Там, за поворотом - Калашников Александрович

Ох и погоняли мы друг друга!

Потом аналогичным образом провели проверку навыков и других бойцов его группы. Нет, не я этим занимался - Всхлип подсылал лучших наших рукопашников приглашать гостей размяться по-дружески. Вывод однозначный - это профессиональные военные. Каждый - с набором своих коронных приёмчиков. Физически очень крепкие люди, хорошо владеющие собой. Не яростные, не рьяные, а расчётливые и коварные мужчины.

Версия о том, что они - члены земледельческого племени, как-то поблекла.

Присматривающие за гостями отметили, что гуляют они повсюду в нашей школе и могут увидеть всё, что угодно. То есть, "срисовали" эти парни наш городок.

Потом съехались вожди, которым я подробно и обстоятельно доложил результаты наблюдений, ну а уж потом позвали и Хаса, чтобы уточнить кое-что.

- Расскажи нам о себе, - попросил его Тёплый Ветер. - В какой деревне родился, кто родители? Чем смолоду занимался, чего добился?

Вот тут-то у мужика глазёнки и забегали. Но, похоже, врать он не решился. Во всяком случае, излагал гладко. Он сын храмовой служительницы и… матушка и сама не знает, от кого понесла, потому что многим мужчинам оказывала знаки внимания. Так и вырос он среди охотников, охранявших культовое сооружение. Судьбы его товарищей - сходны.

Всё в жизни нашего гостя было обыденно. Они наказывали тех, кто покушался на изготовление священного напитка. Собирали зерно в количествах, потребных жрецам, иногда отбивали нападения пришлых сборщиков или грабителей. Но тут негодяй Кропп сговорился с начальниками стражи других храмов и, объединив усилия нескольких отрядов, они принялись подминать под себя и святилища, и земли, и земледельцев.

Тогда-то Хаса и его дюжину позвали старейшины нескольких сёл. Попросили защитить их. Порассудив, помараковав и прикинув, что к чему, и предложил опытный воин перебраться на новое место (отсюда я крепко засомневался в том, что рассказчик упоминает действительно все, имеющее значение, обстоятельства), потому что для отпора крупному войску сил у крестьянского сообщества попросту не хватало.

Предводители селений приняли этот план и отправили своих спасителей выяснить перспективы занятия новых земель. Кое-что о незаселённых пространствах на севере им было известно от торговцев, возивших в наши края товары,.

- Скажи мне, вождь, - обратился я к рассказчику. Если ваши намерения осуществятся, то выгоды, получаемые земледельцами, очевидны. Они освобождаются от поборов. А какие радости это принесёт тебе и твоим людям? - ну вот привык я задавать вопросы прямо, по марксистско-ленински.

Тут-то парень и подрастерялся. Понёс про то, что они бы защищали земледельцев, а те бы их за это кормили. Как будто, присоединившись к стороне завоевателей, они бы получили меньше!? В общем, додавил я его тяжёлой логикой и расколол могучими аргументами. Вы не забыли, что мне уже больше сотни годиков?

Смотрю, чуть не плачет человек. И деваться ему некуда, и ложь заранее не продумана, и импровизация не прокатывает. В общем, пожалел я его, сам дал подсказку.

- Есть у совета вождей, - говорю, - такое мнение, будто хотел ты привести пахарей на новое место, а сам утвердиться над ними царём. Мудро править, защищать от лихих людей и собирать за это справедливый налог.

На мой доброжелательный тон он повёлся, или почуял, что его понимают, но только сразу закивал головой и сознался, что как раз такие мысли в его голове и бродили.

Вожди наши, как про это прослышали, сразу загомонили от избытка чувств. Они ведь все из родов бродячих охотников-собирателей. Им это всё представляется диким. Разговор сделался нервным просто в силу неприятия чуждых принципов организации и явного намерения этого затейника поработить мирных жителей.

Я же для себя отметил, что вместо того, чтобы научить крестьян умению биться, этот парень сразу разыгрывал свою карту, то есть в отношении способа будущего захвата власти планы у него сложились давно. С десятком бойцов против полутысячи мужчин, имеющих навыки охотников! Это довольно смело. Значит, какая-то ещё карта в рукаве у него припрятана.

Спросил, а не припасён ли для такого дела жрец, умеющий готовить священный напиток бир? По тому, как снова забегали глазки, понял - припрятан. И, возможно, ещё что-то. Какая-нибудь реликвия или иной объект поклонения. Почему-то эти обстоятельства ни у Тёплого Ветра, ни у Жалючей Гадюки протеста не вызвали. Но вопрос о содействии планам Хаса рассматривать мы всё равно перестали, потому что идеи царизма присутствующим не понравились.

Неладно вышло.

- Слушай, - говорю, - Хас! Единственное, для чего мы готовы запустить на свою территорию такую кучу чужого нам и по языку, и по культуре народа, это на случай, если Кропп попытается и нас покорить. Чтобы на них первый удар пришёлся. А это означает, что людей этих мы и вооружим, и научим сражаться. Но тогда сам ты их уже в узде не удержишь, не станут они тебя кормить. Так что не сложилось у нас. Уж извини.

Растолкуй это своим, да и отправляйтесь обратно.

- Да, - отвечает, - я уже и сам это сообразил. Простите, что побеспокоил. Да и не доберётся Кропп до тутошних мест, потому что ненаселённых земель по дороге досюда много, а охота в них не слишком обильна.

Про то, чем неудобна дорога от нас до южных праттов, я прекрасно знаю. Сам видел. Но, при большом желании пройти через неё войско, собранное из неприхотливых и выносливых древних охотников, необременённое домашним скарбом или детишками, сумеет без особых затруднений. Причиной же этого желания может служить хотя бы зажиточность наша. Завоёвывать богатые земли и мастеровитые народы куда интересней, чем бедные пространства, заселённые бродячими племенами. В общем, наш Союз стал исключительно лакомым кусочком для сильного вождя, опирающегося на силу.

Раньше не доходили до нас слухи ни о ком подобном, собравшем могучую силу, а вот теперь замаячил призрак опасности. Об этом мы с вождями и рассуждали. Выбор, вставший перед нами, невелик: или готовиться дать ему отпор на своей земле. Или собрать сильное войско, да отправить его к месту событий, чтобы пресечь в зародыше деятельность этого разумника. Я про Кроппа толкую.

Рябчик, то есть Соколиный Глаз, однозначно высказался за то, чтобы отправиться к южным соседям разведкой и выведать, как следует, что там творится, да как с этим быть. Он у нас нынче в большом почёте за то, что споил нижнепратских жрецов и охраняющих их Сильных Охотников яблочными винами… это длинная история… но даже Карасик теперь при встрече не бьёт морду своему недругу с детства. Так, заедет в ухо для соблюдения проформы… у всех свои странности.