Активная разведка - Сергей Юрьевич Сезин

За эти два года Егор при неусыпном руководстве супруги сдал экзамен за семилетку и начал сдавать их за нормальную военную школу. Пора было украсить ту часть анкеты, что описывает образование.

В феврале 1933 года Егора вновь высоко оценили – орденом Трудового Красного Знамени Таджикской ССР. Таджикская ССР, несмотря на название, вручала этот орден и за боевые заслуги, например Ворошилову. Или другому кавалеристу из донских казаков, Тимофею Шапкину.

Егора и еще пять командиров Красной Армии отметили орденом в честь 15-летия РККА. А потом и орден вручать перестали. Возможно, у Егора оказалась последняя врученная такая награда или предпоследняя.

А впереди его ждал снова поход за рубеж, только в еще более интересном антураже. Правда, Егор столько надавал подписок, что, вернувшись, Ане сказал, что он был полгода где-то. Где точно был и что делал: возможно, на полигоне испытывал новое оружие – лук (репчатый), возможно, обучал курсантов военной школы, как пить и не пьянеть, и, возможно, был военным инструктором в Танну-Туве, если там уже завели армию. Возможно, он искал истоки Нила. Она может даже что-то иное придумать. Но от него она не узнает точно в течение очень долгого времени.

– Егорушка, вот сам подумай, ты исчезаешь на полгода в кто-знает-в-какое место. И как мне знать, если с тобой что-то там случится?

– Я думаю, Анюта, что если мы нашли друг друга, то ты будешь точно знать, где я похоронен, и даже сама принесешь на холмик цветы.

– Ты собрался умереть раньше меня?

– Я готов это сделать в один день с тобой. Но жалко наших детей, что будут хоронить сразу двоих.

Поскольку полвека с тех пор прошло, и Егор умер раньше, то читателям можно рассказать об одной операции РУ РККА и ОГПУ в сопредельной стране. Место это называлось Синьцзян или Восточный Туркестан, на тот момент часть Китая.

В 1911 году в Китае началась революция, победившая во всей стране и превратившая ее в республику. Но мира на китайской земле не было еще свыше тридцати лет, да и после ухода Гоминьдана на Тайвань мир был довольно долго только условным.

Империя Цинь внутри себя имела множество разнонаправленных течений и противоречий, и при уходе сдерживающих сил центра все стало буквально идти вразнос. Китайская республика сохраняла условный единый статус, но хозяйничал в ней кто хотел, чаще всего это так называемые «милитаристы» или варлорды, то есть военные вожди, что желали сохранить свою власть на своих территориях, а при возможности и передать власть по наследству. А в Китае жили не только китайцы, но и множество иных народов, некогда покоренных китайцами, и вот теперь они видели, что некогда казавшийся вечным и неодолимым старый Китай уже ушел. А почему бы не воспользоваться тем, что не нужно бороться с этим императорским драконом, а всего лишь надо одолеть клан Му во главе с генералом «Сунь-в-чай-вынь-сухим! У которого тоже есть враги в лице клана Мо с генералом Су Ляо, которые с удовольствием ударят Му в спину, и так далее. Но, кроме ханьцев, которых не устраивает существование «милитаристов» в лице таких-то и таких-то, есть еще и те самые народы тюркского происхождения, чья память полна примеров того плохого, что им сделал императорский Китай, и не только императорский Китай, но и китайский губернатор провинции Синьцзян, и его войска и его чиновники, отчего им хочется, чтобы тюркские народы и их земли покинули Китайскую республику. а в процессе покидания чтобы все эти ханьцы очистили этот мир от своего присутствия.

Китайские войска – это были совсем не привычные тогда европейские армии, ибо солдат в императорском Китае – не гордость страны, как в Германии, а тот, который (далее следуют ругательства и определение того, что китайский солдат – позор Китая). Но даже такие войска могут подавлять восстания и истреблять население восставшей провинции. А восставала ли вот эта деревня или солдатам просто захотелось ее пограбить и многое другое совершить? Число ненавидящих китайцев выросло на число выживших жителей деревни. В воды китайского моря вторгались и инородные для него тела – потерпевшие поражение белогвардейские войска, изгнанные Красной Армией. Они часто шли на службу к «милитаристам», сильно повышая боеспособность их армий. Поскольку среди них встречались казаки атаманов Калмыкова, Семенова и Анненкова, и на родине не стеснявшиеся казней и мучительства – что бы их остановило в мятежной китайской провинции, где они подавляли восстание против власти «милитариста»?

Бывали и более экзотические кадры – команда красного бронепоезда, дружно вышедшая из РКП(б) и ушедшая за границу, ибо НЭП им не понравился. Ребята там были совершенно бесшабашные, даже в бой ходили без бронепаровоза. Случись попадание гранаты в котел паровоза – и поезд застывает на месте под обстрелом врага. А они ходили в бой. В Китае команда кочевала от «милитариста» к «милитаристу» во главе со своим командиром Никишевым, некогда анархистом-безмотивником. Безмотивниками называли проповедовавших террор против буржуазии, причем не за какие-то грехи против трудящихся, а просто потому, что буржуй. Постепенно команда превратилась в некую секту во главе с Никишевым, пока того не отравил убоявшийся «милитарист»-покровитель. Чем окончилась история – не знает никто. Возможно, взрывом морских мин, которые Никишев любил и всюду возил с собой.

Над Китаем гремели междуусобные войны. «Старые милитаристы» против новых, ушаньская клика против другой клики, «война центральных равнин»… Одна война сменяла другую… Но постепенно баланс сил склонился на сторону Гоминьдана во главе с Чан Кайши, и многие «милитаристы» перешли на его сторону. Затем Чан заелся с компартией, перешел к репрессиям против нее, затем ввязались японцы, образовавшие на севере страны марионеточное прояпонское государство Манчжоу-Го. Чан Кайши был очень занят китайскими коммунистами, поэтому некоторое время он и японцы как бы существовали, не особенно пересекаясь. Но когда-то это закончилось, произошел инцидент на мосту Марко Поло, и Япония начала воевать против Чана. Местные владыки, они же «милитаристы», вели себя по-всякому – некоторые, вроде Фэн Юйсяна, заявляли, что надо воевать с японцами, а внутренние счеты подождут. Другие переходили на сторону японцев. Но открытая война с японцами началась позже, в 1937 году, а пока кипел котел междуусобиц.

К территории Советского Союза примыкал китайский регион Синьцзян, населенный многими народами и слабо контролируемый центральным правительством (или правительствами). Поэтому китайский губернатор чувствовал себя почти что независимым правителем этих земель.

Ну, собственно, если Ян Цзенсинь губернаторствовал в Синьцзяне со времен после Синьхайской революции и до 1928 года, то от наследственного правления Яна отделяет очень немногое. И, кстати, и дальше бы правил, но пал жертвой покушения. Или клан Ма,