Рассекая ветер - Сион Миура

здесь, он провел с ребятами в Тикусэйсо все четыре сезона.

Какэру вспомнил ночь, когда он впервые встретил Киёсэ. Ту ночь, когда все началось.

Его охватило какое-то странное чувство, смесь ностальгии и теплых воспоминаний.

Обитатели Тикусэйсо продолжали тренироваться на полных оборотах даже в декабре, а Новый год скромно встретили все вместе в своем ветхом доме.

В последний день года они отправились в близлежащий храм, чтобы позвонить в храмовый колокол, а первого января ели суп дзони, приготовленный Киёсэ.

Напряжение нарастало с каждой минутой, но это было приятно. Потому что они были не одиноки. В Тикусэйсо Какэру чувствовал присутствие людей, с которыми он вместе тренировался и жил.

Он не один. Пока не побежит.

У него были товарищи, которые всегда, всегда ждали его старта и финиша, когда он вернется обратно.

Эстафета Экиден была именно таким видом спорта.

Наконец наступило второе января.

Начинались соревнования Хаконе Экиден.

Это была кульминация годичной битвы, в которой они участвовали вдесятером. В то же время это было началом первой и последней схватки этой десятки, о которой будут рассказывать всегда, пока Хаконе Экиден существует.

Глава 9. В дальние дали

2 января, 7:45

До старта студенческой эстафеты Экиден по маршруту Токио – Хаконе – Токио оставалось пятнадцать минут.

После переклички за двадцать минут до старта Принц решил спуститься в подземный переход для разминки. Чуть ранее утром он смог пробежаться по наземному тротуару, но сейчас это было уже невозможно. В районе Отэмати перед зданием токийского офиса газеты «Ёмиури» собралась большая толпа, ожидающая начала Хаконе Экиден.

От офиса газеты «Ёмиури» до ворот Вадакура вдоль внутреннего рва Императорского дворца по всем тротуарам выстроились люди: группы поддержки университетов, сотрудники и болельщики эстафетной гонки Экиден, радостно встречающие первую гонку нового года. Эхом разносились звуки барабанов тайко и университетские гимны. Разноцветные флаги и баннеры трепыхались на холодном ветру. Повсюду царили шум и волнение.

– Ты куда? – Киёсэ, сопровождавший Принца, остановил его. – Ты уже разогрелся. Нельзя переутомляться перед началом эстафеты.

– Это да, но мне как-то не по себе, когда я не бегу, – Принц переминался с ноги на ногу. – Даже не думал, что здесь будет так много людей.

А Киёсэ даже не думал, что когда-нибудь услышит из уст Принца: «Мне как-то не по себе, когда я не бегу». Он ободряюще улыбнулся.

– Ты достаточно тренировался. Все будет хорошо. Сходил в туалет?

– И не один раз.

Вход в здание «Ёмиури» был открыт для персонала и спортсменов, чтобы они могли воспользоваться туалетом и переодеться. Там все время толпились бегуны, которые участвовали в первом этапе.

– Не один ты напряжен. Не волнуйся.

Нельзя, чтобы Принц замерз перед гонкой. Киёсэ завел его за здание газеты. Там было мало людей, и они немного пробежались.

На стене здания с семи утра висела таблица с именами участников всех этапов.

– Рикудо не поставил Фудзиоку на второй этап.

Принц с любопытством покачал головой. Рикудо зарегистрировал Фудзиоку в запасном составе. Фудзиока был капитаном и лучшим бегуном в Рикудо. Слухов о том, что он получил травму, не было. Может, плохо себя чувствует? В окончательном перечне тех, кто бежит в первый день, фамилии Фудзиоки тоже не было, а ведь оглашения этого списка ждали все команды.

– Скорее всего, они планируют поставить его на девятый или десятый этап, – предположил Киёсэ.

Вероятно, команда Рикудо пыталась тщательно оценить ситуацию. Если кто и мог помешать им победить, так это Университет Босо. Судя по списку участников, Босо явно решили перехватить инициативу еще в первой части гонки.

Рикудо придется несладко в состязании с лучшими из Босо. Возможно, план Рикудо состоял в том, чтобы отдать победу в первый день Босо, но перехватить инициативу на обратном пути, одержав общую победу, которая определялась суммой времени туда и обратно. Без сомнений, в команде Рикудо решали, на какой этап во второй день поставить Фудзиоку в зависимости от их места в гонке у озера Асиноко и разницы во времени с командой Босо.

