Уздечка для сварливых - Майнет Уолтерс

Потому что есть дни, когда «я мог бы пить живую кровь и на дела способен, от которых я утром отшатнусь» [33]. Меня раздражало самодовольство Пола. Он говорил о «дорогой Джейн» так, словно души в ней не чаял. Чаще всего я думаю о смерти – смерти ребенка, смерти Джеймса, смерти Джеральда, смерти отца. Это, в конце концов, крайняя мера. Отец старается держать меня в Лондоне. Говорит, Джеральд поклялся жениться на Грейс, если я вернусь. И хуже всего то, что я ему верю. Джеральд теперь очень, очень меня боится.

Я заплатила частному детективу за фотографии Джеймса. И что это были за фотографии! «А в чувственных страстях своих буйна, как самка соболя или кобыла» [34]. И даже в общественном туалете. Если говорить правду, мне не терпится показать их ему. То, что сделала я, лишь греховно; то, что делает он, уголовно наказуемо. О разводе теперь не будет и речи, я уверена, он отправится в Гонконг как миленький. Он не больше меня жаждет обнародовать свои сексуальные пристрастия.

Матильда, тебе бы следовало попробовать использовать шантаж Джеральда и отца с большей пользой...

ГЛАВА 17

Хьюз лишился сна, прикидывая, продолжат ли ему подчиняться подростки, которых он раньше так успешно контролировал. Поэтому он был в подавленном настроении, когда оказался лицом к лицу с главным инспектором Чарли Джонсом в комнате для допросов в участке дорожной полиции Фримонта.

– Предполагаю, вы решили пришить мне убийство старой коровы, – сказал Хьюз мрачно. – Все вы одинаковы.

– Что ж, – произнес Чарли в своей печальной манере, – процентный показатель раскрываемости преступлений тогда будет выглядеть лучше. Сейчас продуктивность везде важна, даже в полиции.

– Ну и дерьмо!

– Для наших клиентов вовсе нет.

– Каких клиентов?

– Законопослушных британских граждан, которые финансируют наши услуги путем уплаты налогов. Деловая культура требует, чтобы мы сначала определили базу наших клиентов, вычислили их нужды и, наконец, постарались удовлетворить их запросы. Вы уже представляете собой неплохую прибыль в нашем балансе. Изнасилование, сговор с целью изнасилования, похищение, удержание против воли, сговор с целью удержания против воли, нападение, сексуальное оскорбление, воровство, сговор с целью совершения кражи, сбыт краденого, сговор с целью обмана следствия... – он широко улыбнулся, – и даже убийство миссис Гиллеспи.

– Я так и знал, – с отвращением произнес Хьюз. – Собираетесь посадить меня за убийство? Я не скажу ни слова до появления моего адвоката.

– Посадить? – спросил печально Чарли. – Я прошу вас лишь о сотрудничестве.

Хьюз с подозрением взглянул на инспектора:

– Что я получу взамен?

– Ничего.

– Тогда ответ отрицательный.

Глаза Чарли превратились в узкие щелочки.

– Тебе следовало бы спросить, что ты получишь, если не будешь сотрудничать... Но я тебе все равно отвечу. Можешь быть уверен, я буду землю носом рыть, пока не увижу тебя осужденным за похищение и изнасилование ребенка.

– Я никогда не имел дело с детьми, – презрительно усмехнулся Хьюз. – Не имел и не буду. И за изнасилование меня тоже не взять. Я ни разу в жизни не изнасиловал девушку. Что там делали эти панки – их личное дело. Я понятия не имел о происходящем.

– Когда взрослый мужчина спит с тринадцатилетней девочкой – это изнасилование. Она несовершеннолетняя и, следовательно, слишком молода, чтобы согласиться на подобное.

– Я никогда не спал с тринадцатилетней.

– Уверен, что спал, и докажу это. Я загоняю всех своих подчиненных, и они из-под земли достанут мне девочку, девственницу до того, как ты ее изнасиловал, и которая обманула тебя по поводу своего возраста. – Инспектор хищно улыбнулся, увидев, как на лице Хьюза мелькнуло сомнение. – Потому что такие всегда находятся. Это отличительная особенность женской психологии. В тринадцать они хотят сойти за шестнадцатилетних, и у них это получается. В сорок они хотят выглядеть на тридцать, и, видит Бог, это тоже у них выходит. Ибо единственное, в чем ты можешь быть уверен насчет представительниц женского пола: они никогда не выглядят на свой возраст.

Хьюз почесал небритый подбородок.

– О каком сотрудничестве вы говорили?

– Мне нужен подробный отчет о «Кедровом доме» и его обитателях.

– Я никогда не был внутри. Никогда не видел старуху.

