Буран, Тайга и Асмодей. Дополнение - Денис Чистяков

готов Дарлис на подобную жертву? У него не было выбора, как и у Андрея с Пикселем и быть может он, как и я, смирился с этим миром лишь благодаря Санрайз! Эти мысли заставили меня осознать, сколь высоки ставки в нашей борьбе за ее сердце. Конечно, я не собирался уступать Дарлису, но теперь не мог унять совесть, требующую рассказать Игорю, что у него еще есть шанс вернуться домой. Хотя я не был уверен наверняка… Так или иначе, мне было тошно осознавать себя предателем. Я поднял взгляд на него, уже готовый сорвать маску, просто сказать: «у меня не было выбора» и Дарлис тут же все поймет, но едва я открыл рот, как в комнату вошла Санрайз.

Глава 16

Мое признание так и застряло в горле, когда я увидел ее. Она переоделась, избавившись от доспехов, и теперь на ней были облегающие черные брюки, а сверху простая, но идеально подчеркивающая фигуру туника темно зеленого цвета. Когда я был в ее теле, мне было сложно оценить эффект, который она производила одной своей внешностью, но теперь я полностью испытал его на себе. В ней не было глянцевого лоска, который прет отовсюду у девушек из моего мира, при этом простота ее наряда и прически казались пиком элегантности. Но более всего меня очаровывала некая дикость в ее взгляде. Она не была связана с ее поведением или суждениями, просто что-то первозданное таилось в невероятных глазах, что-то от сотворения мира, словно она была из ангелов, заставших те времена, когда людей не было и в помине. Мир, который я видел в ее глазах, будил во мне дрожь и трепет словно буря, способная сокрушить горы и затопить города, но милосердно позволяющая им существовать.

Сам не заметив того, я поднялся с кресла, хотя прежде соблюдения этикета от меня не требовали. С явным запозданием моему примеру последовал и Дарлис.

– Вы великолепны, миледи, – само собой сорвалось с моих губ.

Мне самому эти слова показались несвоевременными, отвратительно приторными и напоминающими все те любезности, какими сыпали в мой адрес короли, пока я был в теле Санрайз. Ощутив себя таким же навязчивым, я тут же смущенно опустил взгляд.

– Благодарю, милорд, но боюсь, эта ночь меня не красит, а в вас говорит вино и усталость.

Санрайз застенчиво улыбнулась.

– Отнюдь, миледи! – возразил Суртур, которого я заметил лишь теперь, – Я полностью согласен с милордом Рейнаром, а ведь я еще не пил вина!

– Что ж, тогда надо исправить это упущение,

Санрайз снова бросила взгляд на меня и на этот раз ее улыбка была заразительно веселой.

Она села рядом с Дарлисом, но я его едва замечал, как и Суртура, устроившегося слева от меня. Я наслаждался каждым мгновением в обществе Санрайз, впитывал ее присутствие, словно солнечное тепло. Мне дико хотелось прикоснуться к ней, как в тех романтических фильмах: привлечь к себе, заглянуть в бездонные глаза и припасть к чарующим губам в сладком поцелуе… мне пришлось отвести взгляд, чтобы избавиться от сковавшего меня смущения.

И все же, пока Зарлин и пришедший ей на помощь коренастый старичок Фатрем сервировали стол, я украдкой наблюдал за Санрайз, напрочь забыв о разговоре с Дарлисом. Он так же будто очнулся от скверных мыслей, спросив об Элане.

– Он проснулся, когда я пришла, но убедившись, что я рядом снова уснул.

– У него выдалась не простая ночь, – сказал я, лишь для того, чтобы присоединиться к разговору.

– Как и у всех нас, – кивнула Санрайз, – Но теперь мы можем отдохнуть. Прошу вас, ни в чем себе не отказывайте.

С легкой руки Зарлин на столе появились тарелки с сыром, овощами и фруктами, а через минуту Фатрем принес большое блюдо с тушеным мясом, наполнив комнату невероятным ароматом. Он с достоинством опытного официанта разлил по бокалам вино и удалился помогать Зарлин.

Несмотря на то, что ел как будто вечность назад, я не сразу обратил внимание на еду. Мне казалось, что теперь я могу питаться исключительно созерцанием Санрайз, но отказаться от ее угощений конечно не мог. Когда все наполнили свои тарелки едой, она подняла бокал:

– Теперь я, наконец, могу приветствовать вас в Барлитейне в мирной обстановке и с благодарностью выпить за вас и за судьбу, которая привела вас к моему дому так вовремя.

Она отметила меня и Суртура благодарным взглядом, снова заверив, что двери Барлитейна открыты для нас всегда. Я тут же решил напомнить ей о своем желании защищать ее семью и впредь, но Суртур меня опередил, взяв слово и заверив Санрайз и Дарлиса, что для него большая честь гостить у Всадников, спасших мир от Разлома и Амерона.

– О вашем подвиге сочинили столько небылиц, что я был бы рад услышать эту историю из первых уст.

Мне казалось, что гвардейцы короля уж точно знали о событиях в Разломе, но вполне возможно всего не знал даже Слидгарт. Едва ли Всадники сочли нужным разболтать все, что произошло в Герсан-Гироте. С Бездной было покончено и на этом, вероятно, интерес жителей королевств к правде иссякал, а вот вымыслы только начинались…

Санрайз обменялась взглядами с Дарлисом, после чего Игорь качнул головой:

– Если рассказывать эту историю с самого начала, мы к утру не управимся.

Мне начало истории было прекрасно известно и взглянув на Санрайз, я решил вернуться к разговору, начатому с Дарлисом:

– Тогда, быть может, вам начать с конца?

Теперь, когда Санрайз присоединилась к нам, я словно снова вернулся домой в тот момент, когда все мои мысли были заняты ею и бесконечными вопросами о том, что произошло в Разломе, когда я оставил ее тело. Я дико боялся, что она не выжила, но теперь она сидела передо мной, живая и невероятно красивая! Больше всего я хотел узнать, что она думала обо мне, но этот вопрос был слишком личным и на ответ я мог рассчитывать только выдав себя.

– Конец истории большинству хорошо известен, – пожал плечами Дарлис, – Как я уже вам рассказал, мы воспользовались медальоном Эольдера, который добыли у Амерона, чтобы разрушить портал в Герсан-Гироте, созданный архимагом.

– А как вам удалось выбраться из Разлома, прежде чем он стал морем?

Суртур хмыкнул, улыбнувшись в усы:

– В кабаках трепались, что вы оседлали мертвого дракона и на нем добрались до Скирата, но, признаться, в