Разлюбить князя (СИ) - Ирма Хан

в паху стало горячо. Он взял Таню за руку и почти бегом направился с ней в баню. Таня еле поспевала за ним.

Татьяна думала, что в бане он набросится на неё. Ведь она ещё в доме заметила, как в паху у него образовался бугорок, но Буршан не торопился. Он медленно снял с неё сарафан Фиозы, который был ей не только великоват, но и коротковат. Откинул его на пол. Вскоре туда же полетела блуза. Таня осталась в одних панталончиках. Он не отрывал от неё взгляда. Буршан смотрел на неё с таким откровенным желанием, что от этого взгляда на Таню накатила горячая волна возбуждения. Он припал губами к её губам, и она раскрылась навстречу его жадному поцелую. Жар разливался по её телу. Она вынуждена была признаться себе, что хочет этого мужчину. Хочет таять от наслаждения в его руках, хочет целовать его в ответ, ласкать его так же, как и он ласкает её. Где-то в уголке её сознания билась мысль, что так не должно быть… Она не должна хотеть его… но она не могла вспомнить — почему… А потом эта мысль и вовсе исчезла из её сознания… Он гладил её плечи, спину, живот… Потом просунул руку между бёдер и стал поглаживать через тонкую ткань панталон её набухший узелок страсти.

— Так тебе нравится? — прошептал он, оторвавшись от её губ.

— Да… — дрожащим голосом выдохнула она.

— А так? — просунул он руку под панталончики и стал нежно перебирать чувствительные, мягкие складки её плоти.

— Да… — простонала.

— Тогда, я думаю, так тоже тебе понравится… — и он погрузил пальцы в её влажную глубину.

Таня выгнулась ему навстречу, и Буршан понял, что ей хочется большего. Он опустился перед ней на колени. Водя языком по животу, медленно снял с неё панталончики. Потом припал губами к её набухшему бутону, и Таня не смогла сдержать громкий стон. Буршан не прекращал свою нежную ласку до тех пор, пока тело её не забилось в сладостных конвульсиях. Вздрагивая и шепча его имя, она непроизвольно двигала бёдрами. Он выпрямился и, с лёгкостью подхватив её под бёдра, посадил на стол. Она откинула голову назад, словно приглашая его целовать её шею и плечи. И он не заставил себя ждать. Покрывая её поцелуями, он шептал:

— Как же ты прекрасна…

Таня обняла его и потянулась губами к его губам. Буршан сразу же отреагировал на это и его язык скользнул ей в рот. Отвечая на его поцелую, она опустила руку к его паху. Он ещё крепче прижался бедром к её бедру, а её пальчики нежно пробежались вверх-вниз по его возбуждённому члену через плотную брючную ткань. Теперь уже застонал он.

— Так тебе нравится? — теперь уже спросила она.

— Да… — выдохнул он.

— А так? — она всей ладонью слегка надавила на его плоть.

— Ты с ума меня сводишь…

Таня попыталась расстегнуть ему брюки. На какое-то мгновенье он замер, а потом, задержав её руку, посмотрел ей в глаза:

— Я сам…

Он был слишком возбуждён, что бы позволить её рукам коснуться его обнажённого члена. Боялся не сдержаться. Его брюки упали на пол, и он откинул их ногой в сторону. Встал в развилке её ног и медленно стал погружаться в её бархатную глубину. Её бёдра рванулись ему навстречу, но он тут же отодвинулся. Он проделал так несколько раз — вошёл в неё чуть-чуть и тут же вышел, разжигая, таким образом, её желание.

— Буршан… пожалуйста… пожалуйста… сейчас… — простонала Таня.

Он приподнял её бёдра и с силой ворвался в неё. С каждым движением он проникал в неё глубже и глубже. Таня тяжело дышала. Впившись пальцами в его спину, она всё быстрее двигала бёдрами. Её тело вздрагивало при каждом его проникновении. Буршану казалось, что его сердце бьётся в горле. Он почувствовал, как тело любимой напряглось, а потом она закричала. Никогда ещё он не испытывал такого наслаждения. Больше он не сдерживал себя и в следующее мгновение произошёл взрыв. Кровь пульсировала в висках… из горла вырвался стон… Буршан замер, прижимая к себе Таню.

— Люблю тебя… если бы только знала, как я люблю тебя… — шептал он ей на ухо.

Потом посмотрел в глаза и повторил как-то обречённо:

— Я люблю тебя, сиятельная Таня… больше жизни люблю…

Он знал, что женщина вряд ли испытывает к нему такие же чувства, но очень надеялся, что хотя бы нравится ей. Она ничего не ответила. Только положила голову ему на грудь. Обняла за талию. На самом деле Таня боялась, что глаза могут её выдать. Она со страхом осознавала, что тоже любит князя. Решив изображать из себя покорную женщину, она не заметила, как увлеклась этой игрой. К тому же, в последние дни Буршан показал себя совсем с другой стороны. Вместо холодного равнодушия и грубого отношения он проявил к ней столько нежности и заботы, что она прониклась к нему сначала тёплыми чувствами, а потом… потом не заметила, как влюбилась… И теперь она просто не знала, что ей делать с этой любовью. Всеми мыслями она стремилась вернуться домой. Казалось, не было и часа, чтобы она не вспоминала друзей и родных. И тут так некстати эта любовь… Таня прекрасно понимала, что ей понадобится немало сил для того, что бы оторваться от Буршана. На это были веские причины: дом, родители, сестра, работа. Но сердце… Сердце отметало все эти причины напрочь!

«Ничего, — думала она, сильнее прижимаясь к груди мужчины, — я справлюсь. В конце концов, расстояние и время вычеркнут его из памяти. Находясь дома, в привычном для меня мире, с его хлопотами и сумасшедшим ритмом я смогу разлюбить князя. Надо просто представить, что это курортный роман. А все курортные романы, как известно, заканчиваются расставанием».

Пауза слишком затянулась, и тут в её животе раздалось спасительное урчание.

— Буршан, — смутившись, она подняла на него глаза, — пойдём мыться… а то ещё чуть-чуть, и я просто умру от голода…

— Прости… прости, голубка моя… Я обо всём забываю, когда ты так близка… — он снял её со стола, и они отправились в парную.

Часть 6 глава 8

Пока они ужинали, Эрда ходила около них, как кот вокруг сметаны. То хлеб принесёт, хотя в корзиночке его не убавлялось, то салфетки поправит. Когда господа поели и стали пить отвар, она не выдержала — присела на краешек скамьи напротив князя и спросила, глядя Тане не просто в глаза, а, буквально, в душу:

— Как получилось, что полканы вас похитили? И