Разлюбить князя (СИ) - Ирма Хан

меня что — шишка? — он повернулся спиной к Салиту, показывая на затылок.

— Нет, господин, была рана. И довольно серьёзная. Кто-то метнул тебе в голову плод каршита. Яд попал в рану, но, слава Солнцеликому Артаку, не успел распространиться. Бурт прибежал за мной, и я всё обработал. Голова скоро пройдёт. Я дал тебе зелье, очищающее кровь и снимающее головную боль.

— Гнесс! — сквозь зубы пробормотал Буршан и вдруг резко повернулся к слуге:

— А Таня? Таня где?

— Я не знаю, — растерялся Салит. — Бурт прибежал один. Без неё.

Буршан посмотрел на пса:

— Ты знаешь, где Таня?

Бурт тут же подскочил, и бросился в сторону леса, всем своим видом показывая, что да — знает. Он подбежал к тому месту, где только что они стояли с конюхом и замер.

Буршан попытался встать, но слуга удержал его:

— Князь, там следы лошадей. Я прихватил свечи и рассмотрел землю. Похоже, всадников было трое, не меньше. И, похоже, что Таню твою опять похитили.

— Интересно, как долго я был без сознания?.. — пробормотал Буршан и тут же повернулся к конюху, — Салит, иди, подготовь лошадей, а я пока позову друзей. Одному мне с похитителями не справиться. Нужна подмога.

— Нет, князь. Одного я тебя не пущу даже по селению пройти. Ты слишком слаб. Хорошо бы тебе ещё хоть полчаса посидеть, а? — с надеждой в голосе спросил слуга.

— Не могу! Я не знаю, сколько времени прошло с момента её похищения, но одно я знаю точно — на промедление времени нет.

— Что бы ты не говорил — я пойду с тобой, — твёрдо сказал Салит. — Не хватало ещё, что бы ты упал где-нибудь по дороге.

Хоть двери на ночь в селении никто не закрывал, Буршан, прежде чем войти в дом друга, громко постучал и стал ждать. Входить даже в открытые двери без стука считалось неприличным. Через некоторое время он постучал ещё громче и, не дожидаясь ответа, вошел в сени. В этот момент дверь из комнаты в сени распахнулась, и на пороге появился со свечёй в руке слуга Руберика Актал.

— Что случилось, Буршан?

— Хозяин дома?

— Да. Спит.

— Разбуди. Это срочно.

— Я проснулся уже. — Из дальней комнаты вышел Руберик. — Что привело тебя в столь поздний час?

— Мне нужна твоя помощь. Ты готов отправиться в путь сию минуту?

— Рорки напали? — вопросом на вопрос ответил друг.

— Нет. Тут дело намного серьёзней. Таню похитили.

— Опять!? Да что же так не везёт твоей женщине!

— Так ты поможешь?

— Уже иду одеваться. К Сатурату можешь не заходить. Он в отъезде.

— Хорошо. Собирайся и подходи к моему дому. Я по дороге зайду к Ансэту и Такуру. И, пожалуйста, поторопись.

Через некоторое время четыре всадника, вооружённые не только ножами, но ещё дротиками, отъехали от дома Буршана. Бурт бежал впереди, указывая дорогу. Запах, который привлёк его внимание у реки, был ничем иным, как запахом Таниных духов. Не смотря на то, что запах был тонким и изысканным, он долго сохранялся, поэтому пёс бежал уверенно, только изредка останавливаясь, что бы дождаться всадников.

Часть 7 глава 1

Таня медленно выходила из сна. Голова болела страшно. Негромкие мужские голоса казались ей колокольным набатом.

— Долго ещё до твоего дома добираться?

— Скоро уже. Правда, это не дом, а так… место для ночёвки. Домик охотника.

— Так получается, туда любой может во время охоты на ночёвку заглянуть?

— Без моего разрешения — нет. Все знают, что хозяин я и не рискнут нарываться на неприятности.

— А если князь в погоню пустится? Не боишься?

— Князь уже никуда и никогда не пустится. Яд каршита парализует почти сразу, как только попадает в кровь. Если вовремя не обработать рану и не дать выпить противоядия, то через несколько дней человек умирает, не приходя в сознание. Уверен, что Буршан лежит сейчас на берегу реки, и никто его не ищет. Ведь он пошёл купаться на реку со своей девкой. Никому и в голову не придёт начать искать их до рассвета. Мало ли чем господа занимаются! — мерзко хихикнул он. — Поэтому я не только молодайку продам за это время, но и сам исчезну из Голубой Дали. Денег мне…

— Нам, — перебил его один из спутников.

— Что?.. А, да… нам. Так вот, денег нам за такую красотку их готым отсыплет столько, что мы спокойно за океан в самые дальние Дали уплывём. Нас и не найдут никогда, даже если смерть князя и пропажу Тани со мной свяжут.

— А с какими кочевниками ты договорился?

— С шардугами. Их готым очень любит женщин с округлыми формами.

— Так кто ж их не любит? — засмеялся другой мужчина. — Только неужели ты продашь её, а сам даже с ней не позабавишься?

— Ещё как позабавлюсь! Я её с этим прицелом и похищал.

— Не ты, а мы, — снова поправил его первый мужчина. — Я вот как рассуждаю, Сарук: молодайку мы вместе умыкнули? Вместе. А развлекаться ты один хочешь? Так дело не пойдёт…

— А кто тебе сказал, что я один? Мне не жалко — пользуйтесь, но… — тут Сарук повысил голос, — но… идея похищения моя, договаривался с готымом о продаже девки тоже я, значит…

— Что? — в один голос спросили его спутники.

— Значит, первым с ней забавляться буду я. И это не обсуждается. Понятно!?

— Ну… это справедливо, — согласился один.

— Согласен, — кивнул другой.

Таня поняла, что попала в очередной переплёт. «Чувство такое, что я появилась в этом мире с одной целью — быть похищенной и неважно, кем. Они тут все помешаны на похищении женщин. Словно им больше заняться нечем». — С отчаянием думала она. И вдруг мысленно содрогнулась — Буршан! Только сейчас она окончательно осознала весь смысл слов Сарука. Князь должен умереть, не приходя в сознание! Она помнила, как он упал на траву. Помнила тёмное пятно крови, расплывающееся по светлым волосам. Если ему не оказать помощь в ближайшее время, то она никогда больше не увидит его, даже если сбежит от похитителей. От этой ужасной мысли сердце её сжалось от боли, и она невольно застонала.

— Что? Очухалась молодайка?

— Нет. Но, похоже, скоро придёт в себя, раз стонет.

Таня сжала зубы, чтоб не расплакаться. Неужели она, действительно, больше никогда не увидит князя живым!? Какое это страшное слово — никогда… Из разговора мужчин она поняла, что похитили её не только с целью продажи. И почему похитили именно её, тоже было ясно: Сарук не простил ей унижения на празднике Пяти костров. Не зря у неё кольнуло сердце, когда она встретилась