Рассекая ветер - Сион Миура

– Это хорошие бананы, – оценила она профессиональным взглядом.

Бананы полезны после тренировок, потому что быстро пополняют запас калорий. Ребята проворно очистили их от кожуры и съели по две-три штуки. В этот момент к ним подошел мужчина лет тридцати в обычной повседневной одежде, ничем не отличавшийся от обычных зрителей.

– Вы из команды по легкой атлетике Университета Кансэй? – спросил он.

– Ага, – пробормотал Дзёдзи, засовывая в рот третий банан. – А что?

– Курахара-кун здесь? – спросил мужчина, после чего сразу же перевел взгляд на Какэру. Казалось, он его узнал. – Я просто хочу задать несколько вопросов.

Какэру встал и взял визитную карточку, протянутую мужчиной. На ней было написано: «Сюдзи Мотидзуки. Еженедельник „Синдзицу“».

Большинство присутствующих подумали, что репортер пришел взять у Какэру интервью о поимке магазинных воров. Но тот сразу понял, что это не так. Этот человек вынюхивал о его прошлом.

– Вы выпускник школы Сэндай Дзёсэй? – начал Мотидзуки.

Краем глаза Какэру заметил, как Киёсэ переменился в лице и тут же встал.

– Да, – ответил Какэру.

– На днях вы поймали группу магазинных воров. Я читал об этом в газетах. – Мотидзуки демонстративно приподнял брови, будто был впечатлен. – Судя по всему, и в вашем родном городе только и разговоров о спортсмене, настоящем защитнике справедливости. Особенно в команде по легкой атлетике в Сэндай Дзёсэй.

Киёсэ подошел к Какэру и встал лицом к лицу с Мотидзуки.

– Мы не разрешаем брать интервью у наших бегунов без разрешения.

– Я быстро закончу, – рассмеялся Мотидзуки. Но в его глазах появился холодный огонек. – Курахара-кун, вы участвовали в межшкольных соревнованиях на втором году обучения в старшей школе и показали хорошие результаты. Однако в последнем классе ушли из команды. Почему?

– Послушайте! – возмутился Киёсэ, но Какэру остановил его:

– Всё в порядке, Хайдзи-сан.

Он не мог всегда убегать от прошлого и скрывать его. До тех пор пока он занимается легкой атлетикой, та история всегда будет преследовать его. Он был готов к этому с того момента, как решил отправиться в Хаконе вместе с командой Тикусэйсо.

– Вы ведь уже в курсе? – сказал Какэру. – Потому что я ударил своего тренера.

– Я слышал, вы сломали ему нос. Более того, отказались от университета, который был готов взять вас за спортивные достижения, и ушли из команды. И все это несмотря на то, что тренер пытался сохранить инцидент в тайне и избежать публичной огласки, – Мотидзуки вгляделся в лицо Какэру. – Чем вы были так недовольны? Что за разногласия с тренером?

Какэру молчал. Его школьный тренер был известен своей строгостью к бегунам и спартанскими требованиями. Конечно, не было сомнений в том, что он был компетентным тренером с хорошей методикой.

Однако с самого поступления в старшую школу Какэру не мог найти с ним общий язык, ведь тренер говорил только о скорости.

Именно поэтому, когда Какэру увидел, как тот разносит первокурсника, который с трудом восстанавливался после травмы, он разозлился. Первокурсник получал спортивную стипендию, и, если бы его заставили уйти из команды, ему было бы трудно учиться в школе. Какэру понимал: тренер знает, что этот парень в уязвимом положении, и просто мучает его.

Уже потом Какэру подумал, что первокурсник стал для него лишь поводом. Просто детонатором, из-за которого в Какэру взорвалось все то, что так долго копилось. В тот момент, когда он врезал тренеру, Какэру думал только о том, что сможет наконец-то с этим покончить.

В этом поступке не было ни капли героизма. Он сделал это не ради первокурсника и даже не подумал о том, как тяжело будет тому в секции потом, после такого поступка сэмпая. В этом не было ни попытки восстановить справедливость, ни сочувствия, просто акт насилия. Ради собственного удовлетворения. Чтобы выместить скопившееся разочарование и гнев. Почувствовав кулаком, как сломался нос, Какэру ощутил облегчение.

– Драка в спортивной школьной секции. К тому же в престижной школе легкой атлетики. Поскольку история стала известна, а вы не отрицали, команда по легкой атлетике средней школы Сэндай Дзёсэн приостановила свою деятельность на некоторое время. Думаю, тогда многие были недовольны вами. Не только пострадавший тренер, но и ваши товарищи по команде, которые не смогли участвовать в соревнованиях.

