Пять ночей. Вампирские рассказки - Николаос

— Трепет, Дагни. Священный трепет.

— А это не одно?

Он склонил голову, рассматривая меня, а я только утверждалась в своей правоте.

Что-то в этом было.

— Хочешь, скажу, о чем ты думаешь?

Я в ужасе помотала головой в смысле «нет».

— Ты думаешь, что однажды на миг испытала нечто похожее ко мне. Я имею в виду страх.

— Непра… то есть… блин. Зачем ты тогда спрашивал, хочу ли я это слышать?

Блин. Ну, может, на миг.

— Страх? Возможно. Восхищение? Твое дело. Но все это лишь подтверждает, что смысл ты понимаешь неверно.

— Так объясни мне. Найди слово, по твоему мнению, наиболее близкое, чтобы я поняла.

— Она… Она — зеркало.

— Чем дальше в лес, тем толще партизаны… Зеркало. Зачем вам такое зеркало, вы ведь и так отражаетесь в любом?

— Это все фигурально. Ты ведь знаешь, что такое фигурально?

— Ха-ха. Я уже не обижаюсь, не пытайся.

— Мы — и есть отражения, мы такие, какими нас видят, представляют, боятся.

Фантазии, кошмары, полумифы. Такой себе собирательный образ. А она — не такая.

Ее все видят одинаково, и она видит нас такими, какие мы есть.

— Значит, она все-таки реальна?

— В смысле — осязаема? Да. Она реальна.

— Уже лучше. Насколько я поняла, Эркхам имеет над вами какую-то власть?

Нет, ему определенно не нравится, когда я произношу ее имя.

— Мы все принадлежим ей, а она — нам.

— Если Эркхам — всенародное достояние, то почему я нигде не встречала ни упоминания о ней?

— Потому что она наше достояние, а не ваше.

— Знаешь, Генри, я немного читала о вас. Хочешь сказать, что кто-то имеет над вами такую безраздельную власть, и в вашем отношении к ней нет страха?

— Благоговение — очень светлое чувство, абсолютно позитивное. Мне жаль, что ты вряд ли сможешь когда-либо ощутить его.

— Похоже на веру?

— Оh. My. God… — Демон с деланным изумлением всплеснул руками. — Ты неверующая.

Точно.

— С чего ты взял?

— А с того. Если бы верила, то сама мысль, что Эркхам — божество, показалась бы тебе святотатством.

— Глупости. Она ведь ваше божество.

— Бог для всех один, ты должна это понимать и, пожалуйста, не своди разговор к этой бесперспективной теме. Просто прими как аксиому.

— Я запуталась. Значит, Эркхам — не божество?

— Нет. Но если тебе так проще понять, то пусть будет. Хоть это и изрядное богохульство.

Самолет тряхнуло, повело на посадку. Я закрыла глаза и почувствовала тошноту -

точно не знаю, от чего.

И с чего это Пенни взяла, что Демон объяснит мне все лучше?

Не задерживай его, девочка!

Знаешь, сколько стоит его время?

Тысяча фунтов — одна минута!

Маленький аэродром был темным, будто заброшенный — если бы я обратила внимание на отсутствие ориентировочных огней, то с ума сошла бы от страха. Но мы приземлились благополучно, и это указывало лишь на то, что нашему пилоту подсветка ночью не нужна. Да к тому же мне было не до этого, меня так жестоко мутило, что если бы не Демон, я бы свалилась, едва почувствовав под ногами твердь.

— Дыши глубоко, — посоветовал он довольно равнодушно, — вот и наш экипаж. Ехать недолго, через пару минут будем на месте.

Еха-ать… Уф. Я послушно вдохнула, засунула в рот еще две таблетки и поплелась за ним к экипажу. То есть к машине. Машина была классическим катафалком, но я предпочла оставить всяческие аллюзии на завтра и думала лишь о ванне и горизонтальном положении.

Мои незамысловатые мечты скоро сбылись. Луна то появлялась, то гасла, но после того как за окнами промелькнули с полсотни елей, уходящих верхушками в епархию

НЛО, мы наконец въехали во двор какого-то поместья. Некоторые окна горели, и это слегка радовало.

— Это что, замок Дракулы? — спросила я, вылезая из машины и кутаясь — холодно было не на шутку.

— Это отель. — Демон достал из багажника наши вещи, и даже мой замутненный рассудок уловил, что у него их в три раза больше, чем у меня. — Старый добрый

Охотничий.

— Для охотников? — брякнула я и тут же пожалела, потому что Демон весело улыбнулся мне — немного шире, чем я предпочла бы.

— Точно. Для охотников.

А этажей там было всего пять — наверное, он казался огромным из-за высоких потолков. Я сделала шаг и вдруг замерла. Мороз пробежал по всему моему телу, от кончиков пальцев ног по позвоночнику до мозга, укрыв его ледяной коркой. И виной была совсем не погода. Демон просто стоял и молчал, глядя на отель, но мне показалось, что он слушает. Или чувствует, не знаю, как уместнее сказать. Лицо у него застыло и сверкало в темноте, как маска изо льда, не было никакого шевеления воздуха, ресницы и волосы оставались неподвижными. Остановись,

мгновенье. Ты… прекрасно, да, но больше так не делай.

И как только я открыла рот, чтобы попросить его показать хоть какие-то признаки жизни, холод вдруг отпустил, мгновенно, будто окатили теплой водой. Демон посмотрел на меня, впервые с каким-то интересом, и сказал:

— Ну что, пошли, Дагни Бенедикт. Кажется, нам дали зеленый свет. Пока что.

Пока что — это не очень хорошо, но я предпочла закрыть на это глаза. Пока что.

В холле было пусто и тепло. Демон заглянул в регистрационную книгу, потом снял со стены пару ключей.

— Номера напротив, не возражаешь? Я же обещал Антигоне присматривать за тобой,

особенно в таком месте.

Поскольку посторонних примесей в его голосе не было, я взяла ключ без пререканий и позволила отвести себя в номер.

— Что там в книге было?

— Почти все на месте. Финалисты, я имею в виду.

— Финалисты?

— Да, начало отбора мы пропустили, но попали как раз на самое интересное, не соскучишься. Здесь двое, и завтра я постараюсь познакомить тебя с ними.

— Только не говори, что тебе самому не интересно.

— О, ты уже говоришь так, будто понимаешь, что происходит. Это хороший знак.

— Кто еще?

— Что?

— Я спросила — кто еще финалист? Ты сказал «почти все», а кого еще нет?