Старшие Арканы - Чарльз Вильямс

Некогда злой рок настиг божество, и теперь, чтобы оживить его, требовалось взломать врата человеческой жизни. На золотом алтаре лежала девушка; жрица, стоявшая рядом, сжимала ее запястье и тянула к себе, словно пытаясь отнять у человеческой руки ее нежную и грозную силу; а на самом алтаре, словно бог, сошедший с небес, чтобы поторопить жертву, изготовился к прыжку кот. Его напряженная поза была полна изящества и одновременно смертельной угрозы. Снаружи, словно гротескное воплощение священной борьбы мировых стихий, возились два молодых человека; здесь, внутри, совершалось не менее гротескное жертвоприношение. Мифы утверждали, что только оно способно освободить божественную энергию, заключенную в крови.

М-р Кенинсби, ворвавшийся в зачарованный круг, разом охватил взглядом и жрицу, и кота, и тело жертвы. Именно последнее и привлекло его внимание в первую очередь. Различив, кто именно лежит на алтаре, он вскрикнул, выражая категорическое несогласие с происходящим. Вот уже пятьдесят лет он только выражал несогласие, однако ни разу не посмел всерьез возразить собственной судьбе. Но тут и его разобрало. М-р Кенинсби бросился вперед, схватил кота за шиворот, поднял его и, не помня себя от ярости, швырнул к двери. Совсем недавно Стивен точно так же швырнул его самого. Услышав хриплый вскрик Джоанны, м-р Кенинсби повернулся к ней. Впервые в жизни он ощущал свою значимость. Впервые в жизни им руководили великая сила и великая справедливость. М-р Кенинсби приказал - и Джоанна на миг отступила. Ее рука, сжимавшая запястье девушки, разжалась, повинуясь чужой руке. Сам м-р Кенинсби едва ли осознал, насколько это несвойственно ему - хватать за плечо малознакомых женщин.

Однако Нэнси смогла освободить руку и одним гибким движением оказалась на ногах по другую сторону стола. М-р Кенинсби бросился к ней. Нэнси обняла отца и внезапно осознала, как они близки двое незрячих слуг Любви, две мятущиеся души, ищущие добра. Только теперь она поняла, что и отец всегда стремился к добру. Он был ее спутником на Пути, а она только и делала, что пыталась осложнить для него этот Путь. Она прижалась к отцу, испытывая не столько благодарность за последнюю услугу, сколько стыд за собственную прошлую несдержанность и нетерпимость.

- Ой, спасибо, - сказала она, - ты пришел в самый нужный момент.

- С тобой все в порядке? - озабоченно спросил м-р Кенинсби. - Она не навредила тебе? Что она делала?

- По-моему, искала что-то, - ответила Нэнси. -Она думала, что у меня это есть. А у меня нет. Если бы мне хоть знать, что она ищет! Тетя Сибил, наверное, нашла бы то, что ей нужно, если бы только нам удалось их свести. Пожалуйста, папа, уговори Джоанну спуститься вниз, хорошо?

- Ну, я попробую, - сразу засомневавшись, согласился м-р Кенинсби. Однако недавняя решимость тут же вернулась к нему. - Конечно, я уговорю ее спуститься вниз, прямо в погреб, и даже спрашивать не собираюсь, не будет ли она в претензии, если мы свяжем эту уродину за все ее дьявольские пляски. Надо же, ищет она там что-то!

"Ох, ладно, пусть так и будет, - решила про себя Нэнси. - Может быть, им повезет и по пути они повстречают тетю Сибил, тогда вместо погреба подвернется что-нибудь более правильное". Даже ноющая рука не убеждала ее в том, что от запертого погреба будет какой-нибудь прок. А вот если дать Джоанне найти то, чего она хочет, или как-то повлиять на ее желания, тогда толку будет больше. Она прижала руку к груди. Надо же, как саднит! Вдоль царапин выступила кровь. Лучше отцу этого не видеть, а то он еще сильнее рассердится на Джоанну. Но все же, чем скорее она найдет Генри или хотя бы промоет руку, тем лучше. Нэнси начала осторожно теснить отца вдоль стола, приговаривая:

- Хорошо, папа, только давай пойдем сейчас вместе с ней. Я уверена, тетя Сибил сможет ей помочь. Она знает, что потеряла эта бедная женщина.