– У вас есть какие-то вопросы к нашему Курахаре? – встрял Киёсэ. – Даже если то, что вы сказали, – правда, я думаю, такие вопросы стоит задать самой школе. Почему школа упорно не замечала, что система, ориентированная только на результат, чрезмерно строго управляет спортсменами, подавляя растущие таланты?

– Вы капитан Кансэя? – Мотидзуки перевел оценивающий взгляд на Киёсэ. – Вы знали, что Курахара-кун избил тренера? Что вы думаете о нем?

– Он талантливый бегун. Но прежде – он наш товарищ по команде и надежный человек.

При слове «товарищ» сердце Какэру дрогнуло. Словно бы во время приятного сна его внезапно схватили за плечи и разбудили. Он еще парил, будто во сне, и чувствовал разочарование от возвращения в реальность, а затем облегчение, потому что открыл глаза и увидел лицо близкого человека. В нем всколыхнулось сразу столько эмоций – он не понимал, как с ними справиться.

Не замечая волнения Какэру, Киёсэ стоял напротив Мотидзуки, не отступая ни на шаг.

– Пожалуйста, уходите. Запрос на интервью нужно одобрить через отдел по связям с общественностью.

Отдел по связям с общественностью? Среди ребят Тикусэйсо, наблюдавших за происходящим, пронесся шепот. Синдо и Ханако подняли руки.

– Да.

– Это к нам.

– Но мы вынуждены отклонить вашу просьбу, – сообщил Синдо.

– Именно, именно, – закивал Кинг.

Хозяин дома ничего не сказал и ел свой обед. По его отстраненному виду трудно было понять, беспокоит ли его происходящее или забавляет.

– Даже бананы стали совсем невкусными, – произнес Никотян с укоризненным видом, а Мотидзуки криво усмехнулся.

– Тогда последний вопрос: Курахара-кун, вы ведь собираетесь бежать Хаконе? Может, вы хотите что-нибудь сказать своему школьному тренеру? Так вам и надо, например. Или нечто другое.

– Мне нечего сказать. – Какэру медленно покачал головой.

Он не хотел извиняться, но и не хотел высокомерно заявлять, что и без помощи способного тренера можно выжить в мире бега.

– Я сожалею об этом. Мне жаль, что в тот момент я не смог придумать ничего другого, кроме как ударить его. Вот и всё.

На следующей неделе в еженедельнике «Синдзицу» была опубликована статья на разворот под заголовком «Инциденты в мире школьного спорта!» с провокационным подзаголовком «Изнанка частых скандалов в школьных командах». В статье упоминались старые истории о команде по легкой атлетике старшей школы Сэндай Дзёсэй, а также известные секции легкой атлетики, часто выступавшие на стадионе Косиэн, и футбольные школы.

«На днях спортсмен К. попал в новости за поимку магазинных воров. Это бегун с многообещающим будущим, который примет участие в Хаконе Экиден в январе следующего года. Но ходят слухи, что в прошлом именно этот спортсмен был замешан в инциденте с применением насилия. Тренер команды по легкой атлетике средней школы Сэндзай Дзёсэй отказался от подробных комментариев, пояснив, что “дело было давно закрыто”…»

Даже те, кто ничего не знал о легкой атлетике, без труда мог догадаться, что речь идет о Какэру Курахаре из Кансэя.

– Эту информацию газетчикам явно слил сам тренер, – Дзёдзи с досадой бросил журнал.

– Не стоит обращать на это внимание, – сказал Муса, пытаясь защитить Какэру.

Киёсэ и Синдо были заняты тем, что объясняли ситуацию университету и группе поддержки. Выяснилось, что хозяин их дома тоже ходил по разным местам и извинялся. Когда Какэру узнал об этом и извинился сам, тот гордо сказал:

– А как иначе, я же тренер команды!

Он ни словом не упрекнул Какэру.

Киёсэ упорно продолжал защищать Какэру, поэтому вокруг Тикусэйсо шумихи не было. Последствия от статьи, вероятно, скоро утихнут, но это не отменяло того, что он создал команде проблемы.

Ребята из Тикусэйсо относились к Какэру так же, как и прежде. Чтобы оправдать их ожидания, он должен был хорошо пробежать в Хаконе. Какэру продолжал молча тренироваться.

В тот вечер Киёсэ планировал рассказать о Хаконе Экиден, а заодно устроить вечеринку. После тренировки и пробежки все должны были собраться в комнате близнецов.

Киёсэ куда-то ушел после тренировки. Никотян и Дзёта отвечали за еду. На кухне они приготовили много закусок к выпивке. Какэру решил помочь, вышел из комнаты