Не названа цена - Мария Дмитриевна Берестова

Айриния безразлично пожала плечами.

На тот момент откат не казался ей страшным, и она просто отмахнулась от него.

Рийар снова замолчал.

В этот раз он думал дольше, и Айриния успела нащупать за спиной косяк и уже начала было выстраивать в голове аргументы, которые могли бы его убедить, что с этим делом лучше не связываться, и ему проще её отпустить, потому что она и без его участия будет достаточно мучиться.

— Что ж! — резюмировал он свои размышления, и в его голосе звучал сильный оттенок злорадного предвкушения. — Это может быть весьма интересным!

Он чуть слышно хмыкнул, и вдруг…

Потоком в душу Айринии хлынули эмоции — яркие, сильные, с непривычки восхитительно пьянящие!

Торжество, злорадство, тёмное предвкушение, азарт, насмешливое презрение, самодовольство…

— Так будет интереснее, да? — тихо проговорил он, делая шаг к ней, и она догадалась, что…

Это его эмоции?

Его эмоции?

— Ты извращенец, Рийар! — уведомила она, растворяясь в этих эмоциях, наслаждаясь ими и принимая как свои — потому что своих у неё не было. — Нравится, когда жертва видит твою душу насквозь?

Торжествующее самодовольство в момент сменилось удивлением, недоумением и каким-то неуверенным вопросительным чувством.

— В смысле? — переспросил Рийар, и в неё потоком хлынули его обида и досада. — Ты должна была начать испытывать связанные со мной эмоции! — с недовольством и обвинением в голосе заявил он.

Его растерянность показалась ей восхитительной, пусть она и чувствовала её как свою.

— Ну, своих эмоций я испытывать не могу, — неуверенно протянула она, снова захваченная его чувствами. — Поэтому, видимо, магия передала мне твои?

За рийаровским недоумением проступили азарт и уверенность в себе и своих силах. Айринии было крайне приятно насладиться этими эмоциями, поэтому она отвлеклась от своих мыслей и позволила себе просто плыть на этих эмоциональных волнах.

В его уверенном спокойствии появился оттенок жёсткости. В какой-то момент в нём проклюнулись мрачное торжество и насмешка, и Айриния поняла, что зря отвлеклась, и что он снова замыслил какую-то гадость, и сейчас её осуществит.

Она замерла, затрепетав от страха.

Затрепетав… от страха?..

С глубочайшим удивлением она осознала, что чувствует свою собственную эмоцию — связанную с ним эмоцию! Он в самом деле как-то сумел это наколдовать?!

Удивление, страх и сомнения смешались в её душе.

— Как ты это сделал? — спросила она, но не получила ответа, зато…

Почувствовала его неуверенность.

Его неуверенность. Не свою.

Своими были страх и удивление; неуверенность и недовольство исходили явно с его стороны и не принадлежали ей.

— Что ты с нами сделал?! — резко потребовала ответа она, чувствуя, как страх её перешёл в смешанный с гневом ужас. Это что ещё за кошмарная магия?! Чем ей это грозит?!

Тут она вздрогнула, почувствовав его прикосновение к своей руке. От него исходила волна уверенности и спокойствия; ни малейшей угрозы и насмешки, поэтому она в недоумении замерла и позволила ему поднять её руку к его лицу.

Он заставил её пальцами накрыть его губы; она почувствовала, как те шевелятся, словно он что-то говорит — но она ничего, ничего не слышала!

Страх её усилился. Что, к слепоте ещё и глухота, что ли?

Явно уловив и поняв её страх, он щёлкнул пальцами.

Звук был слышен вполне отчётливо.

Его сопровождала какая-то выжидательная и приглашающая эмоция.

Айриния на всякий случай сделала шаг от этого сумасшедшего и придурошного мага, нащупывая заодно дверную ручку.

Итак, слух её остался при ней, но она явно не способна услышать его слов… зато слышит его эмоции.

И, кажется, это процесс полностью двусторонний!

— Ты с ума сошёл?! — воскликнула она, забыв, что он её не слышит.

Как, как вообще человеку могла прийти в голову такая нелепость?!

Чего он этим хотел добиться?!

Что за немыслимое извращение?!

Видимо, эмоциональный посыл её вопроса был вполне ясен.

Потому что с его стороны пришли эмоции, которые можно было бы расшифровать как: ну, просто забавно.

Айринии не было забавно.

Айринии было страшно.

Бесконечно, глубоко страшно — потому что она чувствовала себя фатально, бесконечно беззащитной перед человеком, который мог просто читать её эмоции как открытую книгу… и он ведь явно получал от этого удовольствие! О да, она уже чувствовала с его стороны и исследовательское любопытство, и охотничий азарт, и насмешливое самодовольство…

Чуть не потеряв равновесие, Айриния наощупь дёрнула ручку двери и вывалилась наружу, распространяя, наверное, на всю комнату свой тотальный неконтролируемый ужас перед ситуацией, в которую она попала. С силой захлопнув за собой дверь, она навалилась на неё всем телом, пытаясь хоть так защититься от него.

Однако доски явно не были преградой для магии.

Из-за закрытой двери она явно чувствовала недоумение и вопрос.

— Убирайся, пожалуйста, просто убирайся! — прокричала она, забыв, что он не может её слышать, а если бы и мог — точно не послушался бы, ведь он и имел целью помучить её и истерзать страхом.

Эмоции её, впрочем, явно вторили её словам. За дверью дрогнула растерянность и сомнения — как будто он ожидал другого эффекта и не был теперь уверен, как поступить. Затем его эмоции стали слабее, слабее… он, кажется, отходил от двери, и, чем дальше отходил — тем меньше она ощущала его эмоции.

Наконец, напоследок дрогнув недоумением, его эмоции совсем потухли — а вместе с ними потух и страх Айринии.

Только тут она поняла, что её собственные эмоции слабели вместе с его, и, как только она перестала чувствовать его — перестала чувствовать эмоции вовсе. Она снова вернулась под действие своего отката.

«Кошмар какой!» — она сползла по двери на пол и обхватила коленки руками.

Она совершенно не понимала, что теперь с этим делать — а главное, не знала, как теперь выбраться из того места, где оказалась.

Она ничего не видела; и, если это впрямь изолятор, магия ей помочь не могла — это у Рийара был его доступ боевика, а ей её звёздочка стажёра не поможет.

Не могла же она сидеть тут, пока не пройдёт откат на слепоту?

Получается, ей всё же придётся как-то договариваться с Рийаром…

«Но как я с ним договорюсь, если мы не можем говорить? — логично спросила она саму себя и тут же заволновалась: — Надолго ли это с нами?»

Она не знала, что именно он наколдовал в своём запросе и не могла даже предположить, на какой срок он устроил им этот… эмоциональный контакт!

В душе её поднялось раздражение и недовольство; поймав себя на этих эмоциях, она догадалась, что