– Но сейчас не время думать о Рикудо. – Киёсэ легонько похлопал Принца по плечу. – Нужно идти к старту. Помнишь, что я тебе говорил?

– Да, – Принц энергично кивнул и снял толстое пальто, которое доходило ему до колен. Увидев спортсмена в черно-серебристой форме Кансэя, зрители расступились.

Холод больше не беспокоил его. У первого участника эстафеты, Принца, через левое плечо висела черная лента с вышитыми серебряной нитью иероглифами: «Университет Кансэй», выполнявшая роль эстафетной палочки. Жена штукатура старательно вышивала ее после того, как они прошли отборочный тур.

Принц осторожно коснулся драгоценной ленты. Она соединит их десятерых и завтра вернется сюда. Он точно не допустит, чтобы путь этой ленты прервался.

Киёсэ отрегулировал длину ленты и заправил ее концы в шорты Принца, чтобы они не мешали ему во время бега.

– Принц, извини, что тебе через все это пришлось пройти, – сказал Киёсэ.

Музыка, которую играли группы поддержки, стала громче.

– Спортсмены, на старт! – крикнул один из сотрудников.

– Хайдзи-сан, это не то, что я хотел услышать, – засмеялся Принц. – Жди меня в Цуруми.

Передав свое пальто Киёсэ, Принц встал у стартовой линии вместе с другими девятнадцатью участниками первого этапа.

Токио Отэмати, 8:00. Небо ясное, температура – 1,3 градуса тепла. Влажность – 88 процентов. Северо-западный ветер – 1,1 метра в секунду.

На мгновение вокруг воцарилась полная тишина, а затем прозвучал выстрел стартового пистолета.

Принц начал бежать. Не было необходимости оглядываться назад. Ведь первый Хаконе Экиден Университета Кансэй появлялся только благодаря движению вперед.

Как и предсказывал Киёсэ, гонка проходила в неспешном темпе. Токийский вокзал остался слева, они миновали ворота Вадакура. Доносились крики зрителей, обдувал ветер. Вытянувшись по ширине дороги, группа двигалась по влажному асфальту со скоростью три минуты и семь секунд на километр. Даже Принц мог бежать с такой скоростью.

Возможно, это ощущение появлялось из-за ширины дороги, но казалось, что они не очень продвигаются вперед, сколько бы ни бежали. Принц чувствовал, что остальные бегуны оценивают ситуацию и сдерживают друг друга, гадая, кто же первым вырвется вперед.

«Я продолжаю медленно двигаться вперед», – мысленно повторял Принц.

Из-за ветра между высотными зданиями температура ощущалась ниже, чем была на самом деле. Помня совет Киёсэ, Принц пристроился позади более крупного участника из Университета Тэйто. У Принца и без того была невысокая скорость, он не мог позволить себе расходовать силы, чтобы занять подходящее место в группе бегунов. В результате, защитив себя от ветра, Принц сосредоточился на том, чтобы не отстать от группы.

Темп почти не изменился даже после того, как они выбежали с перекреста Сиба Готёмэ на шоссе Дайити Кэйхин. Отметки в пять километров они достигли за пятнадцать минут и тридцать секунд.

Тренеры каждой из команд следовали за бегунами на машинах. Наставникам было разрешено разговаривать со своими спортсменами через микрофон с динамиком на первом, последнем, а также на каждом пятом километре. Однако до первой пятикилометровой отметки никто из тренеров не давал никаких указаний. В группе было такое напряжение, что нельзя было допустить неосторожность.

Рикудо и Босо боролись за лидерство, но каждый раз, когда они пытались сделать рывок, группа не отпускала их. Длина первого этапа составляла двадцать один километр триста метров, и это было только начало Хаконе Экиден. Если не удастся сделать рывок здесь, то у бегунов на последующих этапах будут проблемы. В группе вихрем пронеслась мысль о том, что нужно уходить в отрыв.

Забыв об автомобиле с тренером и телекамерах, Принц двигался вперед со спокойным выражением лица.

В то же самое время Киёсэ доехал от Токийского вокзала по линии JR до станции Синагава, а там пересел на экспресс-электричку линии Кэйхин. Прижимая к себе пальто Принца, он вставил в уши наушники радиоприемника. Поймав трансляцию телеканала, он узнал, что группа бегунов еще не распалась.

– Отлично! – негромко вскрикнул Киёсэ, чем привлек внимание