотря на то, что программа сочинения Вейцзеккера очень неширока, оно представляется во многих отношениях любопытным и интересным. Известно, какое громадное значение Тюбингенская богословская школа имеет в современном протестантском богословии, вследствие этого история этой школы заслуживает полного внимания. С другой стороны, богословские факультеты немецких университетов составляют учреждения, параллельные с нашими Духовными академиями, поэтому представляется интересным знать, как развивались эти учреждения, что обусловливало их успехи, чем в особенности условливалось их необычайное значение и влияние в науке. Без сомнения, по Тюбингенскому богословскому факультету можно с полным правом судить и вообще о ходе развития всех немецких богословских факультетов.

Историю богословского Тюбингенского факультета Вейцзеккер делит на 10 периодов. Постараемся передать в нашей статье более интересные подробности из каждого периода в книге автора.

Первый период (1535–1561 гг.) обнимает время основания протестантского факультета в Тюбингене. Еще в 1525 г. в октябре вышло правительственное распоряжение, которое вводило план преподавания, показывавший, что правительство имело в виду придать факультету реформаторский характер. И в последующее время правительство имело почти безусловное влияние на ход дел богословского факультета (нужно заметить, что Тюбинген находится в герцогстве, а позднее королевстве, Вюртембергском). На факультете положено быть четырем профессорам и ежедневно по две лекции. Курс назначен пятигодичный[78]. В продолжение следовало прочитывать все науки, а они состояли: из объяснения важнейших писаний Ветхого Завета и всех писаний Нового Завета, а также из объяснений «Сентенций» Петра Ломбардского. Каждый из четырех профессоров обязан был трактовать одну из четырех книг Ломбарда, также каждому из них назначены были для истолкования определенные книги Св. Писания: первому — Пятикнижие и Павловы послания, второму — Матфей и Иоанн, Псалтирь, Иов, третьему — Исаия, Иеремия, Даниил, Марк, Лука, Деяния и соборные Послания, четвертому — Иезекииль и малые пророки, книги Премудрости Соломоновой и Иисуса, сына Сирахова, и Послание к Евреям. Из числа двух ежедневных лекций одна читалась утром, другая после полудня. Так как в каждый день читали только двое профессоров, то каждому из четырех профессоров приходилось читать через день, причем, помимо праздников, суббота также была свободным от занятий днем. Кроме лекций, профессора должны были проводить диспуты. Дни диспутов были свободными от чтения лекций. Реформаторский характер этого плана преподавания заключался в том, что главное место было отведено библейскому экзегезису. Кроме того, все, что напоминало схоластику, оставлено в стороне. Прежнее деление теологов на номиналистов и реалистов пало. Но этот план вскоре был изменен, по воле герцога Ульриха. Он прежде всего объявил университетской корпорации профессоров, чтобы все лекции велись по его