При всем своем раздражении м-р Кенинсби вынужден был согласиться с дочерью. Сибил, похоже, и вправду знала, о какой пропаже идет речь. До сих пор ей удавалось успокаивать эту старую каргу Он машинально шагнул к двери. Джоанна, сердито сверкая глазами по сторонам, отступила в угол. Нэнси шагнула к ней, и золотое облако, висевшее за спиной старухи, отхлынуло, обнажив на полу под ногами карты Таро, совсем недавно выпавшие из рук влюбленных. Раскрашенные листы подрагивали, словно готовые в любой момент сорваться с места. Джоанна, вскрикнув от радости, опустилась на колени и сгребла карты.

- Что, черт возьми... - начал было изумленный м-р Кенинсби, но закончил уже совсем другим тоном. - Уж не мои ли это карты? Хотел бы я знать, что это они здесь делают? - Он поспешил вдоль стола., Нэнси метнулась за ним.

Но оба опоздали. Джоанна уже снова была на ногах. Она резко кинулась в сторону и, не выпуская из рук добычи, исчезла в тумане. Отец и дочь бросились за ней. Туман откатывался перед ними, расступался в стороны, стлался под ноги, взвихривался над головами. Джоанна, сжимая карты, мчалась вперед и вопила, не помня себя от восторга.

В таком порядке все трое вырвались в наружную комнату. Пронзительный восторженный крик мгновенно остановил драку Джоанна приближалась, и при виде жрицы, охваченной священным экстазом, руки Ральфа и Стивена разжались, оба отпрянули друг от друга. Стивен успел окликнуть ее, и Джоанна забормотала:

- Я нахожу его, я уже нахожу его! Сначала я сожгу их, и тогда он придет. Он придет в огне! Огонь - для Гора, Гор - это огонь.

Она пробежала мимо Стивена и вылетела из комнаты. Руки ее ни на миг не прекращали перебирать магическую колоду. Внезапно, быстрым, ловким, безумным движением она отделила масть мечей от всей остальной колоды и начала располагать их в каком-то ведомом только ей порядке. Она разложила карты по три, а Короля Мечей, оружие которого трепетало и сверкало, словно объятое пламенем, бросила сверху и накрыла ладонью, чтобы, согрев, оживить. Искры уже начинали проскакивать вокруг нее, а она все звала:

- Малыш! Малыш! Я уже иду к тебе. Они больше не смогут поранить тебя. Я прогоню их прочь - твоя мать спасет тебя. Я уже слышу тебя - я иду!

Она не оглядывалась. У самой двери в комнату м-р Кенинсби внезапно почувствовал, как силы оставляют его. Он зашатался и упал бы, не окажись рядом Нэнси. Ральф, на миг замешкавшись, бросился на подмогу сестре. Нэнси мельком улыбнулась брату и попросила:

- Присмотри за нашим ненаглядным, а мне надо идти.

- Давай, - согласился Ральф, перехватывая руку отца и освобождая Нэнси. Стивен нерешительно посмотрел на них, быстро поднялся на ноги и устремился следом за Джоанной. Нэнси выскочила в длинный коридор и увидела Генри, уныло подпиравшего стену на верхней площадке лестницы. Джоанна, на ходу перебирая карты, подняла руки. Огонь сверкал между ее ладонями. Она принялась швырять горящие карты в сторону племянника. Вокруг, приобретая плотность и форму, уже клубилось облако, а дом, наоборот, словно утрачивал материальность и становился прозрачным, так что Нэнси вдруг опять различила золотые фигурки, безостановочно творящие роковой танец.