Гордячка - Эллен Марш

– У него вообще нет сердца, и вы знаете об этом, Грейсон. Клянусь Богом, если бы вы не были мне так симпатичны, я возненавидела бы вас за вашу преданность ему!

Она тут же пожалела о сказанном. А когда Грейсон вернулся в каюту полчаса спустя, ее завтрак стоял нетронутым. Относя поднос обратно на камбуз, стюард задумался: не попросить ли сэра Моргана отменить суровое наказание? Трехдневное заключение в крошечном помещении? Да бедная девушка с ума сойдет! Однако Грейсон решил, что его настоятельная просьба не поможет делу. Сэр Морган приказал, и лучше не вмешиваться, чтобы не будить в капитане зверя. Кроме того, рано утром того дня капитан поехал в посольство России, и Грейсон не имел ни малейшего представления, когда он собирается вернуться.

Судно, стоявшее на якоре в спокойных голубых волах Золотого Рога, странным образом казалось пустым без прекрасной леди Сэйбл, обычно украшавшей палубу своим присутствием. Та часть команды, которая оставалась на «Вызове», ворчала по поводу несправедливого решения капитана и удивлялась, почему он так жестоко наказал ее. Матросы знали, что сэр Морган – суровый и требовательный капитан, но он никогда не был несправедливым, и экипаж счел трехдневное заключение девушки незаслуженным наказанием за опоздание на каких-то несколько часов.

Когда потянулись монотонные часы второго дня заключения «в карцере», Сэйбл начала свирепеть. Какое право имеет сэр Морган так поступать с ней? Впервые в жизни ее заперли, как какую-нибудь преступницу! Хорошо бы убежать, чтобы насолить капитану, которому придется тогда столкнуться с неистовой яростью ее отца, когда граф узнает, что его дочь по вине Моргана пропала где-то на многолюдных улицах Стамбула!

Глаза девушки сверкнули. «А почему бы и нет?» – спросила она себя. Гнев укрепил ее решимость. Конечно, она не исчезнет по-настоящему, но разве не стоит напугать его до смерти, ускользнув на несколько часов? Это стало бы для него хорошим уроком – чтобы он впредь не обращался с ней подобным образом, со злорадством думала Сэйбл. И она провела бы эти несколько часов в великолепных банях, о которых ей рассказал Дэниэл Хэйс!

Эта мысль крепко засела в ее голове, и Сэйбл тут же начала обдумывать, как реализовать свой план. Она сразу же отказалась от идеи воспользоваться помощью Грейсона, так как не хотела, чтобы из-за нее кого-нибудь подвергли наказанию, – девушка очень переживала за беднягу Дэниэла. В конце концов они задержались в городе по ее вине!

Выйдя из каюты, она подождет смены вахты и окликнет с палубы гребца проплывающего мимо капка, а остальное устроится само собой. Она преподаст этому дьяволу Моргану хороший урок, если он хотя бы на несколько часов поверит, что она пропала.

Грейсон был несказанно обрадован и удивлен, когда, принеся ей спустя несколько часов ленч, увидел, что девушка приободрилась. Она с улыбкой приветствовала его, когда он вошел в крошечную каюту и поставил поднос на маленький рундучок в ногах койки.

– Не беспокойтесь, я привыкла, – отмахнулась Сэйбл, когда Грейсон посетовал на тесноту каюты.

Стюард смотрел, как она пытается расправить юбки на узкой койке и берет бутерброд, не притронувшись к кружке с лимонадом, которую он поставил рядом. Когда она улыбнулась ему, чтобы он удостоверился, что с ней все в порядке, у него упало сердце. И как ей только удается оставаться такой веселой, хотя сэр Морган обращается с ней, как с заключенной?

– Леди Сэйбл, может быть, вы предпочтете откушать на палубе? – с волнением в голосе спросил стюард. – День сегодня чудесный, на небе ни облачка, а я знаю, как вы любите погреться на солнышке.

Сэйбл задумалась. Нет, она не могла допустить, чтобы Грейсон оказался невольным сообщником ее побега.

– Не стоит. Капитан взбесится.

– Сэра Моргана не будет весь день, – с заговорщицкой улыбкой сообщил Грейсон.

Она почувствовала холодок в спине. На что решился капитан? Собирает по темным улочкам у подозрительных людишек информацию? Или стучится в ворота сераля? Она постаралась выбросить из головы эти мысли, уговаривая себя, что в данный момент ее должно заботить совсем другое.

– Мне приказано сидеть взаперти до завтра! – упорствовала Сэйбл, не желая злоупотреблять добротой стюарда.

– Капитану вовсе не нужно об этом знать, – улыбнулся Грейсон. – Вы могли бы посидеть на палубе до возвращения шлюпки.

– А как насчет остальных матросов? – усмехнулась Сэйбл.

Грейсон даже обиделся:

– Неужели вы думаете, что они выдадут вас, ваша милость?

Сэйбл пришлось сделать над собой усилие, чтобы не соблазниться на это предложение.

– Простите, Грейсон, – сказала она с такой печалью в голосе, что у него заныло сердце. – Я не могу допустить, чтобы из-за меня вы навлекли на себя гнев капитана сэра Моргана.

Грейсон пожал плечами.

– Я бы не стал так беспокоиться на этот счет, ваша милость. Я служу у сэра Моргана столько лет, что уверен: он простит мне некоторую вольность. – Стюард подмигнул. – Конечно, при условии, что он когда-нибудь узнает, а это исключено.

– Вы уверены в том, что говорите? Грейсон хмыкнул:

– Даже если бы я действительно навлек на себя гнев величайшего, как вы справедливо называете его, мне нечего бояться. Сэр Морган никогда не расстанется со мной, так как я единственный камердинер на свете, способный ужиться с ним.

Сэйбл рассмеялась:

– Ну тогда ладно, я буду счастлива провести несколько часов на палубе!..

Когда немногочисленные члены команды, оставленные сэром Морганом на вахте, увидели девушку, они с улыбками поспешили ей навстречу. Она тоже обрадовалась встрече с ними. Сэйбл провела с матросами добрых полчаса, непринужденно смеясь и болтая, прежде чем они возвратились на свои места. Оставшись наконец одна, девушка поспешила вниз. Ее сердце гулко билось, когда она открыла дверь в каюту Моргана.

Знакомый запах ударил ей в ноздри, и она старалась не обращать внимания на его личные вещи, разбросанные по просторной каюте. Ей еще никогда не приходилось брать чужое – Сэйбл, сделав над собой усилие, спрятала горсть найденных ею монет за корсаж.

Прекрасно знавшая распорядок дня на борту клипера, Сэйбл проскользнула к штормтрапу, будучи уверена, что никто здесь не появится еще целых десять минут. Возможно, она вообще отказалась бы от своего плана, если бы не заприметила каик, скользивший по воде совсем рядом. Черноглазый гребец взирал на нее так, словно только и ждал ее появления.

Воспользовавшись несколькими словами на ломаном турецком, которые она узнала от Дэниэла Хэйса, девушка дала гребцу понять, что хочет попасть на берег. С широкой белозубой улыбкой он смотрел, как она спускается по неудобному трапу, затем помог ей забраться в каик. От волнения Сэйбл задыхалась, и кровь гулко пульсировала у нее в висках. Каждую секунду она ожидала услышать окрик с корабля, но все обошлось. Расстояние между каиком и кораблем быстро увеличивалось.