Греческий способ - Константин Владимирович Ежов

встречный вопрос, негромко, но усилил звук собственным даром. Однако не учел специфики распространения акустических волн в данном помещении, что в итоге привело к тому, что некоторые стали зажимать уши руками.

– Да, вы что себе позволяете?! – воскликнула великая княжна.

– Светлана, вы позволите себя и дальше так называть? – обратился к ней.

– А что есть сомнения? – удивленно спросила она меня.

– Безусловно есть, иначе бы не спрашивал. Напомнить, как все убежали вчера? Или как принял нас с распростертыми объятиями неуважаемый мной митрополит? И таких моментов очень много. Такое чувство, что у вас отсутствует власть как таковая, – сказал ей, что думаю.

– Знаете, даже непривычно видеть человека, который мне говорит все в лицо, – проговорила она задумчиво.

– И вы все еще удивляетесь. Мы сила, мы можем, теперь вы знаете. Но задумались ли вы, почему я сказал то, что сказал? – поинтересовался у нее.

– Нет, не понимаю, почему это вы вдруг решили, что у нас отсутствует власть, покажите то, что вы видите, – неожиданно великая княжна потребовала ответа.

– Потому что всюду следы деградации. Вот возьмите митрополита. Боится ли он вас, или даже отца? Нет, потому что Божьи воины – это не защитники земли русской и людей, эту страну населяющих. Да, они борются с анчутками, но, по сути, составляют одну из военизированных группировок этой страны. И если смотреть с моей колокольни, то это частная военная компания даже не церкви, а лично митрополита. И именно поэтому он больше переживает, как там будет чувствовать себя его гарем в резиденции при перевороте, а не за то, что будет с людьми, населяющими эту страну. И у него голова не болит, что ваш отец может его отправить в монастырь в любой момент. Он уверен, не посмеет. Император в этой стране не главный, а просто самый равный среди равных, хотя и является главой церкви, формально. Словно с Синим Мраком вернулся пятнадцатый-шестнадцатый век и не было всех тех столетий, за которые страну собрали в одно целое из вотчин, установили единые законы, пусть и не все, и не всегда их соблюдали в полной мере. Так во всем и со всеми, – ответил ей и, отвернувшись, стал разглядывать витраж, демонстрируя нежелание вести дальше пустой разговор.

– Да кто вы такой, чтобы судить?! Только прибыли и все уже знают! – выкрикнула здешняя Светлана.

– Он Светлый, – спокойно произнесла Кими и тоже умолкла.

– И что, он от этого теперь знает все тайны мира?! – Так просто великая княжна не захотела успокаиваться.

– Ну, все не все, а находящихся здесь в комнате очень даже. Не думаю, что у вас митрополит представитель белого духовенства, чтобы иметь жену или тем более гарем, – ответила ей Кими.

– И имеет одну из самых дорогих яхт в мире в Италии в личной собственности, замок во Франции и трастовый фонд в США. Да и шестнадцать только сыновей что-то плохо сочетаются с его саном. И еще, та старая кошка, к которой так привязалась маленькая девочка Света, вовсе не вознеслась к ангелам, а была умерщвлена удушением, хочу заметить, даже не специальным уколом, потому что стащила селедку на кухне, по приказу вы знаете кого, чтобы запугать поваров, а даже не за провинность животного, – добавил к списку прегрешений священнослужителя кое-что личное и для великой княгини.

Кто бы знал, как оказался не рад, что Свет взял и так на меня обрушился, и теперь я видел тысячи мест в разных обстоятельствах, слышал бессчетное количество разговоров и бесед, которые так и не провел, но тем не менее знал, о чем. Только попав на место Дорогобудовых, начинаешь понимать, какой это груз, а неведение – великое счастье, данное людям Богом.

– Вы все врете, – воскликнула Светлана, побледнев.

– Зачем? Так-то если вам этого мало, могу поведать и про утащенное девочкой Светой пиро…

– Не надо! – воскликнула она, перебив меня, явно поняв, что могу много и долго раскрывать ее детские тайны и горести.

– Светлый, тем более такой сильный, как Иван, это не только детектор лжи. От него ничего не спрячешь, – прокомментировала ситуацию Кими.

– Это все правда?! – зло адресовала свой вопрос великая княгиня митрополиту.

В этот момент на него смотрели все с недоумением. Кто с искренним, а кто был в курсе ситуации, просто присоединился к большинству, поняв, что он оказался вдруг в аутсайдерах.

– Это все ложь! – ожидаемо для меня и очень неожиданно для спросившей заявил он.

– Рассказать всю цепочку подставных фирм, через которые вы этим всем владеете? – спросил я у митрополита.

– Н-нет, – ответил он, сразу постарев и покрывшись испариной.

– Значит, правда, – выдохнула Светлана.

– Да я… бес попутал, – выдал бессвязно митрополит.

А вот станет ли он бывшим, тут бабушка надвое сказала. Будем откровенными, сил у императора сместить его без гражданской войны нет, тем более что его самого выпнуть собираются.

– Как там ваш батюшка? – поинтересовался я у великой княгини.

– Сказал, что все нормально и я зря запаниковала, поверив всяким слухам. Теперь вот думаю, что зря как раз не поверила, – ответила она, поникнув и размышляя.

– Хм. Каждый делает свой выбор сам. Под всех руки не подставишь. Думайте, что вы будете делать сами, когда все произойдет. Кстати, митрополит вам не простит сегодняшнего позора. Никому из здесь присутствующих, – напомнил об образовавшейся ситуации всем.

Если не дураки, то данный деятель не доживет до обеда, если мозгов все же нет, то он соберет силы, что только сможет, и начнет убирать их всех по одному еще до сегодняшнего вечера. Попадаю ли я в число его врагов? Вопрос интересный. Он очень не дурак, и бабушка и тут надвое сказала. М-да, в очень интересное время попал в этот мир, хоть попкорном запасайся, да вот беда, не в зрители попал, а в участники.

– Скажите, а пострадавшие точно выживут? – неожиданно для меня задала она свой вопрос, когда расслабился и отвлекся на размышления.

– Конечно. А что с ними может случиться, будут как новенькие, – заверил ее.

– Шуточки у вас жестокие. После таких ожогов-то? – не поверила она.

– Зря сомневаетесь, следов произошедшего не останется, даже помолодеют… наверное. Как-то откат регенерации у меня никогда не выходил, и искусственно их состарить до текущего возраста не получится, – сообщил ей про некоторые неприятности, что ждут Дарью и привратника в будущем.

Да, последнему особенно не позавидуешь. Помолодел, опять работать придется.

– А почему же тогда у вашей спутницы… – не закончила она фразу.

– Потому что ее случай – это совершенно другое дело. Она и есть воплощенная стихия ветра. Надеюсь, случай с воротами будет