Там, за поворотом - Калашников Александрович

Так что всего-то полсотни молодых семей и снялись с места. В основном - народ чем-нибудь недовольный или обиженный. Ну и одиночки - таких тоже несколько человек нашлось. Многодетных семей с десяток. Те, у которых земли тощие… на четыре пароходика всего-то и набралось новосёлов. Рассказывали, когда последнюю ходку закончили, решили ещё разок сбегать в праттскую землю, ячменя прикупить, пока работает такими трудами налаженный транспортный мост. Как раз торговцы наши бус стеклянных на факторию подвезли, зеркал, бляшек для монист и прочей бижутерии. А тут опять облом, но в другую сторону:

Вот плывут они себе, плывут. Никого не трогают. А им с берега машут, на борт просятся. Слух-то о переезде кучи народа уже распространился по здешним краям, и народец неприкаянный заспешил к реке. Поначалу так и плавали, собирая людей то там, то тут, а потом в одних местах храмовая стража начала мешать, в других - воины Кноппа попытались пароходик наш заграбастать. Один раз пришлось корпусом перевернуть три лодки с непонятными вооружёнными людьми. Однако по осени, когда мы перекатили судно обратно в Пустейку, семь селений в ней уже имелось и готовилось к зимовке.

Теплый Ветер вовремя сообразил, что получаем мы не организованные роды давно сложившегося племени, а неструктурированную толпу. Поэтому сразу в каждый пункт отправил по вождю. Хе-хе. Из сержантов. Это мы так называем ребят, ведущих обучение в местах милицейских сборов. Я долго думал, правильно ли он людей выбрал, но потом махнул рукой - поживём - увидим. В принципе, земледелие с использованием тяглового плугопашества никому из новичков неведомо, а в процессе обучения оному дисциплина и организованность не помешают. Опять же такое сокровище, как железная лопата, на первых порах может вызвать у людей нездоровые настроения. А их по штуке на посёлок мы наскребли.

Тревожно было на душе. Не давала покоя мысль о том, а не спровоцировали ли мы своими активными действиями соседей на проявление к нам преждевременного интереса. Но сообщения с юга эти сомнения заметно рассеяли. От наших агентов пришла говорящая береста о том, что Кнопп умер от пищевого отравления, так и не завершив объединения северопраттских земель. Командиры отрядов бывшей храмовой стражи крепко поспорили друг с другом за освободившееся место, но к единому мнению не пришли и мирно расстались друг с другом, вернувшись к ранее оставленной работе - то есть разошлись с бойцами по своим старым храмам. Каждый, при этом, уже не служил жрецам, а, наоборот, оберегал их потому, что они ему больше не перечили и помогали убеждать население в необходимости лучше трудиться и выращивать больше зерна.

Время больших царств ещё не пришло, как стало мне понятно.

А потом в Тупой Бычок приехал Хас и положил своё копье к моим ногам. Тогда и стало мне понятно, кто позаботился о пищевом отравлении широко размахнувшегося царя. Рябчик же, тоже вернувшийся вместе с ним, буркнул на бегу, что всё в порядке, и что храм Ветра на правом берегу реки, текущей на юг, охраняет отряд под предводительством нашего человека. Шлым, нижнереченский казак, что из тамошних праттов, теперь работает местным царьком. Или князьком. Или божком. Просит послать к нему Бруна для налаживания производства Напитка Великого Зайца из растущих в тех краях яблок. Ещё просит хорошего мыла и уговорить мастера, умеющего делать зубные щётки, переехать к нему.

Данное сообщение я воспринял как заявление Шлыма о продолжении служения интересам Союза. На верховном, никому не подотчётном посту-то сидючи! Этого парнишку я ещё по школе помню. Безобидный такой тихоня. Прилежный и приветливый.

Словом, геополитика сделала неожиданный скачок, и заставила меня растеряться.

Очередной раз мир вокруг меня расширился стремительным рывком. Первый раз я сам "прыгнул" из-за северных гор сюда, в Тупой Бычок. Потом мы осторожно протянули руку в верховья большой реки, организовав там пчеловодство. Затем рванули в низовья, породив Когидский форпост. И вот, ни с того, ни с сего, можно сказать: "с перепугу", организовали мощный плацдарм на далёком юге.

Нехорошо это. Неправильно. У нас элементарно не хватит подготовленных людей для эффективного управления обширной слабосвязанной территорией. Учтите, четвёртая паровая машина только-только собирается и отлаживается, а обслуживать её придётся, как всегда, одному из создателей. Нет у нас ни института судовых механиков, ни даже курсов кочегаров или смазчиков.

Из-за моей торопливости события значительно опередили готовность населения к переменам. Более того, они и мою готовность тоже опередили. Тут у нас наметилось возникновение империи. А кому это надо? Вот и я в толк не возьму.

Необходимость пересмотреть приоритеты назрела настолько, что у меня всё из рук валилось. Растерянность породила рассеянность, потому что вызвала задумчивость. Окружающие отозвались на это чутко: "Степенный Барсук слушает духов", - шептались за моей спиной.

Почуяли, я думаю, что ворох хозяйственных забот, перемешанных с исследованиями и разработками, перегрузил моё сознание.

Из этого-то состояния и вывела меня Мышка. Взяла за руку и повела в лес. Водила там с полянки на полянку и показывала ячмень, забивший лесные травы. И рассказывала, рассказывала, рассказывала. Оказывается, она много лет проводила серьёзную опытную работу с этой культурой, подбирая условия выращивания её в полудиком состоянии. И выяснила, что на не слишком затенённых местах, если взрыхлить лесную почву на три-пять сантиметров и заделать туда семена, то ячмень забивает все травы и победоносно вызревает, давая около пяти килограммов зерна с сотки. Ну, или пять центнеров с гектара, если по советским меркам. Это почти при полном отсутствии трудозатрат. Скосил травёшку, поцарапал дёрн боронилкой, посеял, да снова заборонил. А осенью - приходи с серпом и срезай вершки, не особо низко кланяясь - остатки стеблей уйдут под снег, а потом перегниют за годик-другой. А уж после снова можно проводить посадку.

Да, подлесок нужно держать в узде, чтобы не создавал избыточного затенения. Так это лесоводы наши давно применяют. Внести удобрения тоже можно, если есть желание. Но и просто так получается приемлемо. В общем, технология весьма удобная для бродячих охотничьих родов.

Потом я долго перечитывал записи своей неверной жены и диву давался. Она отметила массу важных обстоятельств, влияющих на отдачу посевов в зависимости от характера леса, почвы, плотности распределения семян, их вида (однолетние или многолетние) времени сева… всего не упомню. Вывод следовал тривиальный - чем больше старательности приложишь, тем более высокого урожая добьёшься. Но и при самом небрежном варианте получается вполне достойный результат. Грубо говоря, похлопотав с неделю можно на весь год обеспечить себя этим продуктом. Не валя лес, не вспахивая землю, не ведя борьбу с сорняками или вредителями. Только лис не надо обижать и на куньих охотиться не следует, чтобы они грызунов держали в строгости.