Там, за поворотом - Калашников Александрович

Скампавея вылетела из-за поворота. Видно, что чужаки сидят за вёслами, а правит судном кто-то из наших. Пока идут маневры причаливания, ко мне подошёл Всхлип, и ещё пара мужчин в клетчатых набедренных повязках приготовилась принять швартовы. Вот они взяли петли на багры и накинули их на концы торчащих из причального настила брёвен. Перебросили на борт дощечку с нашитыми поперёк планками.

- Здорово, Топ! - по уставу приветствовал меня кормщик из наших. - Депутацию привёз от праттов, знакомься. Старшим у них Хас, только по-нашему они ни петь, ни читать. Мы с ними через Бруна объясняемся.

Брун - это взятый нами много лет тому назад "язык". Как-то он постепенно прижился и охотно помогает мне с виноделием - мы в последнее время спирт гоним из яблок, заодно и уксус получаем для кулинарных надобностей. А он при бродильных кувшинах главным надзирателем работает. Ну и службу воинскую несёт в свой срок, как и все жители Союза. Впрочем, у нас тут обучается в школе и несколько нижнереченских праттов. Вот их-то Вхлип и скликает, приглашая подойти поближе.

- Степенный Барсук, Говорящий с Духами от имени Северного Союза Самостоятельных Родов, - представляюсь я по полной форме. - Рад приветствовать вас на щедрой Тупобычковской земле. И спрашиваю - зачем вы здесь?

- Мы ищем земли для себя, - переводит Брун ответ.

Понятно. Завоеватели-переселенцы пожаловали.

- Сколько вас? - сразу беру я быка за рога.

- Столько, сколько листьев на дереве, - отвечает гость.

Опять понятно. Несколько тысяч, но сосчитать толком никто не удосужился. Это, кстати, не головотяпство - просто нужных числительных никто из прибывшего племени не знает. Но количественный ориентир выдал толковый.

Я осматриваю гостей придирчивыми взглядами. Крепкие мужчины, одетые в тканые "штопкой" безрукавные платья. Голые, без признаков штанов, ноги по-летнему босы, хотя, на ступни Хаса накручены какие-то, то ли лапти, то ли сандалики из ремешков. Волосы заплетены в косы. На поясах подвешены палицы, в руках копья с обсидиановыми наконечниками.

- Багаж у путников есть? - обращаюсь я прямо к кормщику.

- Не-а! Только сумочки на поясах. Разведка, сам понимаешь.

Брун ухмыляется и смотрит вопросительно: "Переводить или не переводить?", - выражает его взгляд. Киваю.

Хас выглядит не то, чтобы смущённым, но настороженность во взоре заметна.

- Ладно. Ступайте в мыльню, ополоснитесь с дороги. Потом устроитесь с ночлегом, передохнёте чуток, а на ужин вас позовут. Оружие лучше сложить в том помещении, куда на постой определились. У нас не воруют и не шибко любят, когда гости выглядят грозно. А я вас покидаю. Нужно главного вождя уведомить о прибытии столь любопытных визитёров.

Предводитель прибывших праттов рассматривает что-то за моей спиной, а потом озадаченно спрашивает:

- Так это не главное селение Союза? И это не вся ваша сила?

Ага, сработала демонстрация организованности и способности к быстрому переходу в состояние боевой готовности.

- Нет, - отвечаю. - Это те, кто был поближе, сбежались поглазеть на новых людей. А, если все исполчаться, да соберутся, так им на этом берегу просто места не хватит. Но на это потребовалось бы не менее трёх дней.

Брун усмехается, переводя мои слова. Он уже понял, что я несколько лукавлю, хотя, прямой лжи и не произнёс.

Вообще-то, отношение к вранью у древних людей весьма негативное. Имеется ввиду, в своём кругу. Когда-то я смотрел фильм про индейцев времён конкистадоров, в котором успешный охотник обманул простодушного соплеменника-недотёпу, и тот намазал свой орган размножения чем-то жгучим. А остальные веселились, когда тот страдал от боли. Так вот! Враки это! Племена, где подобные поступки поощрялись, быстро вымерли.

Впрочем, в том фильме они и вымерли. В тот же день, кажется.

А вот обманывать врага считается достойным поступком. И сейчас население наблюдает за моим поведением, чтобы понять, как отнестись к визитёрам. Впрочем, в рядах женщин обсуждение данной проблемы происходит оживлённо. Кажется, не дадут гостям растеряться в бане. И тазиком научат пользоваться, и помогут правильно выбрать мыло, и спинку потрут.

Завтрак в школе проходит не слишком организованно. По жёсткому расписанию у нас только военное дело и кулинарная подготовка. Даже занятия по рыболовству и охоте, и те проводятся в разное время и в разных местах. Ну и шитьё с ботаникой преподаются в аудиториях по графику, но им посвящено не так уж много академических часов, поэтому погоды они не делают. Ремесленные классы разбредаются по слободам очень рано, как и свинопасы с огородниками.

Зато вечером обеденный зал полон. Тут, как в школе магии из книжки, четыре длинных стола для учеников, и довольно обширный стол для преподавателей. Впрочем, рассаживаются люди произвольно, а я поглядываю, кто как кучкуется. Замысел распознать людей по их природным наклонностям так и не покинул моей головы. У нас и общежитий тоже четыре штуки, каждое с просторной гостиной для занятий или общения. Расселяются туда тоже по собственному выбору - коли нет у меня распределяющей шляпы, то остаётся положиться на человеческие предпочтения.

Знаете, бывает, что и переселится кто. Не так уж редко это происходит. Но связи между способностями или предпочтениями, и выбором круга общения я не улавливаю. Скорее, ребята сбиваются в стаи, где просматривается и вожак, его окружение, и исполнители замыслов. Всё это делается, надеюсь, абсолютно свободно. Во всяком случае, уловить признаков принуждения мне ни разу не удалось.

Понимаете, слабых принято унижать. Не маленьких, а именно слабых и безвольных. Так вот их-то Всхлип и тренирует особенно жёстко по части владения оружием. А потом сводит в спаррингах с обидчиками. Может в трудный поиск парой отправить, или загнать на полосу препятствий, требующую совместных усилий при прохождении. Понимаю, это несколько армейская педагогика, ну так и времена нынче суровые. Не гуманные они.

А тех, кто обижает малышей или девочек, вообще прибить могут. Это из родового строя в менталитет накрепко захлёстано. Другое поведение быстро приводило к гибели всю группу, в которой заводился любитель покуражиться. Да уж! Мощный фактор естественного отбора крепко способствует улучшению человеческих качеств.

Сегодня за ужином у нас присутствуют гости. Кулинарный класс отлично поработал, и теперь ребята и девчата в белых колпаках встревожено вглядываются в лица едоков. Зачем им колпаки? А чтобы сразу было понятно на чью бестолковку вываливать пересоленное, подгорелое или полусырое. Повторюсь - отвечать за свои действия в этом мире приходится с того мгновения, как только начинаешь хоть что-то делать.