Я вырубила его одним ударом - Джессика Франсес

— Звучит идеально.

И так оно и есть.

* * *

— Уверен, что хочешь сделать это? — снова спрашиваю я Деклана, окидывая взглядом его поношенные боксёрские перчатки и низко сидящие шорты.

Он без рубашки, на груди блестит пот, так как мы разминались с боксёрскими грушами и пробежали несколько спринтов.

Честно говоря, я понятия не имею, как Деклан раньше не отвлекал меня. Ну то есть, я же не была мёртвой до того, как мы переспали. Я знала, что он привлекательный, но раньше это казалось отстранённым. Так врач, вероятно, смотрит на пациента, которому нужна срочная помощь. Ты видишь проблему, ты, скорее всего, осознаёшь внешний вид человека, но на самом деле ты его не видишь. Он также был мудаком, придурком, и я уже мысленно готовилась к следующим подколкам, которые прилетят в мой адрес.

Теперь я получаю возможность беспрепятственно смотреть на него, не опасаясь, что меня на этом поймают.

— Ты вообще меня слышишь? — спрашивает Деклан, легонько постукивая меня по плечу своей мягкой боксёрской перчаткой.

— Ты реально чертовски сексуален, — говорю я ему, и это не в первый раз за сегодняшний вечер.

После остальной части моего дерьмового дня, где я получила ещё один звонок от мамы, мне нужно было выпустить пар. Деклан предложил пойти в спортзал, но не в рабочий. Вместо этого мы пошли в зал, который находится в нескольких кварталах от его дома. Тренажерный зал на работе тоже хороший, но Деклан сказал, что сегодня вечером ему хотелось чего-то более масштабного.

Теперь, когда мы стоим на ринге друг напротив друга, я понимаю, что он хотел затащить меня в этот зал, чтобы дать мне несколько советов по самозащите. Само собой, он знает, что я могу ударить, но он беспокоится о том, смогу ли я защитить себя в случае, если когда-нибудь возникнет такая необходимость.

Это довольно мило, вот только мы уже проходили это с Зандером. И после инцидента с моим преследованием в колледже и переезда в квартиру, которую купил мне отец, я всё равно волновалась, и Зандер тоже волновался. Так что он приезжал каждые выходные, когда получалось, и надирал мне задницу, пока я не научилась постоять за себя.

Деклан, очевидно, не в курсе этого, и мне нравится идея удивить его. В покере это работает, так что нет причин, по которым это не сыграло бы мне на руку.

Он улыбается мне, слегка покачиваясь из стороны в сторону.

Я почти уверена, что если бы я сделала то же самое, его улыбка исчезла бы. Его челюсть уже практически отвисла, когда я вышла в шортах и спортивном лифчике. Я почти уверена, что сверхдлинная разминка предназначалась не столько ради разогрева перед боем, сколько для того, чтобы дать ему время немного взять себя в руки.

— Итак, каковы правила? — спрашиваю я, снова скользя взглядом по его телу.

— Повалить противника на пол и удерживать в течение десяти секунд.

— Запретных зон нет? — уточняю я, устанавливая зрительный контакт с его промежностью.

— Ты ни за что не приблизишься к этому месту, если только ты не будешь голой и мы не будем в уединённом месте. Но если думаешь, что тебе это удастся, ну удачи, — ухмыляется он. Этот самоуверенный Деклан кажется мне довольно сексуальным. Кроме того, я не могу дождаться, чтобы увидеть его лицо, когда я действительно сшибу его на землю.

— Значит, обычные правила бокса не соблюдаем?

— Ты хотя бы знаешь, что это за правила?

Моя нерешительность служит достаточно очевидным ответом.

— Просто попытайся повалить меня на землю. Я обещаю не причинять тебе вреда, — уверяет он меня, и мне кажется, я слышу снисходительные нотки в его тоне.

Я не могу представить, чтобы Деклан причинил мне боль при каких бы то ни было обстоятельствах, но немного обидно, раз он думает, что должен заверить меня, как будто при желании ему это удалось бы.

Он ещё не видел мои приёмчики.

— Звучит довольно скучно. Как насчёт того, чтобы поспорить, что ты не сможешь причинить мне боль? — ухмыляюсь я, зная, что привлекла его внимание.

— На что спорим? — его глаза загораются интересом.

— Если выиграю я, тогда я выбираю следующий фильм, который мы будем смотреть.

Деклан стонет. Он же сказал, что фильм, который я хотела посмотреть вчера, вызвал у него желание выколоть себе глаза и уши.

Не слишком ли драматично?

— Ладно, — выдыхает он. — Тогда ставки для меня те же.

Я киваю, и, надев капы, мы продолжаем минимум целую минуту скакать друг вокруг друга. Я хочу, чтобы он сделал первый ход, но он, видимо, ждёт меня.

— Чего ты ждёшь? — наконец спрашиваю я, не уверенная, насколько разборчиво это звучит. Дурацкая капа.

— Тебя.

— Ну ладно, — фыркаю я, имитируя хук правой, но на самом деле низко приседаю и наношу боковой удар по ноге Деклана.

Он хрюкает от моего удара, но я не вкладываю достаточно силы, так что это просто удар, а не подножка. У меня нет времени зацикливаться на этом, так как мне приходится уворачиваться от его перчатки. Я перекатываюсь по полу и быстро вскакиваю на ноги, нанося удар по его почкам, после чего мне снова приходится пригнуться.

Это продолжается снова и снова, и в итоге мы оба покрываемся ручейками пота и тяжело дышим. Пару раз мы останавливаемся, чтобы попить воды; в остальном мы сосредоточены и не приходим к быстрым результатам. Так длится до тех пор, пока Деклан не сбивает меня с ног, а затем прижимает своим телом, чтобы удержать меня на полу.

Поскольку это та самая поза, из которой Зандер научил меня выбираться, я легко освобождаюсь от него, и наши потные тела только упрощают процесс. Завалив Деклана, я упираюсь коленями ему в спину и выворачиваю его руку в таком положении, что ему пришлось бы вывихнуть плечо, чтобы освободиться. В перчатках это неудобно, но мне удаётся продержаться необходимые десять секунд, а затем я отпускаю его, громко радуясь своей победе.

— Я выберу самый девчачий, самый романтичный фильм, в котором будет как можно больше обнажённых мужских тел и разговоров! — поддразниваю я, отчего Деклан морщится.

— Ты явно что-то скрывала от меня. Ты умеешь драться, — он пытается говорить обвиняюще, но мы оба до сих пор тяжело дышим, а капы делают наши голоса менее серьёзными.

— Зандер, возможно, показывал мне пару приёмов, — признаюсь я, отчего его глаза прищуриваются.

— Второй раунд? — предлагает он, и я киваю, вынимая капу, чтобы глотнуть ещё воды.