– Брось, Дэйв, ты же профи. Ты сидел в машине, ожидая, пока Рут орудовала внутри. Приезжал день за днем во время каникул, чтобы развлечь ее. Как она могла знать, что ты приехал, если ты не подавал какого-нибудь сигнала? И не пытайся меня убедить, что ты находился так далеко от дома, что не видел всего, там происходившего. Хьюз пожал плечами:

– Ладно, время от времени я видел людей. Только понятия не имею, кто это был.

– Ты когда-нибудь наблюдал за задней частью дома? Хьюз задумался.

– Возможно, – ответил он с опаской.

– Откуда?

– Если вы собираетесь использовать это против меня, то я требую адвоката.

– Ты не в том положении, чтобы требовать, – нетерпеливо ответил Чарли. – Откуда ты наблюдал за домом?

– Иногда я парковался возле жилого микрорайона, в стороне. Рут считала, что это безопасно, так как там живут в основном яппи: жены отправляются на работу по утрам вместе с мужьями, и в результате днем никого нет, – услужливо объяснил Хьюз. – За садом «Кедрового дома», рядом с забором, есть насыпь, через которую можно перепрыгнуть, а потом наблюдать за происходящим с деревьев.

Инспектор вынул подробную карту местности из портфеля.

– «Кедровый комплекс»? – спросил он, ткнув пальцем в карту.

Хьюз презрительно фыркнул.

– Возможно. Рут рассказывала, земля когда-то принадлежала дому, пока старуха не рассталась с ней за наличные. Хотя бог знает почему она не избавилась от остального. Зачем ей огромный сад, в то время как есть люди, которые живут на улицах? Господи, что за жадной старой сукой она была! Такие деньжищи, и никому на них даже взглянуть не дала. А правда, что она оставила все своему врачу, или Рут мне лапшу на уши вешала?

Чарли смерил его взглядом.

– Это не твое дело, но я тебе все же скажу. Рут не получила ни пенни из-за того, что ты заставлял ее делать. Ее бабушка разозлилась, когда Рут начала воровать. Если бы не ты, ей достался бы дом.

На Хьюза это не произвело никакого впечатления.

– Нечего было так быстро ноги раздвигать.

Чарли вновь посмотрел на карту, борясь с желанием ударить допрашиваемого.

– Ты видел, чтобы кто-нибудь входил через заднюю дверь?

– Уборщица время от времени подметала ступеньки. Женщина из соседнего дома иногда суетилась вокруг, пока ее старик грелся на солнышке во дворе.

– Я имею в виду незнакомцев. Кого-то, кого ты не ожидал там увидеть.

– Я никого не видел. – Он сделал неестественное ударение на последнем слове.

– Тогда слышал?

– Возможно.

– Где ты был? Что ты слышал?

– Однажды, когда миссис Гиллеспи уехала на своей машине, я решил, что подойду к окошку и посмотрю, что внутри.

– Рут была с тобой? Он покачал головой:

– Нет, в школе.

– Видимо, она отказалась помогать тебе, и ты решил самостоятельно выяснить, что стоит украсть. Ты изучал будущее место ограбления.

Хьюз не ответил.

– Хорошо, что случилось?

– Я услышал, как старушка идет по тропинке, поэтому нырнул за угольный ящик возле кухонной двери.

– Продолжай.

– Это была не она, а кто-то другой, который также разведывал обстановку.

– Мужчина? Женщина?

– Старик. Он постучал в заднюю дверь, немного подождал, а потом открыл дверь ключом. – Хьюз скривился. – Ну а я сделал ноги. – Он увидел выражение торжества на лице Джонса. – Вы это хотели услышать?

– Возможно. Ключ был у него в руке?

– Я не видел.

– Что ты слышал?

– Стук в дверь.

– Что еще?

– После стука двигали какой-то камень. Цветочный горшок.

– Как ты узнал, что это был мужчина, если ты не смотрел?

– Он позвал: «Дженни, Рут, Матильда, вы там?» – очень даже мужским голосом.

– Опиши его.

– Обычный.

– Молодой? Старый? Сильный? Слабый? Пьяный? Трезвый? Давай, парень. Какое впечатление он на тебя произвел?

– Говорю же, я решил, что это старик. Он двигался очень медленно, а голос был запыхавшимся, словно у него проблемы с легкими. – Хьюз на минуту задумался. – А может, и пьяный он был – с трудом выговаривал слова.

– Ты обходил дом с фасада? Дэйв покачал головой:

– Я перемахнул через забор и вернулся к фургону.

– Значит, ты не знаешь, приехал ли тот мужчина на машине?

– Нет.

Какая-то тень – нерешительности, что ли? – промелькнула на лице Хьюза.

– Продолжай.

– Я не уверен...

– Ну, говори!

– Он меня не на шутку испугал, и поэтому я прислушивался. Думаю, машину бы я услышал. Шум гравия на дорожке тихим не назовешь.