Тэтчер: неизвестная Мэгги - Дмитрий Медведев

Для получения большинства консерваторам необходимо было занять в палате общин 318 мест из 635. К пяти часам утра проверенными оказались свыше 75 процентов избирательных бюллетеней. Окончательные выводы делать было рано, хотя уже ни у кого не вызывало сомнений, что тори удастся набрать требуемые голоса. Со спокойным чувством выполненной миссии супруги Тэтчер отправились домой.

На Флад-стрит их встретила восторженная толпа, радостно скандирующая: «Мы за Мэгги! Мы за Мэгги!» Увидев машину Тэтчер, они в унисон запели предвыборную песню консерваторов: «Наш символ – синий, наш лидер – Мэгги!»

Кое-как супруги Тэтчер пробрались в дом. Вздремнув несколько часов, Маргарет перекусила на скорую руку и снова отправилась в штаб-квартиру партии. Там ее ждал огромный шоколадный торт в виде знаменитой двери дома номер 10 по Даунинг-стрит с аккуратно выведенной надписью «История успеха Маргарет Тэтчер».

Тем временем на Даунинг-стрит активно собирали вещи теперь уже бывшего премьера. В 14:45 избирательный комитет объявил, что консерваторам удалось занять необходимое 318-е место[506]. Услышав данную новость, Джеймс Каллаган сел в свой черный «даймлер» и, выехав на Уайтхолл, затем через арку Адмиралтейства и Мэлл-стрит, отправился в Букингемский дворец для своего последнего официального визита к королеве.

После Каллагана с так называемой церемонией «целовать руки по назначении» Елизавету II посетила Маргарет Тэтчер. На ней были синий юбочный костюм и белая блузка в темный горошек. «Наш символ – синий, наш лидер – Мэгги!» – до сих пор звучали у нее в голове слова предвыборной песни.

Оставив Дэниса в небольшой гостиной, она стала медленно подниматься по парадной лестнице с красной ковровой дорожкой на второй этаж в приемную королевы.

– Вы готовы сформировать правительство? – спросила монарх.

– Да, – уверенным голосом сказала Маргарет.

– В таком случае предлагаю разделить со мной чаепитие.

Они сели за специально сервированный к их встрече столик и принялись в течение 45 минут обсуждать состав кабинета, а также основные проблемы, стоящие перед новым правительством.

Из Букингемского дворца Мэгги отправилась в свою новую резиденцию на Даунинг-стрит, где ее ждала толпа людей, желавших воочию увидеть нового премьера.

Выйдя из машины, Маргарет принялась жать руки восторженным поклонникам, распевавшим известную песню «Он такой славный малый!». Забавно, но раньше никто бы не подумал, что настанет момент, когда этот «фольксонг» будет использоваться для поздравления женщины. Но времена меняются.

Повсюду хлопали вспышки фотокамер и раздавались крики репортеров:

– Миссис Тэтчер! Миссис Тэтчер!

Повернувшись в сторону журналистов, Тэтчер дала свое первое интервью в качестве премьер-министра.

Отвечая на вопрос, как бы она могла охарактеризовать деятельность своего правительства, Маргарет произнесла домашнюю заготовку:

– Там, где царит разлад, мы принесем гармонию…

Это было не единственное, что подготовила «железная леди». Улучив подходящий момент, она воздала должное Альфреду Робертсу:

– Я обязана практически всем моему отцу. Именно он научил меня тому, во что я верю сейчас, и привил те идеалы и ценности, за которые я сражалась на этих выборах. Возможно, это вас удивит, но именно то, чему я выучилась в маленьком городке, в очень скромном доме, помогло мне сегодня одержать победу. Но, джентльмены, вы очень добры. Позвольте мне идти…[507]

Так началось создание легенды о простой дочери простого бакалейщика, сумевшей благодаря своей воле, трудолюбию и целеустремленности преодолеть всеобщие предрассудки и взобраться на самую вершину политической лестницы.

Перед ней оказалась вся Британия, все Соединенное Королевство. Но великолепный вид, раскинувшийся внизу, был не единственным, что она увидела с вершины. Впереди ей открылась новая гора, а это означало новую цель и новое восхождение.

Что принесет ей еще один рывок наверх? Национальную славу? Позор? В любом случае это будет что-то захватывающее, а значит, ради этого стоит рискнуть.

Глава 6. Три войны одного премьера

Битва за престиж

4 мая 1979 года в Великобритании был избран не просто 48-й премьер-министр. В тот день началась целая эпоха. Как выразится сама Тэтчер:

– Это была не просто наша победа. Мы получили право на внесение масштабных изменений![508]

Мир уже никогда не будет таким, как прежде: роли мужчины и женщины – принципы, остававшиеся незыблемыми на протяжении веков, – подверглись кардинальному пересмотру.

На полное осознание произошедших перемен потребуются годы, а может быть, даже десятилетия. Пока же Маргарет Тэтчер была дана власть воплотить в жизнь свои идеалы и предложения. Пациенту по имени Британия в срочном порядке были сделаны все восстанавливающие инъекции экономических преобразований. Прежде всего, Мэгги санкционировала массовую приватизацию предприятий в самых различных отраслях, резко сократила государственные расходы и закрыла большинство нерентабельных предприятий. От введенных препаратов страну бросило в жар, последовали резкое увеличение инфляции и неконтролируемый рост безработицы. В феврале 1981 года число безработных в Великобритании возросло до 2,4 миллиона человек, что составило свыше 10 процентов работающего населения. Столь ужасающих показателей экономика Туманного Альбиона не знала со времен кризиса 1929–1930 годов.

Для восстановления требовалось время, но именно его-то и не хватало. Прошло два с половиной года, как Маргарет въехала на Даунинг-стрит, а люди так и не видели признаков выздоровления. Осенью 1981 года рейтинг Тэтчер упадет до унизительных 28 процентов. От Маргарет отвернулись даже члены ее собственной партии. Меньше половины – всего 44 процента – хотели видеть ее на посту лидера тори. В какой уже раз карьеру младшей дочери Альфреда Робертса могло спасти только чудо.

Где-то в глубине души Тэтчер чувствовала: что-то должно произойти. Но даже она не могла представить, что спасение появится не в Лондоне, не в Британии и даже не в Европе или США. Спасение будет ждать ее на другом конце света, за 13 тысяч километров от Даунинг-стрит.

19 марта 1982 года около 40 мужчин высадились на острове Южная Георгия архипелага Фолклендских островов, расположенных неподалеку от берегов Аргентины. С 1833 года эти острова входили в состав Великобритании, являясь одним из самых удаленных аванпостов некогда могущественной колониальной империи. Что искали аргентинские незнакомцы на безжизненной территории острова, все население которого составляли 1800 человек, 750 тысяч овец и несколько миллионов пингвинов? Мужчины представились сборщиками металлолома и объяснили, что собираются демонтировать старую китобойную базу.